Страховка ценою в жизнь

Заказное убийство чиновницы Федеральной службы исполнения наказаний — по любви или по расчету?

28.05.2015 в 19:15, просмотров: 9213

Что делают супруги, когда надоедают друг другу?

В ХХ веке ответ на этот вопрос был бы очевиден: разводятся. Кто со скандалом, с затяжными баталиями в судах, кто тихо-мирно — но чаще всего без кровопролития. Груз взаимной усталости настолько тяжел, что оппонентами движет только одно желание — разлететься, как два самолета, чудом избежавшие столкновения в воздухе, и никогда больше не видеться.

В ХХI веке отношения стали сложнее. И запросы больше. Простой развод уже мало кого устраивает. Хочется не просто разрушить брак, но и еще извлечь выгоду. Высечь искру на пепелище семейного очага.

Как ожидается, сегодня в деле об убийстве чиновницы Федеральной службы исполнения наказаний Анны Долиной будет поставлена точка — вынесен приговор. А рядом — множество вопросительных знаков. Не потому что есть сомнения в том, кто организовал и воплотил в жизнь страшное преступление. А потому что мотив убийства настолько бесхитростен — впору только руками развести.

Страховка ценою в жизнь
фото: vesti.ru
Дмитрий Долин с женой.

Он сидит на лавке, как снегирь на ветке. Один. За стеклом — зал судебных заседаний. Идет процесс. А он тревожно ищет взглядом взгляд худенькой девушки.

Пули, выпущенные 27-летним Али Санаткари, лишили 19-летнюю Дарью Долину матери.

«Простила ли она меня?» — спрашивает Санаткари адвоката. Тот молчит, потом отвечает: «Просила передать, что не держит зла». Даша смотрит на киллера и кивает в ответ.

А киллер мрачно добавляет: «Понимаете, я увидел ее взгляд перед смертью, и у меня подкосились ноги. Настолько это было больно».

■ ■ ■

Анну Долину расстреляли 27 марта 2014 года в 7.15 — солнце уже встало. Выстрелы раздались на парковке возле супермаркета на улице Вешняковской. В это время отсюда стайками разъезжаются автовладельцы, и пальбу было легко принять за так хорошо знакомые выхлопы из глушителя. Но на этот раз прозвучало что-то очень громко. Копавшийся в своем «Рено-Логан» мужчина выглянул из-под капота и увидел, как по асфальтовой дорожке между палаток бежит мужчина. На голове у него был капюшон — совсем не по погоде (в тот день было сухо и тепло).

У припаркованного напротив супермаркета черного «Сузуки» работал двигатель. Водительская дверь была распахнута, на асфальте лежала на спине хозяйка машины. Жизнь покидала ее по капле — ранения оказались смертельными.

Женщину расстрелял киллер — даже для неспокойной Москвы случай почти небывалый! А когда установили личность погибшей, знатоки криминального жанра и вовсе схватились за головы: погибшая работала в Федеральной службе исполнения наказаний. Пусть не руководителем высшего звена, но на весьма хлебной должности — инженером отдела материально-технического снабжения. Значит, заказчика нужно искать в тюремных коридорах.

фото: vesti.ru
Место преступления.

ФСИН уполномочен заявить

«Анна — безобиднейший человек, с ней было легко общаться, какие враги?» — такую характеристику дали Долиной на работе. В тюремном ведомстве Анна занималась обработкой путевых листов, составлением аналитических отчетов по расходу материальных ресурсов и топлива для сопоставления лимита выделенных средств и их расходования. Материально ответственным и подотчетным лицом не являлась, отношения к заключению госконтрактов на приобретение горюче-смазочных материалов и иных товарно-материальных ценностей, к подготовке конкурсной документации не имела. Претензий по работе к Долиной не было. Ни Росфиннадзор, ни Счетная палата не выявили в ее подразделении никаких нарушений. Муж погибшей, Дмитрий Долин, подтвердил: работу свою жена любила, лишь иногда жаловалась, что дел по горло и приходится исправлять ошибки коллег.

Маршрут работа—дом у Долиной изо дня в день был неизменным: в 7.00 выходила из дома, садилась за руль «Сузуки» и ехала на службу, возвращалась в 18.00, потом шла гулять с собакой. Правда, незадолго до смерти график пришлось поменять — Анна получала высшее экономическое образование и была вынуждена взять отпуск, чтобы написать диплом. Но на службе ей все равно приходилось бывать почти каждый день.

Зарабатывала чиновница не слишком много — 50 тысяч рублей. Куда весомее был вклад в семейный бюджет Дмитрия Долина. Он долгое время проработал в системе МВД, в лицензионно-разрешительном отделе ОВД Нагорного района Москвы, а последнее время подвизался консультировать фирму по вопросам безопасности.

У Долиных двое детей, 11-летний сын и 19-летняя дочь. Проживали они в квартире на улице Молдагуловой (там были зарегистрированы Анна и Дарья), вдобавок имелась еще квартира матери Дмитрия на Нагорном бульваре, где прописались отец и сын. Кроме того, мать Анны отписала ей 1/3 квартиры в Измайлове. С родственниками Анна и Дмитрий дружили, с соседями не ссорились, даже из-за мест на парковке конфликтов не было. И дети не доставляли родителям особых неприятностей.

Все так обычно и благопристойно, что абсолютно непонятно, в каком направлении двигаться следствию? Кого искать? И где?

К счастью, преступлений без следов не бывает. В ХIХ веке — уж точно. И уже месяц спустя за организацию убийства Анны Долиной был задержан ее муж.

фото: vesti.ru
Киллер Али Санаткари.

Технология убийства

Как пояснил «МК» Перовский межрайонный прокурор Иван Федин, в том, что убийство было спланированным, сыщики не сомневались с самого начала. Нашлись свидетели, которые видели, что киллер не сразу подбежал к Долиной, когда она вышла из подъезда, — дождался, пока женщина откроет машину.

Столь любимый оперативниками биллинг мобильной связи (эх, если бы его запрашивали не только при убийстве чиновников ФСИН!) принес результаты. Два абонента в радиусе пешей доступности от места убийства вели себя крайне подозрительно. Проверили владельцев телефонов — «пустышка», люди ниоткуда. След обоих аппаратов потерялся в районе МКАД. Но прошло несколько дней, и один телефон «воскрес». Скромный дворник рынка «Садовод» нашел «Нокию» в куче мусора, вставил свою сим-карту, а потом очень удивлялся, когда к нему нагрянули с вопросами сыщики МУРа.

Не хочется облегчать жизнь будущим киллерам и их работодателям, поэтому не будем описывать, как легко восстановить биографию любого мобильника. Заметим лишь, что очень быстро сотрудники угрозыска выяснили, кто и когда покупал эти телефоны.

Их приобрели 25 марта. Камеры бесстрастно зафиксировали двоих покупателей. Одного из них — как же все просто! — даже опознавать не пришлось.

Им оказался Дмитрий Долин.

Вторым покупателем был некий 32-летний Аммар Ахмад.

Эти двое давно знали друг друга — познакомились еще в 2007 году, когда Ахмад зашел в ОВД «Нагорный» оформлять документы на оружие и попал на прием к Долину. Аммар стал своего рода личным автомехаником Дмитрия. Даже за пару дней до убийства жены тот сдал приятелю в ремонт свою «Мицубиси».

Параллельно сыщики узнали, на чем мог приехать и уехать наемник. Видеокамеры (они все-таки иногда работают!) на доме, где жили Долины, запечатлели в 6.15, за час до убийства, черный «Мерседес-Бенц S500L». Раньше такие машины здесь не появлялись. Вскоре выяснилось, что эта же иномарка и в ночь накануне убийства подъезжала к парковке около продуктового магазина на Снайперской улице. Вышедший оттуда мужчина аккуратно скрутил номер с «Тойоты Камри» и уехал. Именно эти номера мелькнули на парковке, где расстреляли Долину.

Незнакомец на всех видео как две капли воды был похож на киллера, убегавшего с места преступления. Рисунок на толстовке, полноватое телосложение, залысины на голове. Под это описание прекрасно подходил сын хозяйки «Мерседеса» Али Санаткари. Вдобавок выяснилось, что он знаком с Ахмадом.

Круг замкнулся. Сыщики даже поверить не могли, что загадочное убийство раскроется так быстро. И не могли поверить в мотив. Его просто не было!

Киллер с психологией подростка

«Ахмад сказал, что она очень плохой по всем критериям человек — супруга и мать», — так начал свое признание Санаткари. Примерно в начале 2014 года закадычный друг Али Аммар Ахмад предложил ему заработать ликвидацией женщины, которая угнетает семью, мужа и детей, а также коллег по работе.

С Ахмадом Али дружил с 2010 года, оба занимались торговлей автозапчастями, помогали друг другу в мелочах, дружили семьями. «Я человек корыстный, но мирный и не бессовестный, поэтому отказался от предложения Ахмада», — говорит Санаткари. Правда, потом «мирный» торговец вспомнил, что задолжал банку по кредиту 1,5 млн рублей, взятому на тот самый «Мерседес». И вскоре Али уже сам напомнил Аммару о его предложении. Тем более что заказчик обещал неплохие деньги — по полмиллиона каждому.

Решение застрелить жертву Санаткари с Ахмадом принимали вместе. Пистолет — боевой «ТТ» — организатор передал наемнику за 2 недели до убийства. Заговорщикам казалось, что они все предусмотрели — испытали оружие, проверили, где есть камеры видеонаблюдения, поменяли симки в телефонах. Договорились, что Санаткари не будет подходить близко к Долиной, чтобы не испачкаться в крови.

На суде Санаткари разревелся как нашкодивший мальчишка. Он и похож на пухловатого подростка, который чуть что бежит жаловаться маме.

«Ахмад привез меня на место, где стояла машина женщины, которую надо было убить. Когда она подошла к машине, я выстрелил один раз, а два раза потом автоматически и побежал к машине, по дороге мне стало плохо, меня два раза вырвало, трясло всего». Я вынужден был так поступить. Но раскаиваюсь».

Весь гонорар за убийство Санаткари, по его словам, потратил на нужды семьи и на оплату кредитных платежей.

Прохладный брак

— Что я могу сказать о Диме? Мы ведь с сестрой особо не секретничали. Общались в основном по телефону, ну и на днях рождения — но в душу друг другу не лезли. Знаю, что жили они дружно, отдыхали вместе всегда. Дима вообще по характеру очень покладистый и спокойный. А Аня — она в доме была главная. И детей воспитывала в строгости.

Это показания старшей сестры Анны Долиной. Ей вторит осиротевшая дочь Даша: родители дружили, почти каждые выходные ездили на дачу, мама часто забирала папу с работы, каждый год отдыхали за границей — либо вдвоем, либо с младшим братиком. Все расходы оплачивал отец. Девушка признает: мать была гораздо строже, а папа всегда баловал их, особенно Дашу. Даже смотрел сквозь пальцы на то, что дочка рано закурила.

— Он вроде как и был главой семьи, но мама как-то так все устраивала, что все спорные ситуации решались в ее пользу. Но отец к этому относился спокойно, понимаете? А еще… Не знаю, важно ли это, но мама жаловалась, что папа мало уделяет ей внимания как женщине.

Стоп-стоп… Может, дело именно в этом? Кризис среднего возраста? И нестарый еще офицер нашел себе зазнобу на стороне?

— Периодически Анна в разговоре могла обмолвиться: мол, ей кажется, что у мужа кто-то есть, — делится подруга Долиной. — Она вообще ревнивая была по характеру. Но при этом о Диме говорила по-доброму. Разводиться они точно не собирались.

А сама Долина признавалась: есть у нее душеприказчик — закадычный друг, с которым знакомы сто лет. Ну или чуть меньше. Периодически встречаются, гуляют в парке. «Встречи для души» — так их характеризовала Долина. Но настаивала: любовниками они не были. И муж об этих встречах знал.

Итак, супруги жили не тужили, связей на стороне не имели, богатое наследство никому не светило. Нет мотива?

Но таких заказных убийств просто не бывает.

И мотив в итоге нашелся — в стопке бумаг.

Полис на 3 миллиона

5 мая 2014 года в кабинете председателя общественного пункта охраны правопорядка района Котловка Дмитрия Долина были найдены два страховых полиса «Личная защита» и две квитанции об их оплате на Долина Дмитрия Юрьевича и Долину Анну Фирузовну. Оба оплачены за три недели до убийства Долиной.

Учитывая, что Анна в отличие от супруга-пенсионера работала в госслужбе, ее страховое возмещение составляло 3 миллиона 66 тысяч рублей. Страховой риск был указан как «смерть в результате несчастного случая». Наследником и выгодоприобретателем по страховому возмещению застрахованной Долиной Анны Фирузовны оказывался ее супруг, Дмитрий Долин

Согласно заключению судебно-почерковедческой экспертизы… подписи в графах «страхователь», «застрахованный» обоих полисов и в графе «оплатил» обеих квитанций об их оплате выполнены Долиным Дмитрием Юрьевичем.

Как вспоминают страховщики, в первых числах марта Дмитрий Долин от имени своей супруги переслал страховому агенту сведения, необходимые для заключения договора страхования жизни от несчастного случая. (Кстати, по словам Санаткари, он как раз в конце февраля дал согласие на убийство. — Прим. авт.)

Помните роман Артура Хейли «Аэропорт»? Там сумасшедший пассажир Герреро взорвал в воздухе самолет, предварительно застраховав свою жизнь на кругленькую сумму. Он наивно полагал, что деньги по страховке получит вдова и заживет счастливо. Литературный персонаж был даже по-своему альтруистом: ценой своей жизни (и жизней сотен невинных людей) пытался обеспечить жену. Дмитрий Долин видел другой путь — убийство супруги позволит обогатиться лично.

Отметим, что страхование жизни от несчастного случая встречается в практике страховщиков крайне редко. Народ в России бесшабашный, живем на авось, и оглядываться на всякие там несчастные случаи — значит, прослыть малодушным, почти трусом. Но Долин развеял все сомнения страховщиков, убедив, что лишь выполняет волю пославшей его супруги. И представил им от ее имени целую кипу необходимых бумаг.

Договор был заключен.

А через три недели Долину убили.

В страховой компании прочли в газетах о ее смерти. Что почувствовали строгие клерки? Что сами подписали ей смертный приговор? Или в душе надеялись: мол, простое совпадение, наверное, она что-то чувствовала…

Увы, Анна Долина, вероятно, даже не знала, что ее жизнь была застрахована. И с того момента — вот парадокс — практически обесценилась.

Отцовские страдания

Разбираться во взаимоотношениях между супругами — занятие неблагодарное. И, как правило, бесполезное. Только он и она знают всю подноготную, малейшие нюансы, невысказанные упреки, несделанные признания… И никакие детекторы лжи здесь не помогут.

Мы можем только предполагать.

Жил да был Дмитрий Долин — человек во всех смыслах обыкновенный. Милицейский чиновник, не глупый, но и не семи пядей во лбу, порядочный, работящий, любящий муж и отец. И вдруг что-то в его микросхеме жизни замкнуло. Может, и правда жене стало скучно с ним? Может, погас тот огонь, который держит людей друг подле друга? И намеки Анны — в том числе в разговорах с дочерью — имели под собой куда более печальный смысл, чем всем казалось? А капля, как известно, камень точит. И когда один из супругов методично, как лесной дятел, долбит напарника — причем по самому больному, самому уязвимому месту… Чем это может закончиться? В лучшем случае разводом, в худшем…

Или все-таки был третий — лишний? И заказное убийство — лишь способ разрушить этот чертов треугольник. А страховка — так, дымовая завеса. Плюс попытка не оставить детей у разбитого корыта, если коварный замысел все же раскроется.

Говорят, тяжелее всего отделить ложь от правды, когда они переплелись, будто стволы одного дерева. Показания Дмитрия Долина — словно эти стволы. Получается, он и правда любил жену? И застраховался только потому, что она просила? И никакого заказа не было?

Вот какие показания дал на суде сам обвиняемый.

«Мы с Анной познакомились в 1992 году и на свадьбу собирали деньги сами. Анна часто болела, я ездил по врачам, по больницам. У нас нет ни одного отдельно проведенного отпуска. Жили дружно. После рождения сына у нее обострились многие болячки».

«Вот вы говорите — страховка, страховка. В жизни полно проблем и тревог. У нас в 2011 году машину угнали и ограбили дачу. В 2013 году мы решили поехать в Грузию с Анной — первый и единственный раз без детей. Поездка долгая, через Чечню и Кабардино-Балкарию. В дороге всякое может произойти. Поэтому мы застраховались. И на оформлении Аня настаивала. Да я про этот страховой полис даже забыл. Другие проблемы были».

«Да какой я заказчик? Мы с Аней не ругались даже. Ну, на сына ругались, когда он уроки не делал, на Дашу, когда она долго не звонила, но вместе их очень любили. Дашу мы втихую друг от друга баловали — давали деньги, чтобы она могла себе что-то купить.

В 40 лет мы собирались обвенчаться. И вообще думали завести третьего ребенка».

«И вообще она резко могла сказать что-то. Не думала, кому говорила… А высказывания в лицо высокопоставленным гражданам всегда неприятны. Нет, на работе ничего конкретного, но говорила про списание топлива. На дороге могла на ровном месте поскандалить».

У меня сложилось впечатление, что все это Долин говорил не судье. Он говорил это для Даши. Ему очень не хочется, чтобы любимая дочь считала его убийцей.

Ахмад Аммар заявил на суде, что его склонили к признательным показаниям… нанятые им же адвокаты. А Санаткари говорить отказался — лишь подтвердил ранее данные показания.

Даша Долина похожа на горящую соломинку. Крашеные рыжие волосы, похожие на пламя, и удивительная хрупкость в облике. Даша держится обособленно, говорит приглушенно и в любой момент готова соскользнуть и исчезнуть.

На суде Даша сидит всегда по центру первой лавки. Как на лобном месте. Даша слушает, что ее отец обвиняется в заказном убийстве ее матери. Даша слушает сухие строчки и безэмоциональные факты. Даша не верит. Это слишком страшно. Когда говорит Дмитрий Долин, Даша берет на колени сумку и всю его речь нервно теребит ремешок. Кто сказал, что дети не в ответе за грехи родителей?

Даша говорит мне, что на судебные заседания ходит как на учебу, пропуская занятия. Она пошла учиться на юриста... Изложенным в суде фактам она, похоже, не верит. А вот истину каждый ищет для себя сам.