В России захотели вернуться к советской системе здравоохранения

Эксперты настаивают, что ничего хорошего из этого не выйдет

Пандемия COVID-19 стала серьезным испытанием и стрессовой нагрузкой для систем здравоохранения стран, которые она затронула. В России она вновь подняла волну дискуссий на тему — какой должна быть идеальная модель здравоохранения? Не пора ли осуществить реформу, чтобы вернуться к старой советской бюджетной модели финансирования? Об этом эксперты говорили в ходе «круглого стола».

Эксперты настаивают, что ничего хорошего из этого не выйдет

Ситуация подогрета и скандалом вокруг лечения пациентов с коронавирусной инфекцией: то тут, то там начала появляться информация, что некоторым людям отказывают в выполнении тех или иных процедур по полису ОМС. Например, отправляют на платный мазок или требуют сделать КТ перед госпитализацией за свой счет. В результате вышло несколько разъяснений от Фонда обязательного медицинского страхования о том, что вся помощь такого рода должна оказываться пациенту бесплатно. В среднем лечение одного пациента с COVID в России обходится в 200 тысяч рублей.

Однако апологеты возврата к бюджетной модели финансирования здравоохранения начали призывать к активным реформам. Например, руководитель Высшей школы организации и управления здравоохранением Гузель Улумбекова заявила, что рыночные инструменты управления к здравоохранению неприменимы. Эксперт высказалась за изменение вектора развития российского здравоохранения и предлагает вернуться к централизованной системе управления и госфинансированию медицины. В Госдуме уже создана рабочая группа по возврату отдельных медицинских профилей к финансированию из бюджета.

При этом многие эксперты видят в этом перспективы дальнейшего краха российской медицины. Ведь мы уже далеко ушли от Советского Союза, где госраспределение средств на медицину строго контролировалось руководящей рукой партии. Сегодня таких действенных механизмов в России просто нет.

Как отмечает глава Всероссийского союза страховщиков Дмитрий Кузнецов, в странах, где сегодня выбрали преимущественно бюджетную модель финансирования здравоохранения, смертность от COVID-19 фиксировалась в среднем в 2 раза выше, чем в странах со страховой моделью: «Мы видели, что происходило в Италии, Британии, Испании. Страны со страховой моделью здравоохранения справлялись с коронавирусной инфекцией значительно лучше тех, кто выбрал бюджетную модель. Ничего лучше страховой модели мир пока не придумал».

Так, если убрать сегодня из цепочки страховщиков, контролировать качество оказания медпомощи и соблюдение прав пациентов будет просто некому. Страховые компании заинтересованы в этом финансово, поэтому сегодня признают, что в каждом пятом случае нашим пациентам медпомощь оказывают с нарушениями, а примерно в каждом седьмом — с нарушениями, которые могут значительно ухудшить их здоровье. Маловероятно, что контролирующие госструктуры будут браться за дело так же рьяно — скорее они будут искать все способы договориться с проштрафившимся медучреждением. Кроме того, широко муссируется миф, что средства, которые тратятся сегодня на страховые компании, могли бы существенно улучшить положение врачей. На самом деле подсчитано, что врачи могли бы рассчитывать лишь на повышение в 1,5%, что при зарплате в 15 тысяч рублей вряд ли сделает погоду. «Государство должно повышать зарплаты врачей и увеличивать финансирование системы в целом. Ключевая проблема — недостаточность финансирования здравоохранения. А от того, каким образом средства поставляются в учреждение, сметным путем или через страховые компании, ничего не поменяется», — считает Дмитрий Кузнецов.

Тем временем за время пандемии коронавирусной инфекции доступность плановой медицинской помощи во всем мире снизилась. По данным ВОЗ, на 49% снизились объемы оказания медпомощи пациентам с сахарным диабетом, на 42% — с онкозаболеваниями, на 31% — с сердечно-сосудистыми болезнями и на 63% — объемы реабилитации. Российские власти уже сообщали, что объемы плановой помощи сердечникам снизились в среднем на четверть. Как говорит член Совета общественных организаций по защите прав пациентов при Росздравнадзоре Алексей Старченко, коек для реабилитации в системе ОМС в стране практически нет: например, их нехватка для онкопациентов превышает 80%; их катастрофически не хватает для пациентов после инсульта. «Сегодня страховые компании плотно анализируют причины смертности при коронавирусной инфекции среди россиян, — рассказывает Старченко. — И в сферу особых интересов входят пациенты рисковых категорий, в которую входят онкологические пациенты, пациенты с сахарным диабетом, сердечно-сосудистыми заболеваниями, болезнями респираторной системы. Мы вынуждены констатировать, что плановая медпомощь эти пациентам в период пандемии была существенно снижена. Сейчас ввели обязательное обследование на коронавирусную инфекцию перед плановой госпитализацией, однако мы считаем, что такие исследования должны проводиться непосредственно в месте госпитализации, а не заранее в амбулаторном режиме, что повышает риск заражения хронического больного. Кроме того, коронавирусная инфекция не может быть причиной отказа в лечении онкобольным: если человек инфицирован, его следует госпитализировать в специализированные центры для больных с сопутствующей COVID-инфекцией. В Москве такие центры есть».

Опубликован в газете "Московский комсомолец" №28288 от 17 июня 2020

Заголовок в газете: Медицину хотят вернуть в СССР