По словам штурмовиков, по мере приближения наших войск противник спешно покидал позиции, избегая ближнего боя. Параллельно он задерживал наши подразделения дронами и минными полями. Командир взвода с позывным «Физрук» рассказывает: когда его группа штурмовала две близлежащие к селу лесополосы, они почти не встретили сопротивления.
– Когда зашли, поразило, что повсюду очень тихо. Первый же блиндаж: залетаем в него, а там никого нет. Чайник горячий стоит – видно, совсем недавно оттуда убежали. Ну, мы стали продвигаться дальше. Везде было так же тихо. Одного наемника только встретили, немецкого, – рассказывает комвзвода.
Когда группа «Физрука» прошла лесополосы, противник все-таки объявился: зарядил исподтишка из станкового гранатомета. Благо снаряд упал рядом, но едва задел бойцов.
Группе повезло, что на них не отправили стаю беспилотников. Сослуживец «Физрука» с позывным «Хатаб» из другого взвода описывает, как проходил штурм у его подразделения. Вэсэушники на их направлении так же отступали и для этого активно задерживали российских штурмовиков ударными дронами.
– Мы метров 600-700 шли два часа. Нас, видимо, «срисовали» (обнаружила разведка). Постоянно стали прилетать «птички», – рассказывает военный. – Мы укроемся, собьем, продвинемся – еще одна летит. Потом вообще к нам направили «Бабу Ягу» – тяжелый украинский гексакопотер, сбрасывающий мины, пришлось какое-то время укрываться в первом попавшемся блиндаже. Кстати, он был пустой: враги оставили там провизию, воду, боеприпасы.
«Хатаб» полагает, что беспилотниками они прикрывали отход своих сил. Причем, судя по всему, вэсэушники бросились наутек прямо по открытой местности. Других путей отступления у них не было.
Войдя в село, штурмовики стали методично зачищать здание за зданием. Во многих из них противник оборудовал огневые позиции. Но грамотная тактическая сноровка российских «штурмов» не оставила ему шансов. Главный принцип работы наших бойцов – действовать не кучно, максимум по три человека. При этом открытую местность преодолевать как можно быстрее, двигаться от укрытия к укрытию. По возможности действовать незаметно и быстро сближаться с врагом.
– Мы окружили здание, забросали гранатами. Короткая перестрелка – дом зачищен. Они отстреливались наугад, в панике, не видели нас. Поэтому нам удалось подойти вплотную и взять позицию без потерь, – приводит пример штурма пулеметчик «Иркут».
Всеохватную поддержку пехоте оказывали операторы беспилотников и артиллерия, которые «прокладывали» огнем дорогу штурмовым группам.
Основное сопротивление, отмечают военные, им оказывали вовсе не солдаты ВСУ, а наемники. В боях штурмовики «затрофеили» немало боеприпасов, оружия и нашивок: американских, немецких и прочих. О присутствии иностранного контингента узнали еще из радиоперехвата.
