Мужчина через суд доказывает, что не присутствовал на собственной свадьбе

В ЗАГСе за него расписался посторонний человек

27.06.2019 в 18:23, просмотров: 37145

Совместно нажитым считается то имущество, которое было приобретено супругами в период брака. Но что если один из супругов утверждает, что он не присутствовал в загсе во время церемонии и семья, по сути, фиктивная?

Житель Подмосковья Сергей Марков дважды подавал иск в Люберецкий суд с требованием признать регистрацию его брака незаконной. Мужчина утверждает, что подал заявление в загс со знакомой женщиной только для того, чтобы получить талоны на качественную одежду в салон для новобрачных — дело было в начале 90 х. На свадьбу он не пришел, а потом узнал, что их все-таки зарегистрировали в его отсутствие. Теперь супруга претендует на половину его имущества, которое оценивается в 50 миллионов рублей. А Сергей пытается доказать в суде неправомерность ее требований — и пока что безуспешно.

Мужчина через суд доказывает, что не присутствовал на собственной свадьбе
Сергей Марков (с дочкой) случайно узнал, что женат

«Подавали заявление в ЗАГС ради талонов на одежду»

Прежде чем подобраться к сути этой необычной судебной тяжбы, совершим небольшое путешествие во времени и окажемся в начале 90-х.

Время перемен и глобальных реформ, дефицита товаров, надежд на прекрасное будущее. Еще до развала СССР в стране были в ходу так называемые талоны для новобрачных. Парам, подающим в загс заявление на вступление в брак, выдавались книжечки, благодаря которым они могли приобрести качественную импортную одежду и обувь (и не только) в специальных магазинах. Талоны давали возможность купить то, что в обычных магазинах просто отсутствовало. По воспоминаниям сотрудников загса, многие молодые люди пользовались хитрой схемой, позволяющей им приобретать отличные вещи под статусом молодоженов. Пара приходила в загс, писала заявление, получала талоны и исчезала. На саму роспись никто из них не приходил. Законом это не запрещено — ни тогда, ни теперь. Ведь после подачи заявления у молодых есть еще месяц на раздумье. Как будто передумали. Особо предприимчивая молодежь умудрялась обходить несколько загсов в родном городе. Из каждого пара выходила с заветными талонами и без цели создать крепкую семью.

Теперь перенесемся в подмосковную Коломну тех времен. С модной одеждой дела здесь обстоят гораздо хуже, чем в Москве. Студенты и ребята постарше вовсю отрабатывают выше обозначенную схему. Кто-то покупает одежду для себя, кто-то продает талоны перекупщикам, которые дежурят прямо у загсов. В общем, каждый крутится как может.

Студент Коломенского педуниверситета Сергей Марков, как и многие сокурсники, получал талоны на импортную одежду и хорошую кожаную обувь по такому же принципу.

— Однажды знакомая девушка Наталия обратилась ко мне с просьбой: «В салон для новобрачных завезли обалденные французские кожаные пальто, надо купить. Пойдем возьмем талон?» — вспоминает Сергей. — Мы с ней уже не первый раз это делали, поэтому я согласился. Подали заявление на 28 августа, получили талоны и пошли с ними в салон. Кожаного пальто уже не было, взамен купили что-то вроде пуховика.

Шел 1993 год. К этому времени сотрудники загсов стали задумываться над тем, как отвадить мнимых молодоженов от заявлений ради талонов. Показатели по поданным заявлениям были гигантские и разительно отличались от количества пар, которые в положенный день приходили расписываться. Разные загсы решали проблему по-разному. Где-то в паспортах женихов и невест проставляли точки и черточки на странице о семейном положении. По словам истца, в Коломне стали просить оставить паспорта до «дня икс», чтобы была хоть какая-то гарантия, что люди придут. Поэтому его удостоверение личности тоже на время «осело» в загсе.

Дата регистрации прошла, паспорта несостоявшиеся молодожены забрали. Но продолжали встречаться. В 1995 году у них родился сын.

— Я предложил официально усыновить ребенка — мы же не расписаны. В ответ Наталия показала мне свой паспорт: а в нем стоит печать о браке со мной. И в свидетельстве о рождении я оказался вписан как отец без каких-либо действий с моей стороны. Так через два года я узнал, что без меня меня женили.

«Подпись в актовой записи принадлежит не Маркову»

По словам мужчины, Наталия призналась, что попросила знакомых сотрудниц загса расписать их, причем сама на церемонии тоже не присутствовала. Сергей стал настаивать на разводе. Но жена уговорила не торопиться, объясняя это тем, что ребенку лучше, если хотя бы по документам он будет расти в полноценной семье.

— Финансовую ситуацию мы с Наталией обговорили, она заверила, что не будет претендовать на имущество, — говорит Сергей. — И у меня не было оснований ей не верить. В нашем кругу всегда ценилось слово. Ей с сыном я купил квартиру в Коломне, потом оформил на нее еще одну — «трешку».

Отношения между тем разладились, но сына Сергей не оставил: проводил с ним время, обеспечивал, устроил в секцию по теннису, возил на соревнования, покупал экипировку...

Прошло больше десяти лет. За это время Сергей активно развивал бизнес и обзавелся солидным капиталом. Встретил женщину, с которой начались серьезные отношения. Через 10 лет пара решила завести ребенка и юридически закрепить отношения — мужчина настоял на том, чтобы оформить развод с Наталией.

Их брак был расторгнут в октябре 2011 года. А в мае 2012 го в новой семье Сергея родилась дочь Милана.

По закону срок давности по разделу имущества после развода — три года. Незадолго до истечения этого срока Сергею позвонили из суда: Наталия подала иск о разделе совместно нажитого имущества.

Марков потребовал объяснений.

— Я попытался призвать ее к справедливости, ведь я не вступал с ней в брак. Меня даже в загсе не было — в этот день я вообще был в Сочи. Я даже попросил ее: пришли мне хоть одну фотографию с нашей «свадьбы», я вообще тебе все отдам. Естественно, таких снимков у нее нет и быть не может.

В 2015 году Сергей обратился в Люберецкий суд с иском об аннулировании актовой записи о браке. В рамках дела из загса Коломны были изъяты те самые актовые записи с автографами, подтверждающими согласие жениха и невесты на вступление в брак. По утверждению истца, в документе отсутствует его подпись, так как он не присутствовал в загсе в день регистрации. Однако в представленной суду карточке жениха стояла подпись, похожая на фамилию «Марков». Сергей настаивал, что она подделана.

Суд назначил судебную почерковедческую экспертизу, проведение которой было поручено автономной некоммерческой организации «Экспертно-правовой центр».

Экспертиза доказала, что в ЗАГСе за Маркова расписался кто-то другой

Сравнив и изучив образцы (второй был получен из документа, который Марков подписывал через три недели после даты бракосочетания), эксперт-криминалист пришел к выводу, что подпись в актовой записи действительно выполнена не Сергеем, а другим лицом. Кроме того, экспертиза не установила причастность Наталии к подделке документа.

Принимая во внимание заключение эксперта, судья Светлана Хуханова удовлетворила исковые требования Сергея и вынесла решение аннулировать актовую запись о браке. Если запись аннулирована, значит, оснований для раздела имущества нет.

Наталия обжаловала решение.

Снова отказ

Апелляция слушалась в Московском областном суде. Судебная коллегия еще раз изучила дело и предыдущее решение отменила. Правда, в апелляционном определении судьи опираются на совсем другой предмет спора. Служители Фемиды отталкивались от того, что Сергей просил признать его брак с Наталией недействительным. Но раз он уже успел этот союз расторгнуть, то теперь признание его недействительным, согласно Семейному кодексу, возможно только в двух случаях. Первый: если выяснилось, что супруги — родственники; второй: если оказалось, что один из них продолжал состоять в предыдущем браке на момент регистрации следующего. Судьи предложили Сергею сначала отменить решение о расторжении, а потом уже добиваться недействительности.

Однако Марков просил суд совсем о другом: аннулировать актовую запись, а не признать брак недействительным. Это разные юридические понятия и они не могут быть взаимозаменяемы. Положение статьи 27 Семейного кодекса не препятствует аннулированию записи акта о браке при наличии законных оснований. Это говорит о том, что наличие развода не играет никакой роли.

Тем не менее Сергею отказали.

Тогда мужчина решил пойти другим путем. Он обратился с новым иском в Люберецкий суд с просьбой признать его брак с Наталией незаключенным. На том основании, что в книге регистрации актов гражданского состояния отсутствует его волеизъявление на вступление в семейный союз. Доказательства — вывод судебной экспертизы, что подпись в графе жениха подделана неизвестным лицом. Сергей также упомянул в иске, что это влияет на его имущественные права и права его несовершеннолетней дочери.

Дело рассматривал судья Андрей Смольянинов.

— Нас слушали-слушали, потом судья сказал: «Я вообще ничего не понимаю, что вы тут придумываете?» — рассказывает Сергей. — А потом долго не мог нам выписать решение.

И хотя решение было отрицательным, его содержимое помогло пролить свет на ход мыслей служителя Фемиды.

Возможно, судья действительно запутался — дело и правда не самое простое. Или просто не хотел разбираться. В какой-то момент он, так же как и апелляционная комиссия по первому иску, решил, что требование признания брака незаключенным аналогично требованию признать его недействительным. Как уже было сказано выше, последнее возможно только в двух случаях. Так как ничего подобного в истории Сергея и Наталии не было, со спокойной совестью судья вынес решение в удовлетворении иска отказать.

Увы, такого юридического понятия, как незаключенный брак, в РФ не существует. Хотя по законам логики существовать должно. Например, семейный кодекс Украины его признает: «Незаключенным считается брак, зарегистрированный в отсутствие сторон или одной из них». Как раз наш случай. Впрочем, Семейный кодекс тоже косвенно соглашается с этим. Cогласно ст. 150 кодекса о семье и браке и согласно пункту 4 ст. 27 об актах гражданского состояния, государственная регистрация заключения брака производится в присутствий лиц заключающих брак. В данном случае присутствия жениха, подтверждённого его автографом, нет.

Сергей обратился в Конституционный суд и получил обнадеживающий ответ, что статьи 27 и 29 Семейного кодекса не препятствуют аннулированию записи о вступлении в брак при наличии законных оснований. Ни тот факт, что у пары есть ребенок, ни тот факт, что они какое-то время жили вместе, не позволяют признать процедуру заключения их брака законной, если жених не давал свое согласие в день росписи. Согласно выводам экспертизы, за него это сделал кто-то другой. Кто именно — неизвестно.

Также Марков нашел определение Конституционного суда от 2013 года, которое разъясняет применение закона в очень похожей ситуации. Тогда в суд обратились пожилые родители мужчины, которого обманом женила на себе женщина, подделав его подпись в загсе. Мужчина умер, а его родителям пришлось отбиваться от фиктивной жены, которая собиралась вступить в права наследования.

Из определения КС от 04.06.2013: «В судах общей юрисдикции <истцы> утверждали, что подпись их сына в документах загс была подделана. Тем самым они указывали <...> на отсутствие волеизъявления сына на заключение брака. Если подобное утверждение обосновано, юридически их брак не является состоявшимся».

— Таким образом, даже Конституционный суд нас поддержал и подтвердил, что, если подпись жениха подделана, это не является условием для признания брака недействительным. Они захотели разобраться в проблеме и разобрались. Они имеют право толковать законы и объяснять, как именно их нужно применять. Но получается, что нижестоящие суды плевать на это хотели. В такой ситуации, как наша, брак не должен считаться заключенным. Да, такого понятия в российском Семейном кодексе нет. Поэтому в нашем случае незаключенный брак мы приравняли к незаключенному гражданско-правовому договору.

Сергей обжаловал решение суда и подготовился к апелляционному заседанию. Но привести все вышеизложенные доводы не получилось.

— Нам даже толком не дали ничего объяснить, судья посадила нас на места и повторно отказала.

Параллельно с судебными тяжбами Сергей написал заявление в полицию с требованием проверить обстоятельства, при которых в загсе была подделана его подпись. В декабре 2018 года экспертно-криминалистический центр ГУ МВД России по Московской области вынес заключение, что подпись в актовой записи не принадлежит Маркову.

Мы также связались с бывшей «супругой» Сергея, Наталией. Она утверждает, что Сергей на свадьбе присутствовал и расписывался лично, а сейчас просто пытается спасти имущество от раздела.

С этим мужчиной мы прожили в законном браке больше 15 лет, — говорит Наталия. — Моя вина только в том, что мы не отмечали свадьбу и фотографии в тот день не делали. Моя подруга, которая была на церемонии, уже умерла и не может подтвердить факт регистрации. А таскать по судам мою пожилую маму, которая может выступить в мою защиту, я не буду.

Правда, Сергей присутствие свидетелей отрицает: да и подписей их в актовой записи в графе «свидетели» нет.

Показания сотрудников загса, которые работали в Коломне в те времена, возможно, помогли бы восстановить картину. Конечно, если бы они захотели вспоминать дела давно минувших дней. Сергей не отступает от своей цели и планирует подать новый иск — от имени несовершеннолетней дочери Миланы.

 

КАК ЭТО БЫЛО

В Сети можно найти много свидетельств о тех временах, когда молодоженам полагались дивиденды за решение официально создать новую ячейку общества. Мы собрали воспоминания о том, как именно это происходило.

«В специальном салоне для новобрачных по талонам были следующие позиции для мужчин: две рубашки, туфли, костюм, парфюм (две единицы) и др. Плюс талон в парикмахерскую на бесплатную стрижку.

А возле салона торчали граждане без определенных занятий — они скупали у брачащихся излишки талонов по фиксированной цене. Я, помнится, ни костюма, ни туфель не купил, а за талон на них получил червонец. А вот подстригся я за казенный счет, бесплатно».

«В 91-м году по талонам давали ящик водки. В магазине не было по 0,5, поэтому мы взяли чекушками. Поскольку свадьбы как таковой не было — мы с женой и свидетелями просто на следующее утро ушли в горы — эти «четки» мы еще года два дарили знакомым».

«В 89-м в Москве помимо одежды давали талоны на стиральную машину, холодильник и телевизор. Очередь шла настолько медленно, что телевизором обзавелся мой тогда уже экс-муж, стиральную машину я выкупила в промежуток между браками, а холодильник мы получили уже с новым мужем весной 91-го. Как раз когда ограничили съем денег со сберкнижек, так что это был отдельный квест...»

«Однокурсница году в 90-м притащила обалденные итальянские туфли и на завистливые расспросы «где?!» жеманно отвечала, что купила по талонам загса в «Весне». Все бросились поздравлять «невесту». А она ничтоже сумняшеся сообщила, что замуж вряд ли пойдет, а вот туфли, может быть, и продаст. И тут смутились все остальные».

«В Москве в начале-середине 80-х можно было подать заявление по месту жительства невесты, по месту жительства жениха или во дворце (Грибоедовском, на Юных Ленинцев). Мы с кузеном, моим ровесником, постоянно в этих салонах закупались — туфли дорогущие по 60 рублей австрийские, сумки, постельное белье и, самое главное, заказ в гастрономе. Как 18 стукнуло, по три раза в год «заяву» подавали. Правда, потом злые тетеньки в загсе стали в паспорте меточки ставить, к моменту реального замужества у меня между словами «семейное положение» было несколько черточек и точек. А еще такие «приглашения» давали золотым и серебряным юбилярам, только кольца по ним купить было нельзя».

«Мы с другом водкой так барыжили в конце 80-х. Он с разными барышнями в разные загсы заявления подавал: два приглашения — два ящика водки. Госцена 10 рублей тогда была, реализовывали проводникам на вокзале по 18–20 рублей, выходило примерно по 100 рублей каждому при минимальной тогда зарплате 70 рублей».


|