Язык врага

Письма президенту

Г-н президент, вы, наверное, знаете английский, русский, а, может, и еще какой. А язык врага? Вчерашний взрыв в Ингушетии — это язык врага. Возможно, враг пытается до вас докричаться.

Вы недавно были в Дагестане. На совещании в Махачкале с вами сидели северокавказские президенты. Они вам говорили, как все лучше и лучше борются с террористами, а вы им говорили, как надо еще и еще лучше бороться. И расстались очень довольные друг другом. Правительственная “Российская газета” сообщила о вашем визите в Махачкалу под торжественным заголовком “Президентский марш-бросок” с обещающим подзаголовком “Расследование убийств на юге России взято под контроль Дмитрием Медведевым”. Такие заголовки вам, конечно, приятно читать.

Но на Северном Кавказе есть еще одна сторона. И ей, конечно, тоже хотелось бы сообщить вам (президенту России), как обстоят дела. Но встретиться с вами они не могут, позвонить не могут; если напишут — вы не прочтете (вам не передадут). Им остается только стрелять и взрывать.

Им очень хотелось сказать вам, что в реальности многое обстоит совсем не так, как в докладах и на совещаниях. Поэтому — не успели вы улететь — стрельба и взрывы резко активизировались. Стреляли в чиновников, в милиционеров, в зампреда Верховного суда Ингушетии, а вчера — покушение на тамошнего президента.

Это действует разумный враг. По классическому рецепту русских террористов XIX века. Они стреляли и бросали бомбы в губернаторов, прокуроров, в царя. Это они сообщали свое мнение о власти и положении в стране. Но их не услышали. Точнее, услышали, но не поняли, в диалог не вступили; дело кончилось плохо и для власти, и для террористов, и для страны. (Англия после сотен жертв, после многих лет взрывов и стрельбы нашла возможность говорить с ирландскими террористами; и всем стало лучше — и властям, и стране.)

“Норд-Ост”, Беслан — это жуткие, но относительно разумные действия. Террористы пытались вступить в переговоры, выдвинуть какие-то условия…

А есть враг обезумевший, осатанелый — взрывает не начальников, а простых людей, дома, самолеты, торговые центры — он уже не способен к переговорам. И вопросы “кто его вырастил?”, “кто его выкормил?”, “кто его до этого довел?” — вопросы эти уже не слышны за взрывами и воплями.

Кто не с вами — тот против вас, согласны? Ведь и на выборах, и на партийных собраниях подсчитывается: кто — “за”, кто — “против”. А сколько их, которые против?

Тех, кто стреляет и взрывает, — их десятки или сотни.

А десятки тысяч — уезжают из России молча. Уезжают инженеры, ученые, врачи. Бизнесмены вывезли семьи. Раз уезжают — значит, им здесь не нравится. Не нравится жить под вашим руководством.

А миллионы пьют молча, миллионы умирают молча.

А те десятки миллионов, которые смотрят телевизор, — они с вами? В смысле — душою, в смысле — с национальным лидером.

Недавно на сайте “МК” (желая помочь вам в борьбе с коррупцией) мы провели опрос: “Верите ли, что чиновники честно заполнили декларации о доходах?” 98,5% ответили “не верим”.

Если в декларации верят полтора процента (хоть бы одного такого доверчивого увидеть живьем) — значит, высшим чиновникам не верят. А это значит — считают обманщиками и ворами. Если верят 1,5%, то откуда же 60% за власть на выборах? Такого расхождения быть не может.

Общество что-то говорит вам, г-н президент. Надо стараться понять. В Пикалёве люди вышли на улицу — их услышали, помогли. На Дальнем Востоке люди вышли на улицу — их услышали, разогнали ОМОНом. Возможно, если бы вы с премьером были бы родом с Дальнего Востока, все было бы ровно наоборот. Но главное — большинства не слышно вообще. Оно угрюмо молчит.
Дело не в кризисе. Точнее, не в экономическом кризисе.

Люди уезжали, даже когда на Россию лился золотой дождь. И дети тысячами умирают от насилия не со вчерашнего дня, и взрывы гремят уже 15 лет, и капиталы бегут.

Конечно, у людей есть радости, достижения, удачи. Но много ли из этого — благодаря вам? Кое-что — вопреки. А подавляющее большинство удач — помимо.

...Хотите — скажу, почему бомбардировщики  Су-24 падают? Потому что к власти пришло невежество. Хищное невежество, которое пожирает все, что видит; все, до чего может дотянуться. Гордое невежество, которое само себе поет гимн:

Мы наш, мы новый мир построим!
Кто был ничем — тот станет всем!

Выражаясь словами ваших спичрайтеров, это “боевая песня наших отцов и дедов-прадедов”. Хотите — разберемся?

“Мы наш…” — первый определяющий признак: поют захватчики. Мир был чей-то, а они построят свой. Этот мир вовсе не общий, а только тех, кто захватил власть.

А где будет этот “новый”? На Марсе? Нет, на месте старого. Старый будет уничтожен полностью (так и поют “до основанья”).

А главное — “кто был ничем”… Скажите, г-н президент, если человек был умным, талантливым, образованным — почему это он был ничем? В нормальном мире ничем бывает только бездельник, алкаш, хулиган, балбес. Вот он-то и стал всем. А все, кто были чем-то, — оттесняются, уничтожаются. Им места не остается.

Это история 1917 года. Вот только реактивных бомбардировщиков тогда не было; они случайно залетели в это письмо.