В Германии взбунтовались считающие коронавирус фейком

"Самая большая ложь человечества"

В Германии всерьез заговорили о второй волне COVID-19: с конца июля кривая заболеваемости вновь поползла вверх. Коэффициент заражения (индекс R) превысил единицу. Это значит, что один носитель вируса в среднем заражает больше одного человека. Известная немецкая журналистка Анита Куглер рассказала, как такое могло произойти в такой дисциплинированной стране Европы.

"Самая большая ложь человечества"
Анита в центре, слева Коля. Год назад он участвовал в фестивале в Москве.

— СМИ сообщают, что у вас уже вторая волна…

— Сейчас каждый — эксперт по коронавирусу. На днях премьер-министр Саксонии Майкл Кречмер заявил, что вторая волна пандемии уже наступила в Германии, но он не врач. Регистрируются единичные всплески. Институт Роберта Коха говорит, что это не вторая волна, а продолжение первой.

— Какая сейчас ситуация в Берлине?

— К сожалению, молодежь за 20 перестала серьезно воспринимать коронавирус. На днях в Берлине прошла демонстрация под лозунгом «День свободы — конец пандемии» против ограничительных мер. В ней приняли участия около 20 тысяч человек со всей страны. Состав участников был очень своеобразным: собрались сторонники теорий заговора, правые экстремисты, ковид-диссиденты и неонацисты. Я видела плакат с надписью: «COVID-19 — самая большая ложь человечества». Они шествовали по центру города. Это продолжалось несколько часов подряд. Вели себя агрессивно, плевались в журналистов.

— Полиция не вмешивалась?

— Полиция наблюдала за соблюдением порядка. Поскольку практически никто не был в маске, полицейские предупреждали о необходимости держать дистанцию. Только через три часа после начала акцию прекратили.

— Почему люди протестуют против соблюдения мер безопасности?

— На мой взгляд, политики недостаточно объясняли людям необходимость ограничений. Кроме того, у нас не было единой системы: в одних федеральных землях требовалось, чтобы школьники носили маски, в других — нет. Долгое время сообщения о пандемии были в топе новостей, но сегодня многим трудно поверить, что опасность не миновала. Конечно, все не так ужасно, как во время локдауна. Можно пойти в кино или на представление. Но кому не позавидуешь, так это свободным художникам.

— Твой сын Коля Куглер — известный шоумен. Год назад он приезжал на фестиваль в Москву, запускал перфоманс с роботами, играющими панк-рок. Как дела у Коли?

— Плохо. Он получал субсидии от правительства, но теперь его расходы за аренду сцены и мастерских составляют 1000 евро в месяц, а денег больше нет. Раньше сын жил на свои гонорары от представлений, но сейчас это невозможно. Ведь в зале разрешается разместить не более 150 человек. Государство много тратит на культуру, но сегодня поддерживает в первую очередь большие оркестры, театры, хоры. Это поможет их сохранить, потому что филармония не дает концерты, в театрах не идут спектакли, играть для горстки зрителей не имеет смысла. А одиночки, как Коля, буквально выживают. Многие музыканты ушли на интернет-площадки, но им очень не хватает живой публики, ее реакции, зрительских эмоций…

— В Берлине носят маски?

— В закрытых помещениях, в транспорте. В метро штраф 50 евро за отсутствие маски, при повторном нарушении придется заплатить больше. Но пока все либерально. Я стала свидетелем сцены, когда контролер в электричке не стал штрафовать студента, а просто выдал ему маску.

Анита Куглер.

— Анита, а как отразилась на твоей жизни эпидемия?

— В марте я должна была лететь в Атланту, чтобы подготовить материал о праймериз в южных штатах США, но поездка сорвалась — именно в этот день Трамп закрыл въезд в Америку для европейцев. А уже на следующий день Меркель объявила карантин в Германии. В результате девушка из Латвии, которая жила в моей квартире, застряла в Лиепае и не смогла вернуться в Берлин. Мой муж после тяжелой автомобильной катастрофы находится в интернате для инвалидов. Я оказалась в полной двухмесячной изоляции. Это горький опыт.

— Что было самым тяжелым?

— Тотальное одиночество. Я чувствовала себя черепахой при минусовой температуре. К сожалению, все приюты для бездомных животных были закрыты, иначе я взяла бы собаку в возрасте, чтобы она не осталась одна, если со мной что случится. Отношения с друзьями тоже пострадали во время карантина, телефонные разговоры становились все короче и короче.

— Чем ты занималась все это время?

— Я читала запоем, проглотила около 30 книг и, конечно, воспользовалась возможностью посмотреть спектакли, фильмы в бесплатной онлайн-трансляции. Вот только обсудить все это мне было не с кем. Но моему мужу пришлось неизмеримо хуже. Поскольку все интернаты закрыли для посещений, он неделями сидел один в комнате. С тех пор он не произносит ни слова. Диагноз афазия. Это полная или частичная утрата речи…

— Было ли тебе страшно подхватить заразу?

— Я не из трусливых и особо не боялась заразиться. Даже если это произойдет, я полностью доверяю нашей системе здравоохранения. Не надо трястись от страха, достаточно носить маску и соблюдать дистанцию. Заболевали, как правило, социально неблагополучные люди, живущие в скученных условиях. У меня большая светлая квартира в хорошем районе. Как только все наладится, приглашу к себе молодых людей из Латвии или Польши пожить бесплатно.

Читайте материал "Шведская модель по коронавирусу наконец сработала"

Сюжет:

Пандемия коронавируса