— Отношусь к своему юбилею спокойно, без ажиотажа. Тем более в то время, в которое мы сейчас живем, празднование не очень и вписывается, — начала беседу именинница. — Я имею в виду не только себя, но и то, что происходит вокруг. Я смотрю телевизор, я читаю прессу, я общаюсь с людьми разных национальностей. Недавно, например, я встречалась со своим землячеством в Читинской области, где я родилась. Нас, артистов, рожденных там, не очень много: Саша Михайлов и я. Саша возглавляет фестиваль в Чите, а мне там вручали приз — «Гордость Забайкалья».
— Вам наверняка там не удалось избежать комплиментов. Честно говоря, так и не скажешь, что Наталье Гвоздиковой уже 75!..
— У меня была мама, которая прожила 85 лет. Она всегда была для меня примером, следила за собой. Это не значит, что она бегала по парикмахерским, но я всегда видела маму с ухоженными руками, хотя домработницы у нас практически не было.
И еще примером для меня стала Тамара Федоровна Макарова (преподаватель во ВГИКе. — Авт.), которая жила в других условиях, но сколько я ее помню, она всегда хорошо выглядела, всегда давала очень мудрые советы. По молодости казалось, что это неважно, но чем старше я и наши девочки становились, тем чаще мы вспоминали наставления Тамары Федоровны. Я низко кланяюсь ее памяти, очень уважаю и люблю, потому что училась у нее четыре года и уже потом мы продолжали поддерживать связь. И с Сергеем Аполлинариевичем Герасимовым мы время от времени встречались то в Доме дружбы, то в Доме ученых. Они для меня всегда оставались моими учителями.
— Из наказов Макаровой что вспоминается сейчас?
— Она всегда говорила: «Как бы вы ни устали, никогда не нужно ложиться спать с накрашенными глазами, губами. Всегда нужно уделять внимание своей коже, думать об этом смолоду». Она никогда не прибегала к пластике, а ведь ее коллеги в то время уже это делали. Я видела Тамару Федоровну за месяц до ухода, и это была как всегда подтянутая женщина, на которую было приятно смотреть. Я понимала, что ей не 20 и не 30 лет, но мне это было неважно, важно было пообщаться, послушать ее. Она была умница, хотя была очень строгая.
— Сейчас об этом уже открыто говорят: у вас никогда мыслей о пластике не возникало?
— Вы знаете, возможности такие были, и мне предлагали это. Одно время по телевизору шла программа «На 10 лет моложе», и кто-то из моих коллег воспользовался этим. Но я не очень хотела, чтобы все видели, как проходит этот не очень простой эксперимент. К тому же я посоветовалась с доктором, у которого наблюдаюсь много лет. Решила обойтись без пластики. Я со своим врачом по разным поводам советуюсь: какие витамины пить, пищевые добавки и так далее. Из Америки мне моя подруга раньше довольно часто присылала их. Теперь и у нас в аптеках тоже появились хорошие БАДы, и я их покупаю, хотя стоят они недешево. Но лучше выпить витамины, которые тебе пойдут на пользу, чем съесть какую-то колбасу, которая непонятно из чего сделана.
— День рождения в Рождество — это всегда двойная радость. Обычно это меняет как-то формат самого празднования?
— Я всегда знала, что 7 января — это прежде всего Рождество, а уже потом мой день рождения. Мама родила меня 7 января в 6 часов утра, семимесячную, в военном госпитале, где даже не было родильного отделения. За простыней, даже не за занавеской.
Сегодня я человек верующей. У меня есть батюшка, отец Георгий, с которым мы, пожалуй, даже дружим, потому что я всегда к нему могу обратиться по любому поводу и задать любой вопрос. Знаю, что получу вразумительный ответ. Если есть возможность, когда я приезжаю в какую-нибудь командировку, я всегда спрашиваю, будут ли на нашем пути монастырь или церковь? Вот, например, был день святого Спиридона, я была в поездке, и мне даже удалось прикоснуться к его мощам. Правда, не с первой попытки. Когда я увидела в монастыре лежащего за стеклом человека, который мне улыбается, у которого температура, как мне сказали, 36 градусов, я была настолько впечатлена, что мне захотелось наклониться и поцеловать стекло. Но я не могла достать из-за роста, он у меня 158 сантиметров. Я жутко переживала. Но через два дня нашей поездки я решила, что обязательно еще раз должна попасть в монастырь. Мы туда приехали уже вместе с сыном и коллегами. И вот я смотрю — а рядом скамеечка стоит. И я подумала: «Как хорошо!» Я на нее встала и сделала все то, что хотела. Теперь изображение святого Спиридона я узнаю в любой церкви. Как и изображение Божией Матери в монастыре на Киккосе, где я тоже была, и Николая Чудотворца в церкви в Италии и многих других святых местах.
— А новогоднее настроение вы себе создаете на этот период длинных каникул?
— Конечно. У меня дома стоит живая елка— мы с сыном купили. Меня постоянно спрашивают: да что вы каждый год мотаетесь за живой елкой? А я не могу, чтобы у меня дома искусственная стояла. Зато она стоит, красавица, пушистая, в квартире потрясающий запах! Я когда была в Америке, меня поразило, какое у них количество ненастоящих цветов, хотя у них в магазинах чего только нет! Я в Сан-Франциско в первый раз увидела огромную мимозу, и она цвела — вся желтая, красавица. А это был конец февраля. Ну разве можно такие вещи забыть! Я до сих пор помню. Понятно, что это фотографическая память, хотя я многие вещи записываю в дневник.
— Вы ведете дневник?
— Да, уже много лет. Это не значит, что я каждое утро записываю, как я съела вареное яйцо, помыла посуду, подстригла когти на лапках у кота. Просто бывает такое, что проходит время, и ты забываешь какие-то события. Например, я была в Японии, но если бы я не записала детали поездки, я бы могла не вспомнить. Как мы приехали в театр Кабуки, а он был на реставрации, но нас пустили. Как я подошла к сцене, положила на нее руки, вспомнила, как Иннокентий Смоктуновский благословил меня на работу на сцене. Разве такое можно позволить забыть? Хотелось, конечно, еще посмотреть спектакль, но мне было достаточно ходить по улицам, общаться с простыми людьми, видеть детишек, которые меня, блондинку, за волосы норовили потрогать. У меня даже фотография где-то есть: я сижу на корточках, а один кукленыш трогает мои волосы.
— День рождения и Новый год — два праздника,