Гоанутые на всю голову

Чем живет российская тусовка на берегу Индийского океана?

01.03.2013 в 18:18, просмотров: 12179

Дауншифтинг — образ жизни весьма непритязательный, но также и ненапряжный — появился в России лет 10–15 назад. Как только цены на международные авиаперелеты перестали кусаться, так и потянулся наш народ в страны Юго-Восточной Азии: Индию, Таиланд, Камбоджу — искать легкой жизни на теплых берегах. Там и дешево, и лето круглый год, и, главное, не надо работать. Потому что денег от сдачи какого-никакого российского жилья в тех краях с лихвой хватает на скромное проживание.

Индийский штат Гоа вообще в этом смысле лакомый кусочек. Точнее, был им. За десять лет русской туристической экспансии многое изменилось. К чему привел дауншифтинг по-русски в Индии и как живется нашим соотечественникам на далеких берегах — в материале «МК».

Гоанутые на всю голову
фото: Дина Карпицкая

Конечно, русские были далеко не первыми, сбежавшими от тягот цивилизации в Гоа. Англичане, немцы, французы облюбовали это место еще в 60–80-х годах прошлого столетия. Ибо нет другого места на земле, где так массово употреблялись психоделические наркотики, в частности LSD. Да и гашиш здесь был легален вплоть до 80-х. А где наркотики — там и вечеринки до рассвета, веселье и полный расслабон. В 90-е на побережье в огромных количествах потянулись молодые израильтяне. Вот уж кто действительно дауншифтеры по жизни! Сейчас эта изможденная отдыхом тусовка молодых и красивых евреев, внесшая свой неповторимый колорит в гоанскую атмосферу, исчезла. Дело в том, что в 2007 году Израиль и Индия подписали соглашение об ограничении выдачи виз неженатым, только что демобилизованным израильтянам. Мало того, с Земли обетованной в Гоа прибыла специальная служба по отлову своих соотечественников и возврату их на родину. Ибо небольшое Государство Израиль стало ощущать серьезные демографические проблемы, теряя ежегодно тысячи молодых активных людей. Но всех вышеперечисленных основательно подвинули наши с вами соотечественники — энергичные и наглые (так их описывают сами индусы). Какие-то 10 лет русской туристической экспансии — и самым ходовым товаром в Гоа стали не LSD и гашиш, а борщ и творог. Но обо всем по порядку.

«Дети растут как трава»

Мы сидим на просторной крыше небольшой гоанской виллы. Время за полночь. В воздухе витает сладковатый запах травки. Мы — это несколько девушек в возрасте от 27 до 35 лет. Как водится в бабских тусовках, разговор идет о мужчинах. Света живет в Индии вот уже пять лет — как институт окончила, так сразу и уехала. Сначала просто «тусила», потом познакомилась с Вадимом, «тусили» вместе. Через пару лет забеременела. Родила. Веселиться на знаменитых гоанских party ночи напролет стало проблематично — новорожденная дочка категорически отказывалась спать под транс-музыку. Однако ее гражданский муж продолжал свою прежнюю праздную жизнь, бросив в конечном итоге и жену, и дочь. «Вот козел, — ругается теперь Света. — Даже подарок на Новый год дочке не купил! Говорит, денег нет».

Ее подруга-сожительница Юля — тоже мама-одиночка. Примерно с такой же историей, за исключением того, что отец ее ребенка — англичанин. Вместе девушкам существовать проще — и за дом платить вскладчину не так накладно (могут позволить себе даже уборщицу раз в неделю), и сидеть с детишками можно по очереди. Лишние комнаты в доме они дорого сдают приезжим «пакетникам» (так здесь называют обычных, приезжающих на 2–3 недели туристов).

Возвращаться домой в Москву ни одна, ни вторая не торопится. «А что там делать? — вздыхают девушки. — Холодно, детей пока оденешь в сто одежек... Работать если выходить, то это няню надо нанимать — дорого...». Любой гоанец (так называют себя оседающие там русские) приведет тебе тысячу подобных доводов. Растительный образ жизни очень быстро убивает любую энергию, амбиции, желание чего-то достичь, да и вообще желание двигаться куда бы то ни было... От «нечего делать» и для приработка (хотя денег им в целом и так хватает) девушки организовали свой маленький бизнес — пекут пирожки и торты. Продают знакомым, друзьям и в рестораны. По гоанским меркам это максимум предприимчивости.

Подобных историй в Гоа можно услышать сотни. Бывшие тусовщицы — а ныне мамы с детьми — предпочитают жить здесь. Денег много не надо. Одежды тоже. День прожит — и слава богу. Дети, по признанию самих мамаш, растут здесь как трава, т.е. без проблем. Родителям позволительно лежать, отдыхать, покуривать что-нибудь расслабляющее целыми днями. Самые деятельные, кого еще не расслабило окончательно, чтобы не сойти с ума от безделья, ударяются кто во что горазд. Но, поскольку знания по экономике и юриспруденции, полученные в университетах, здесь применять проблематично, получается, что практически все горазды лишь варить борщ, делать йогурт, сметану, творог, печь расстегаи, наполеоны и чизкейки. В итоге магазины завалены этими продуктами. Сами пекари признаются: заработать, продавая товары фактически друг другу, можно немного. Так, на фрукты детям.

фото: Дина Карпицкая

Среди «пирожников» большими успехами выделяется Олег, шестидесятилетний крепкий русский мужик с косой до пояса, которого все называют Олег из Арамболя (самая северная деревушка Гоа). Конечно же, он вовсе не из Арамболя, а из Барнаула — просто названия созвучны. Несколько лет назад, начитавшись хвалебных статей про Гоа (мол, тут рай земной и т.д.), плюс заимев довольно сложные жизненные обстоятельства, Олег продал все свое имущество и переехал сюда жить с женой и двумя взрослыми детьми. Через полгода взвыл — в его возрасте адаптироваться к растительно-жевательной жизни оказалось крайне сложно. К тому же и характер слишком деятельный. Но обратно вернуться он уже не может, хотя и очень хочет — некуда просто. От изнурительного безделья и тоски по родине он иногда уходит в запой и, напившись, проклинает всех журналюг, кто писал заметки про тутошний рай. И единственный выход для него — все те же пирожки и чебуреки. Они у него действительно шикарные, все это знают. Тесто месит жена, печет он, дочь и сын работают официантами. Небольшое кафе семейство открыло прямо внизу арендованного дома на пыльной и шумной дороге. Любой, кто туда попадает, чувствует себя не в индийском штате Гоа, а в анапской забегаловке, где мужики под русский шансон употребляют пиво с чебуреками. Единственное отличие — так называемые мэджик-кейки с начинкой из марихуаны. Рецепт этого лакомства супруга Олега освоила несколько лет назад уже здесь, в Индии.

Кроме кулинарных способностей многие открыли в себе талант по воспитанию чужих детей. Детских садов и всякого рода групп в Гоа появилось в последнее время неслыханное количество. Московские власти, которые никак не могут ликвидировать очередь в дошкольные заведения, могут только позавидовать. Вот-вот откроется еще и школа. Правда, пока только начальная. Отдельно стоит сказать об именах детей дауншифтеров. Вот уж где действительно простор для воображения! Обычных Маш и Саш тут и в помине нет. Каждый родитель изгаляется как может: Чандрика, Ом, Тай, Микеланджело, Рай, есть даже Джойнт.

фото: Дина Карпицкая
Обычное жилье россиянина в Гоа.

Можно ли молиться на плюшевую собачку?

Вслед за внуками потянулись в Индию и бабушки с дедушками. А что делать — хочется воссоединить семьи! Им теперь перестало быть в Индии «слишком грязно и страшно». И все забыли про прививки и жуткие восточные болезни, которыми сами же когда-то пугали своих детей. Теперь они разгуливают по золотым гоанским пляжам в своих цветастых закрытых купальниках «а-ля 70-е». Местные сообразительные индусы уже изучили вкусы нашего российского старшего поколения и включают на пляжах Валерия Меладзе и Стаса Михайлова. Но это все равно мало помогает в деле привлечения бабушек и дедушек к местному общепиту. После променада они покупают овощи и фрукты, строгают дома салаты и опять те же самые борщи. Короче, все в лучших традициях курортов Краснодарского края.

А что же мужчины? Они-то чем занимаются? А ничем — в прямом смысле этого слова. В рядах русского дауншифтинга процветает матриархат — всеми делами и нехитрым местным бизнесом рулят женщины. Да и он обычно на мамаш с детьми и рассчитан. Те же особи мужского пола, которые считают возможным по полгода сидеть на пляже (чаще всего на деньги от сдачи жилья в России), не ищут себе никаких занятий, просто тупо бездельничают. Есть, конечно, исключения: особо продвинутые в йоге — преподают, кто умеет стричь — тот стрижет. Вот опять же Олег с пирожками. Но таких очень мало. Типичный гоанский дауншифтер — бородатый, с отросшими волосами, с «косячком» за ухом отец семейства. Он сидит с женой на пляже и вяло присматривает за детьми. Ну еще иногда помогает развозить творог и борщи по магазинам — причем крайне неохотно. Или же молодой, ничем не обремененный парень, живущий на деньги от сдачи квартиры в Москве и регулярно уходящий в элэсдэшные трипы.

Многие представители мужского пола прикрывают свое безделье всевозможными духовными практиками. Благо, что место для этого самое подходящее: последователей всяческих направлений «развития личности» здесь пруд пруди. Самые популярные, конечно же, классические индуистские. Тем более что популярный в Индии бог Шива сам курил гашиш и своих последователей призывал делать то же самое. Ритуальная трубка для курения данного наркотика продается здесь на каждом углу и называется чилим. Курят чилим не в одиночку, а в компаниях, и все участники ритуала должны перед затяжкой ударять себя им по голове, произнося «Бом болинат!» (Бом — одно из имен Шивы, болинат — «славься»). Естественно, этот ритуал весьма популярен среди россиян.

Есть и те, кто проповедует более экзотические религии, например солнцееды. Они небольшими группками выходят на пляж на закате-рассвете и что есть дури орут на солнце. Считается, что таким образом из души и тела изгоняются бесы и выходит негативная энергия.

В этом году на просторах гоанских пляжей были замечены и еще более странные товарищи — группа мужчин 30–40 лет, которые везде и всюду носят с собой плюшевых собачек. Некоторые даже используют для этого специальные детские переноски-«кенгурушки», особенно для езды на мопедах. Каждое утро на рассвете они выходят на пляж, сажают своих собачек в кружок и выполняют вокруг них всякие ритуальные действия — виляют пятыми точками («хвостиками»), гавкают, ползают на четвереньках... Когда одного из них я спросила, в чем смысл этих телодвижений, он пояснил, что это возвращение к корням, к природе. Ничего себе природа — из искусственного меха и синтепона!

фото: Дина Карпицкая
Ананд (слева) — верный и заботливый муж.

Да уж, индийская земля испокон веков славилась своей толерантностью ко всем религиям.

В сорок пять баба ягодка опять

Находится здесь место и потерявшим последнюю надежду старым девам со всех уголков нашей необъятной Родины. Дородные, крупные, с большой грудью и такими же амбициями дамы бальзаковского возраста пользуются небывалой популярностью у индийских мужчин. Дело в том, что по местным обычаям чем крупнее (толще) человек, тем красивее и лучше. А в мегаполисах такие дамы даже спокойно ходить по улицам не могут — все так и норовят их потрогать и напитаться тем самым счастьем. А если женщина не просто крупная, а еще и белая, то тут уж вообще полный улет! Вот и потянулись сюда в поисках простого женского счастья наши женщины.

45-летняя Лариса из Самары нежится на пляже со своим молодым мужем Анандом. Они только что поженились, ему 25 лет. Худощавый и немножко растерянный, он смотрится совсем мальчишкой на фоне своей жены. Но это никого смущает. Супруг нежно держит Ларису за руку, с визгом бежит купаться с ней в океан. И вообще не отходит от нее ни на шаг. С первого взгляда видно, что он очень хороший муж.

— Я счастлива, — делится со мной бывшая соотечественница. — В России же мужики — одни алкаши, работать не хотят, все норовят на шею жене сесть. Индусы — они не такие. Очень семейные, женам не изменяют, детей любят и вообще не пьют. Да и Камасутру они тут все с детства изучают! Бедно, конечно, в Индии жить, зато счастливо. Поначалу Ананд очень не хотел, чтобы я вообще работала, но я настояла. Мы открыли небольшой магазин. Вместе бизнесом занимаемся. Денег в семье больше стало. Я вот сейчас хочу сестру свою из Питера сюда перевезти. Она у меня тоже незамужняя.

Лариса по секрету мне призналась, что ждет ребенка. Хотя до этого детей у нее не было — не получалось. Рожать в столь солидном возрасте она не боится — в Индии медицина на очень хорошем уровне.

фото: Дина Карпицкая

Примеров подобных мезальянсов на гоанских просторах немало. Еще на одну необычную пару я наткнулась, когда решила поехать на экскурсию. Хозяйкой небольшого туристического бюро оказалась уроженка Санкт-Петербурга Светлана. Очень колоритная женщина 53 лет, в традиционных индийских штанах «али-баба», на футболке красными нитками вышита свастика (в Индии это очень популярный знак — символ солнца), на сумке — тоже.

— Там на месте, в Хампи (популярное туристическое место — старинный город, внесенный в Список наследия ЮНЕСКО. — Д.К.), вас встретит мой муж. Мы с ним вдвоем работаем.

Светлана ненавязчиво начинает «впаривать» нам свои экскурсии, обещая небывалый сервис и суперинтересные туры «из первых рук», то есть глазами самих индусов. Выясняется, что муж Светланы — уроженец индийского штата Карнатака.

— Мы с моим Моджу познакомились в Хампи 5 лет назад, — хвалится бывшая россиянка. — Он сразу в меня влюбился и буквально прохода не давал. После месяца ухаживания я сдалась. В итоге вот в Индии так и осталась, бросив своего русского мужа.

Осторожно интересуюсь, сколько лет ее индийскому мужу.

— Сейчас 24. А когда мы познакомились, было 19. Знаете, для таких женщин, как я, — независимых, обеспеченных — я далеко не бедная, — с сильным характером молодые индийские мужья — самый подходящий вариант. Он никогда не спорит, во всем со мной соглашается, я его уже почти даже не бью.

Как призналась Светлана, поначалу семья ее мужа была категорически против их отношений (к слову, родители Моджу моложе ее). Пришлось ей приехать и поговорить с ними «по-мужски». Что подразумевалось под этим выражением, она не уточнила.

— А он бы все равно у них там пропал, в той нищете, — рассуждает женщина. — Они же до сих пор в мазанке живут! Зато теперь во многом благодаря мне у них в доме есть телевизор и холодильник. И родителям не приходится с утра до ночи корячиться на рисовых полях. Я в их сына столько сил и денег вложила, научила русскому языку, научила общаться с белыми людьми. Теперь вот он экскурсионные группы возит, живет в номерах. Вы сами завтра с ним познакомитесь. Только не вздумайте влюбиться! Моджу у меня очень красивый. Самый красивый в Индии. Мне все, даже местные, это говорят.

— А ваши родственники как к новому браку отнеслись?

— Я боюсь его в Россию везти. Если только в бронированной машине его там по городам возить. У нас же народ дикий, обидеть его могут.

Признаться, я всю ночь не спала, все думала: кого же я там, в Хампи, встречу? Оказалось — самый обычный индус. Правда, на правом предплечье у него огромными русскими буквами набита татуировка — «Светлана».

фото: Дина Карпицкая

Вы хотели пати?

Что касается тусовок, то они в Гоа, конечно, проводятся, правда, значительно реже, чем раньше. Но зато масштабней — с небывалым русским размахом. И такие, что гоанские жители уже сами жалеют о том, что пустили к себе этих самых туристов. Известный гламурный клуб «Fresh» местные разгромили прямо в новогоднюю ночь — так музыка и шум мешали им спать. Просто взяли дубинки и разнесли все. На старый Новый год русские дали нереально большой бакшиш (взятку) местной полиции, и жесткий гоа-транс гремел так, что в радиусе 20 километров не спал никто. И это несмотря на то что в Гоа действует закон, запрещающий вообще включать музыку после 23.00. На следующий день на побережье прибыл сам министр культуры Индии, полетели головы местных начальников. И party на время затихли. Но, как известно, бабло побеждает все. Так что все уверены: это временно.

…Глубокой ночью на модной пляжной вечеринке я повстречала Андреаса, 33-летного сына хиппи 70-х годов. Он родом из Швеции, но с самого рождения по полгода живет в Анжуне. Судьбу этого человека, пожалуй, можно считать наиболее типичной для дауншифтера-гоанца. Толком нигде не учился, еле-еле окончил среднюю школу. Свое детство вспоминает так: «Жили коммуной, вот в этой деревне. Вечеринки до рассвета, валяние на пляже. Помню, была даже мода всем хиппи ходить голышом. Индусы, конечно, возмущались — их религия категорически такого не приемлет. Но у моих родителей и их друзей была тогда своя религия — LSD...»

Папа и мама его давно умерли. А Андреас так и живет на две страны — полгода в Индии, полгода в родной Швеции. Трудится там сборщиком мебели на фабрике, на самой простенькой низкооплачиваемой должности. Глядя на него, я поняла, что значение слова «дауншифтинг» (игра на понижение — англ.) имеет смысл более грустный, нежели принято считать. Понижается уровень не только бытовых, житейских привычек — но также образования, интеллекта, стремлений... Впрочем, каждому — свое.