В качестве повода в США используют силовое подавление в Иране массовых антиправительственных протестов, начавшихся в конце декабря из-за экономического кризиса. Трамп неоднократно заявлял о готовности нанести «очень сильный удар», если власти страны продолжат жестко разбираться с протестующими. По данным правозащитников, за две недели погибли сотни человек, а также несколько десятков силовиков.
Эксперты сомневаются, что Вашингтон стремится к полномасштабной войне или смене режима. Как отметил политолог Константин Блохин, «США будут делать основной упор не на военную грубую силу... а на подрыв и дестабилизацию Ирана изнутри». Вероятнее всего, акцент будет сделан на санкциях, кибервоздействии и поддержке протестующих, включая возможное предоставление спутникового интернета Starlink.
Военная операция для США сопряжена с большими рисками. Отсутствие авианосца в регионе осложняет нанесение ударов, а эскалация может привести к ответным действиям Ирана против американских объектов или к перекрытию Ормузского пролива. Алексей Юрк из Института США и Канады считает, что даже региональные соперники Тегерана не заинтересованы в его дестабилизации, предпочитая «иметь дело с врагом, которого знаешь».
Роль Израиля остается неоднозначной. Хотя израильские власти публично поддержали протестующих и не исключают силовых действий, они опасаются, что открытое вмешательство сплотит иранцев вокруг действующей власти.
«Если Иран примет решение нанести удар по Израилю, военный ответ последнего будет неизбежным», — отмечает эксперт Людмила Самарская.
Младший научный сотрудник Центра североамериканских исследований ИМЭМО РАН Максим Черкашин в беседе с «МК» рассказал, что США будут любым способом избегать крупной наземной операции в Иране из-за негативного опыта Ирака и Афганистана, но на авиаудары Трамп готов.
— Это два разных уровня эскалации с абсолютно разной политической и общественной ценой внутри самих США. Наземная операция — это табу. Это не просто военное решение, это глубокая травма американского общества после Ирака и Афганистана, откуда Штатам пришлось спешно бежать. Речь о тысячах погибших солдат, триллионах долларов и стратегическом тупике. Дональд Трамп, придя к власти, сделал вывод из этих ошибок и напрямую пообещал своему электорату: «Больше никаких бесконечных войн». Отступить от этого — значит подорвать основу его популярности. Этого он себе не позволит. Никакой «оккупации Тегерана» не будет.
— В чём логика авиаударов для Вашингтона?
— Авиаудар, особенно точечный, — это совсем другой инструмент. Это не война, а, с точки зрения американских стратегов, «сигнал» или «наказание». Это быстрая, эффектная демонстрация силы без потерь среди личного состава. Риск эскалации, конечно, есть, но он считается управляемым. США уже применяли эту тактику — например, устранив в 2020 году в Ираке Касема Сулеймани — руководителя Корпуса стражей Исламской революции. Прошлое поведение — ключ к будущему. Раз они шли на это раньше, значит, этот сценарий «на столе».
— Вы упомянули, что всё зависит от ситуации внутри Ирана, — как это может быть?
— Можно выделить три основных сценария, и от них зависит реакция США. Первый: если на фоне протестов или кризиса иранское руководство быстро консолидируется, показывает железную хватку и единство — США, скорее всего, останутся в стороне. Нападать на сплоченного противника, готового к жесткому ответу, — слишком рискованно. Здесь ставка сделана на сдерживание.
Второй вариант: если в Иране начнется настоящая революция или распад власти по образцу конца 1980-х в СССР — бомбить тоже нет смысла. Зачем? Главная цель США — не установить свою власть, а убрать главную угрозу для Израиля в регионе. Им будет достаточно, если новая власть в Тегеране, даже не будучи проамериканской, перестанет финансировать антиизраильские прокси-силы вроде ливанской «Хезболлы». Это уже будет огромная победа для Вашингтона.
Третий — самый опасный сценарий, при котором удар наиболее вероятен. Если власть в Тегеране шатается, но не падает, если непонятно, кто принимает решения и куда движется страна, — вот здесь может сработать американская логика «превентивного удара». Чтобы не допустить передачи ядерных технологий или ракет неконтролируемым группировкам или чтобы подтолкнуть процесс распада, США могут нанести удар по ключевым объектам. Чтобы «прояснить» ситуацию, так сказать.
— Но ведь сейчас даже в окружении Трампа звучат голоса против любого вмешательства. Это что-то меняет?
— Меняет, но не кардинально. Поэтому вывод таков: удар возможен, особенно при сценарии неопределенности в Иране, но это не предрешенный и не самый вероятный исход.
