Жемчужина российской милиции

Прапорщик, избивавший граждан и крывший их матом, отделался выговором

Инцидент с “жемчужным прапорщиком” (его так прозвали за жемчужные четки, намотанные на запястье) Вадимом Бойко, избивавшим митингующих у Гостиного Двора в Петербурге 31 июля, решила наконец самостоятельно расследовать Общественная палата РФ. Дело в том, что проверкой, проведенной ГУВД по Санкт-Петербургу, “нарушений служебной дисциплины со стороны сотрудников органов внутренних дел, задействованных на обеспечении охраны общественного порядка, не выявлено”. А прапорщику, прославившемуся не только жестокостью, но и обращенной к “несогласным” фразой “Хорьки, бл... кому еще?”, всего лишь объявили выговор.
Прапорщик, избивавший граждан и крывший их матом, отделался выговором
Рисунок Алексея Меринова

Напомним, что видеоролик, где прапорщик таскает за волосы женщину, бьет по лицу дубинкой мирно стоящего парня и матерится, вызвал волну общественного возмущения. Однако дело с мертвой точки не двигалось — питерское ГУВД вещало: мол, нет заявлений от пострадавших, но проверку мы на всякий случай проведем, а кто этот прапорщик — вообще не знаем.


Тогда 9 августа Дмитрий Семенов (получивший по лицу дубинкой), Светлана Павлушина (ее таскали за волосы) вместе с двумя другими пострадавшими подали коллективные жалобы аж в шесть инстанций — в Следственный комитет при Прокуратуре Центрального района, ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области, Главное следственное управление при ГУВД, уполномоченному по правам человека по Санкт-Петербургу, губернатору Санкт-Петербурга и в Управление делами Президента РФ. После этого Петербургское управление Следственного комитета при прокуратуре завело уголовное дело по статье “превышение полномочий с применением оружия или спецсредств”.


Самое интересное, что в СКП за дело взялись всерьез. По признанию Галины Федоровой, одной из допрошенных следователем, ее “удивило, что обычно все люди этой правоохранительной системы выгораживают своих, в письменных показаниях употребляют такие слова, как “люди в одежде, похожей на милицейскую форму” (т.е. может, и не милиционеры вовсе), и прочие словарные обороты неуверенности в точности показаний. Но с этим следователем все было по-другому — он записал все с моих слов верно. …Я спросила у следователя, почему до сих пор не известны данные этого прапорщика, и следователь сказал, что все уже известно, но пока нельзя их открыть”.


На самом деле прапорщик был вычислен моментально. Однако пока не было заявлений, у него сохранялась надежда, что дело само собой заглохнет. Когда этого не произошло, Вадим Бойко, по официальной версии, сам явился с повинной. И признал, что действительно назвал одного из участников митинга “хорьком”. Но якобы сделал он это после того, как кто-то из толпы обозвал его “хорьком и серой мышью”. Руководство объяснения Бойко не убедили. В ГУВД напомнили прапорщику, что он не имел права отвечать оскорблением на оскорбление. И объявили выговор.


А между тем, по мнению многих правоведов, действия Бойко тянут вовсе не на выговор. Например, в Кодексе об административных правонарушениях есть статья 20.1. “Мелкое хулиганство”. Мелкое хулиганство, то есть нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, сопровождающееся нецензурной бранью в общественных местах, оскорбительным приставанием к гражданам, а равно уничтожением или повреждением чужого имущества, влечет наложение административного штрафа в размере от 500 до 1000 рублей или административный арест на срок до пятнадцати суток.


Член общественного совета ГУВД Москвы, правозащитник Владимир Химаныч пояснил “МК”, что и с применением спецсредств Бойко явно перестарался. По его словам, сотрудник милиции не имеет права просто так бить человека резиновой палкой. За такие действия предусмотрена ответственность вплоть до уголовной.


Однако, как следует из закона “О милиции”, уголовная ответственность при неправомерном применении спецсредств (как в данном случае — милиционер, и это прописано в законе, вообще не имеет права бить палкой по голове) может наступить, только если будут тяжкие последствия. Здесь их не было, и поэтому Бойко формально вполне законно получил дисциплинарное взыскание. Другой разговор, что оно могло быть и строже.


Член Общественной палаты РФ Ольга Костина заявила “МК”:


— 8 сентября на слушаниях в палате мы детально рассмотрим этот вопиющий случай. Мы уже запросили видео- и аудиоматериалы с митинга в Санкт-Петербурге, чтобы самим оценить действия Бойко. Также будем разговаривать с очевидцами инцидента. Непонятно, каким регламентом руководствовались в ГУВД, когда выносили решение о законности действий прапорщика. Непонятно, для кого Нургалиев написал Кодекс профессиональной этики сотрудников милиции. Эта безобразная история лишний раз свидетельствует о распаде в МВД, а также о необходимости реформирования ведомства. Учитывая большое количество свидетелей и то, что действия сотрудника милиции Бойко зафиксированы на видео, заявление в ГУВД Петербурга по итогам служебной проверки звучит по меньшей мере странно.