Охота на Льва-2

Герой нашей публикации Лев Глухов освобожден из-под стражи

14 января 2014 в 17:38, просмотров: 10508

За что люди попадают в тюрьму?

За убийство, разбой, мошенничество.

А еще нередко и за то, что не захотели совершать преступление. В этом случае доказать невиновность особенно трудно.

Охота на Льва-2
фото: Наталья Мущинкина

Весной прошлого года мы опубликовали материал о феноменальном судебном деле, героем которого стал заместитель руководителя отдела управления экономической безопасности и противодействия коррупции ГУ МВД России по Москве майор полиции Лев Глухов.

Постоянно сотрясаемый скандалами следственный отдел СК РФ по Замоскворечью предъявил ему обвинение в превышении должностных полномочий при расследовании дела об административном правонарушении в отношении генерального директора ООО «Аквалик» и мошенничестве в особо крупном размере.

Версия следствия заключается в том, что 9 июля 2009 года Глухов и его коллеги во время оперативно-разыскного мероприятия изъяли у фирмы ООО «Аквалик» сантехническое оборудование стоимостью 3 миллиона долларов США и передали его на ответственное хранение на специальный склад.

По версии следствия, Глухов подделал заключение экспертизы, на основании которого суд принял решение об уничтожении товара, но товар не уничтожили, а продали, и деньги от этой сделки, 50 тысяч долларов США, получили Глухов и другие сотрудники УБЭП ГУВД по Москве.

Единственный вещдок по делу: таинственный мусоровоз, на котором якобы вывезли на свалку китайские сокровища. (Фото из уголовного дела, т. 5, л.д. 43.)

Так был ли мальчик?

Сюжет классический.

По оперативной информации, сотрудники полиции приехали на склад китайской фирмы «Аквалик». На территории склада стоял грузовик с финскими номерами (том 1 административного дела, л.д. 72–75). В грузовике была сантехника, а из документов следовало, что там находятся резиновые изделия. Вот почему представитель фирмы гражданка Китая Бу Лиша предложила сотрудникам полиции за 150 тысяч рублей сделать вид, что они этого не заметили. Разговор с Бу Лиша был записан на диктофон, деньги изъяли, и Глухов поехал в УБЭП для оформления документов по факту покушения на дачу взятки.

Забегая вперед, скажем, что 22 октября 2009 года Преображенским районным судом Бу Лиша за попытку дачи взятки Льву Глухову была осуждена на шесть месяцев лишения свободы в колонии общего режима. Но это было потом.

А прежде возбудили дело в отношении Льва Глухова и других сотрудников УБЭП ГУВД.

Дело-то возбудили, взяли под стражу Глухова, а искать потерпевшего начали лишь спустя 10 месяцев.

Как это?

По закону возбудить уголовное дело по мошенничеству без заявления потерпевшего нельзя. Тут как раз все очень просто: если нет потерпевшего и ущерба, значит, нет и мошенничества. Если никто не пострадал, откуда же взяться страданиям?

Из материалов дела доподлинно известно, что в ходе проверки оперативных материалов Глухов много раз пытался вызвать генерального директора и учредителя фирмы «Аквалик» У Чэншаня. Однако он на встречу так ни разу и не приехал, а присылал адвоката.

Более того, выяснилось, что «Аквалик» представлял в налоговую инспекцию нулевые балансы. То есть фирма вроде бы есть, а деятельности вроде бы нет. Выходит, директор — привидение, фирма — привидение, с минуты на минуту ожидается появление волшебника Изумрудного города…

Но волшебник так и не появился.

Зато нашли У Чэншаня. Правда, в Китае. Как и где его искали, понять не представляется возможным, но сказали, что обнаружили. И этот найденыш наотрез отказался приезжать в Россию (том 4, л.д. 120 и 201).

Не беда, сами съездим. И в Китай посылают оперуполномоченного С.Ю.Кобелева. Но послали по-нашему. По закону Генеральная прокуратура России должна была направить в компетентные органы Китая запрос о правовой помощи. Так это сколько придется ждать! И следователь Е.И.Буренин отправляет в Китай русского опера Кобелева, а уж он на месте разберется.

И Кобелев приехал в Пекин и на территории иностранного государства допросил иностранного гражданина.

Какая красота!

Закон запрещает российским правоохранительным органам проводить следственные действия за пределами России. И этот запрет действует во всем мире — страна может проводить их исключительно на своей территории, иначе будет нарушен суверенитет другого государства.

Но следователь Е.И.Буренин угодил в западню, которую соорудил собственными руками. По его ходатайству был арестован сотрудник полиции, а потерпевшего по делу найти никак не удавалось. Тут не только в Китай, тут на Венеру опера отправишь, лишь бы найти.

Короче, в Пекине кого-то допросили. Но вот кого?

Судя по иероглифам, подпись от имени У Чэншаня выполнена другим лицом. Кстати, и личность этого человека была установлена по просроченному паспорту. Поэтому сказать о том, что в деле наконец появился долгожданный мистер Икс, не представляется возможным (том 4, л.д. 191–222, 233–235).

Свидетель В.Олещук (второй слева) вспоминает… (Фото из уголовного дела, т. 5, л.д. 10.)

А что, если сокровища не поддаются описанию?

Только не смейтесь.

Нет не только потерпевшего — нет и предмета преступления. Не установлено, какой похищен товар.

Тут вот какая ерунда получается: строго говоря, доподлинно неизвестно, а был ли он вообще? Во время следствия никто из сотрудников правоохранительных органов его в глаза не видел.

Тогда следователь Буренин принимает мудрое решение: нет — и не надо. Цену похищенного можно установить по решению Замоскворецкого суда от 2 февраля 2010 года по делу о привлечении У Чэншаня к административной ответственности за реализацию некачественного товара. В этом решении был перечислен некий товар. И Буренин рассудил так: есть понятие преюдиции и то, что суд установил, — это факты, которые дополнительно проверять не нужно. Товар в решении суда перечислен — вот его мы и будем оценивать.

Однако через 8 месяцев Буренину пришлось добиваться отмены этого административного решения (том 7, л.д. 240–241).

Вы не понимаете, зачем он это сделал? Понять и в самом деле непросто. Ему это было как нож в сердце, разбилась такая красивая конструкция с оценкой похищенного товара через решение суда. Так ведь выхода не было: нельзя же было привлечь к ответственности взятого под стражу Глухова за его действия, признанные судом законными.

И получилось, что после отмены этого решения нужно было заново установить точный состав якобы похищенного Глуховым имущества. Но делать этого Буренин не стал. И правильно сделал: ведь по документам изъятые на складе вещи идентифицировать оказалось невозможно. Потому что там просто указаны названия предметов, их количество и какие-то цифры. Например: «смеситель для кухни артикул №6688 — 4 коробки»…

Когда эксперты-товароведы Минюста попросили следствие предоставить дополнительный материал для проведения экспертизы, Буренин представил им флеш-карту с электронной таблицей, в которой содержался прайс-лист с товаром совсем другой фирмы — не «Аквалик», а «Акватон».

Спрашивается: почему же не запросили у «потерпевшего» У Чэншаня первичные бухгалтерские документы на весь его товар?

Так ведь, как следует из материалов дела, никаких документов на изъятый товар у фирмы ООО «Аквалик» просто-напросто не было (том 4, л.д. 119 и 291, том 5, л.д. 240–252, том 1 адм. материала, л.д. 211–227).

Мало того: из ответа таможенной службы на запросы Буренина следует, что на территорию России товар, указанный следствием как предмет хищения, вообще не поступал (том 7, л.д. 157–193, 213 и 219).

Автограф, которого не было

Но и это еще не все.

Как мы помним, 9 июля 2009 года большая оперативная группа, в том числе и опер Лев Глухов, по указанию руководства выехала для осмотра склада фирмы «Аквалик», поскольку одному из сотрудников УБЭП (не Глухову) поступила информация о ее незаконной деятельности.

Нашли грузовик с финскими номерами, Бу Лиша предложила сотрудникам полиции взятку, разговор был записан на диктофон, деньги изъяли — и Глухов поехал в УБЭП для оформления материала по взятке.

Как следует из документов (том 7, л.д. 276–280), опер С.М.Михалев, проводивший осмотр склада, прервал работу и вместе с Глуховым стал оформлять документы по даче взятке. И около полуночи Глухов уехал в УБЭП, а Михалев вернулся на склад и начал изъятие товара.

То есть: Глухова на месте предполагаемого преступления просто-напросто не было. Вот почему в актах осмотра помещения и изъятия товара нет и его подписи (том 1 адм. дела, л.д. 29–38).

Универсальный свидетель

Так на чем же держится обвинение Глухова?

Следствие полагает, что Глухов подделал заключение эксперта, позволившее суду признать китайский товар опасным для здоровья потребителя.

Доказательства?

Никаких.

Доподлинно не установлен даже сам факт подделки экспертного заключения.

Но даже если бы на стол следователя с потолка неожиданно упали доказательства подделки экспертизы, для Глухова это ничего бы не изменило, потому что заключение эксперта он получил от своего руководства. Документы уже прошли через канцелярию, и на них были входящий номер и виза начальника.

Но самым главным доказательством вины Глухова следствие считает показания некоего Владимира Олещука, который работал на складе, где хранилась продукция, изъятая различными подразделениями правоохранительных органов, в том числе и продукция китайцев. Этот человек утверждает, что в июле 2009 года на парковке у станции метро «Добрынинская» он передал сотруднику УБЭП в его машине 50 тысяч долларов США. А Глухов якобы находился рядом.

Кроме слов Олещука, никаких доказательств того, что эта встреча имела место, нет.

Два слова о печальной судьбе Владимира Олещука. Дело в том, что к моменту, когда набирала силу история с китайскими сказочниками Бу и У, Олещук сидел в «Матросской Тишине» как обвиняемый по делу о мошенничестве. Следствию нужен был решающий аргумент для ареста Глухова, потому что летом 2012 года всем было понятно, что у китайского дела нет никакой судебной перспективы.

И вот Олещук, сидевший по другому делу, но бывший работником склада, который фигурировал в китайском сюжете, неожиданно вспоминает про Глухова. Причем вспоминает со второй попытки. Его показания всплывают 6 августа 2012 года, уточняются 14 августа — и там наконец появляются пять драгоценных слов: «одного из них звали Лев». Из них, то есть из тех, кто в июле 2009 года якобы приехал за деньгами на встречу к метро «Добрынинская».

В октябре Олещук «опознал» Глухова, а в декабре его освободили из-под стражи. Единственное, что приходит в голову для объяснения этого чуда — Олещук вспомнил про нужного следствию человека, а в обмен получил долгожданную волю. Правда, гулял он недолго — и весной 2013 года был взят под стражу в зале суда.

Последнее китайское предупреждение

Остается последний и, по сути дела, главный вопрос: по какой причине следствие приложило столько усилий, чтобы в отсутствие доказательств сшить дело по обвинению именно Льва Глухова?

Есть единственное обоснованное предположение.

В 2012 году московское управление экономической безопасности и противодействия коррупции (УЭБ и ПК) пресекло деятельность группы хакеров, которые совершали массовые хищения с банковских счетов, управлявшихся при помощи систем «Банк–Клиент». Прибыль от этой деятельности, по самым скромным подсчетам, составляла около 100 миллионов рублей в неделю.

Расследованием этого дела руководил непосредственно Лев Глухов. И вот летом ему дали понять, что дальнейшая работа по делу нецелесообразна. Глухов намека не понял. Его берут под стражу по делу китайских предпринимателей, а хакерское дело замирает. И только после того как история Глухова попала в средства массовой информации, ею заинтересовался руководитель столичного ГУ МВД Анатолий Якунин. Лишь благодаря Якунину дело хакеров довели до конца, 17 человек были арестованы и предстали перед судом.

■ ■ ■

Льва Глухова освободили спустя 14 месяцев заключения в связи с истечением предельного срока содержания под стражей. Надзирающий прокурор не утвердил обвинительное заключение и дело направлено на дополнительное расследование.

И сегодня оно возвращается на стол заместителя руководителя Замоскворецкого межрайонного следственного отдела СУ по ЦАО ГСУ СК РФ Е.И.Буренина.

Между тем следователь Буренин направил в прокуратуру обвинительное заключение, где нет ни одного установленного факта.

По его мнению, Глухов присутствовал при передаче денег за сбыт неучтенного товара, само наличие которого не установлено, прибытие его в Россию не установлено, что конкретно было сбыто, не установлено, 50 тысяч долларов США никто в глаза не видел и известно о них только со слов осужденного за мошенничество Владимира Олещука.

И единственное, что можно сказать со всей определенностью: Буренин направил на экспертизу прайс-лист с товаром не фирмы ООО «Аквалик», а совсем другой фирмы — «Акватон». Похоже, имеет место фальсификация доказательств.

А как назвать допрос в Пекине человека с просроченным паспортом — то есть фактически неустановленного лица, которому была отведена ответственная роль потерпевшего? Это разве не фальсификация?

Это только так кажется, что в полицию идут одни уроды. Есть немало людей, которые служат достойно, и служат тяжело и трудно. Нередко они погибают. Но система бешено сопротивляется их присутствию: если человек имеет смелость не принимать участия в беззаконии, с ним поступают как с врагом. Не успел уйти сам — посадят, чтобы другим неповадно было. Двигайся в потоке, понял?

Аббат Фариа сказал Эдмону Дантесу, что зло победить нельзя, потому что борьба со злом и есть жизнь. Потом Эдмон Дантес стал графом Монте-Кристо, отомстил своим обидчикам. А зло как было, так и есть. Но его стало меньше.

Это все, что мы можем сделать. Но это единственное, за что стоит сражаться.

Однако пока дело по обвинению Льва Глухова продолжает находиться в производстве Замоскворецкого следственного отдела, надежды на беспристрастное расследование нет.

И появится она только после того, как дело будет передано в другое следственное подразделение. И может, нам это нужно не меньше, чем Льву Глухову.



Партнеры