Исповедь замученного учителя: «Мы крепостные у барина»

Тяжкая жизнь сегодняшней российской школы

04.01.2020 в 15:13, просмотров: 63194

На образовательной тусовке я разговорилась с одним из учителей о житье-бытье современного педагога. Житье это оказалось крайне незавидным, и в первую очередь из-за чудовищного давления на школу со стороны чиновничье-бюрократического аппарата. О том, как бьется школа в этих тисках, собеседник согласился говорить только на условиях строгой анонимности, так что я не назову даже региона, где работает этот педагог. Впрочем, это и не важно, поскольку с похожими проблемами, как заявили его коллеги, школа сталкивается повсеместно.

Исповедь замученного учителя: «Мы крепостные у барина»

- Нынешний электронный журнал для нас совершенно неприемлем. Раньше в журнале можно было отметить для классного руководителя, что ребенок, к примеру, опоздал. А сейчас нельзя. Да и сама система до конца не отработана, а потому информация из электронного журнала может исчезнуть в любой момент, что периодически и происходит, - начал рассказ мой собеседник. - В итоге параллельно с электронными мы ведем рукописные «журналы», где дублируем всю информацию. Другими словами, постоянно делаем двойную работу. Учителя возмущаются, но нас никто не слушает: все диктуется «сверху» чиновниками от образования.

Недавно, например, они лишили школу права заменить один урок другим — например, если класс разбит на подгруппы по истории и филологии, и один из ведущих там занятия учителей заболел, раньше мы просто объединяли обе эти группы. Сейчас такая замена невозможна. И группа, оказавшаяся без учителя, «провисает».

Нельзя и позвонить родителям, чтобы те забрали из школы ребенка пораньше, если заболел учитель, ведущий последний урок. Чиновники говорят: найдите, чем его занять в школе, пусть отсидит положенное число уроков. Ни детям, ни школе это не нужно — только чиновникам. Учителя для них сейчас как крепостные у барина, который может делать с ними все, что хочет: например, построить нас всех и заставить кричать ура, как на плацу.

Или взять театр. Школе под страхом смертной казни запрещено собирать деньги. На любые цели! Но платы за театральные билеты никто пока не отменял. И деньги собираются и передаются тайком, в близлежащей к школе подворотне. Мы просто как шпионы какие-то!

Что же говорить об организации поездок для школьников! Если организовывать их по закону, то лучше с детьми вообще никуда не ездить. Формально почему-то велено считать, что все эти поездки организуют родители. И учителя из-за этого вынуждены брать отпуск за свой счет, чтобы поехать с классом. При этом, если, не дай Бог, что случится, то отвечать, разумеется, будут не родители, а учителя и школа, которые якобы вовсе ни при чем. Ну не идиотизм ли все это?!

А про походы вообще забыли — нужно столько бумаг... Сделано все, чтобы никто никуда не ездил. А ведь дети должны знать свою родину, увидеть, какая она красивая! Это, кстати, и есть воспитание настоящего патриотизма, тогда как казенное, спущенное сверху патриотическое воспитание на самом деле глубоко антипатриотично. Там все заорганизовано насквозь. И дети это отлично понимают.

Примечательно и другое. Почитаешь чиновничий внеучебный «план мероприятий», и складывается ощущение, что участие «в мероприятиях» — и есть главное занятие школы, а дети должны не учиться, а участвовать в них. Например, сверху приходят разнарядки, сколько ребят выделить для возложения цветов к тому или иному памятнику. И все это, заметьте, — в учебное время, а, значит, с уроков надо снимать не только детей, но и сопровождающих их учителей. При этом все расписано до мелочей: сколько детей становятся в ряды, когда они преклоняют колени, когда и как отходят, кто в какой момент и что говорит. Причем, весь этот флешмоб надо заснять на фото и видеоаппаратуру, представить отснятое в чиновничьи инстанции для отчета, а затем вдобавок обязать детей и родителей распространить все это по соцсетям.

- Из-за всего этого бесконечного «креатива» региональных чиновников от образования в последнее время школам стало просто невозможно работать,- подключился к беседе руководитель другой школы. - Каждое наше утро начинаем с проверки почты: сообщения от чиновников могут приходить (и приходят) в любое время суток — с утра до ночи. Со школы могут потребовать все, что угодно — любые сведения и данные, причем, «срочно». И начинается - обзвон семей, дерготня родителей и детей. А уже на следующий день запросто можно получить приказ прямо противоположный. И так без конца.

Особая головная боль школы — ЕГЭ-11 и ОГЭ-9. Только не подумайте, что связана она с оценками детей, вовсе нет. Главная проблема тут чисто бюрократического свойства! Допустим, в школе работают 70 учителей. А ей приказано «сверху» выделить на ЕГЭ и ОГЭ 65 педагогов в качестве организаторов на пунктах проведения экзаменов (ППЭ).

Школа же в это самое время проводит практику, собственные внутренние экзамены и много чего другого. Плюс она обязана выделить сопровождающих для своих выпускников на ППЭ, к которому те приписаны. Короче, у нее физически не хватает учителей для выполнения требования чиновников. Тем, естественно, об этом сообщают. А они в ответ: делайте, что хотите, но 65 учителей дайте! И все это при том, что по закону участие учителей в ЕГЭ вообще добровольное! Понятно же, что на деле это принудиловка в чистом виде. В школу приходят разнарядка, сколько человек должны идти на ЕГЭ и ОГЭ, и поди ее не исполни! Учителям, конечно, за участие в ЕГЭ что-то платят. Но желающих идти туда все равно нет. Так что можете себе представить положение директоров школ.

А какой ужас школьная база ЕГЭ и ОГЭ! Сейчас она должна содержать полные данные не только на детей, но и на учителей — со стажем, профессией, указанной в дипломах педагогов и т. п. При этом количество школьных информационных баз растет с каждым годом.

«Мы не можем заниматься обучением детей — на это нам просто не оставляют времени. Сложилась система чудовищная и плохо работающая. Точнее, работающая только сама на себя»,- вздыхают педагоги.