Наш Гиммлер

4 февраля 2004 в 00:00, просмотров: 2886

Широкое холеное лицо, маленькие глазки, спрятанные под линзами круглых очков, мешковатый серый костюм, неторопливость движений… Таким предстает Лаврентий Берия на кадрах документальной кинохроники. Сталин называл его “наш Гиммлер”, а чуть позднее партийная пропаганда долгие годы рисовала этого человека садистом, насильником, хладнокровным убийцей миллионов людей.

О Берия написано достаточно, но почти ничего не известно о его далеком-далеком прошлом. Репортер “МК” побывала на родине Берия в абхазской глубинке — селе Мерхеули — и узнала, каким Лаврентий Берия был в детстве и юности, а также правду о его приемном и настоящем отце.

“Духовным пастырем Лаврентия стала немецкая аристократка”

Притормаживая около высокого моста через горную речку Мачару, мы гадаем: впишемся или не впишемся… К полуразрушенному мосту через быстрину проложены два рельса… Старый “жигуленок” Тимура Эшпы на миг замирает, чихает и... точно катится по узким железякам. Внизу пенятся буруны…

— Здесь постепенно все приходит в упадок, — говорит глава администрации села Мерхеули Эшпа. — До распада Союза в долине был богатый колхоз имени Пушкина. До самой возвышенности засевали поля кукурузой, на склонах гор были разбиты виноградники, плантации чая и табака. А сейчас в деревне доживают свой век одни старики.

Идем по улицам и удивляемся тишине. За заборами стоят двухэтажные дома, деревья усыпаны мандаринами и хурмой, а людей не видно… Не слышно лая собак.

Теперь никто уже и не вспомнит, как в абхазской глубинке оказалась деревня, где жили практически одни мегрелы.

— Марта Джакели, мать Лаврентия Берии, тоже была мегрелка, причем из знатного рода, — рассказывает старейший житель села Гиви Гвинджия. — Старики знали, что Марта состояла в родстве с самим Дадиани, владельцем Мегрелии. Но богатой она не была, всю жизнь подрабатывала портняжным ремеслом, в селе многие к ней с заказом шли. Знаете, Марта прекрасно шила.

Первый муж Марты скоропостижно скончался. Оставшись одна с сыном и дочерью, она работала в служанках у местного князя Лакарбы. Случилась ли между хозяином и домработницей любовь — теперь никто и не скажет, но только Марта оказалась беременной. Чтобы избежать скандала, Лакарба подыскал статной мегрелке мужа, который был младше ее на 7 лет…

— Павел Берия перебрался в нашу глухомань из Грузии из-за преследований жандармов, — продолжает Гиви Гвинджия. — Старики рассказывали, что во время крестьянских выступлений он убил царского чиновника. Бежав с родины, он не взял даже запасной рубахи. Односельчане убедили полицейских, что Павел погиб в горах. На новом месте, в глухом абхазском селе, ему пришлось начинать жизнь с нуля.

А был Павел Берия, по воспоминаниям местных жителей, хорош собой, трудолюбивый, но крайне вспыльчивый. Все в деревне знали, что расстался с холостяцкой жизнью он не по большой любви... А вот Марта была без ума от молодого горячего мегрела. Родившегося на исходе века, 30 марта 1899 год, Лаврентия Павел признал своим сыном.

Сохранился, оказывается, и дом, где жила семья Берия. К родовому гнезду Лаврентия Павловича мы идем через овраг, поросший лесом. Деревянная лестница, ведущая вниз по склону, по которой не раз сбегал и поднимался Лаврентий, почти истлела. От дома, расположенного в низине, остались лишь облупленные стены. Бродя по развалинам, мы видим спинку от железной кровати, из обломков вытаскиваем ярко-красный чайник в белый горох, книгу на немецком языке...

— В нескольких километрах от села Мерхеули располагалось немецкое поселение Линдау, — рассказывает сопровождающий нас сын Гиви Звияди Гвинджия. — Наши старожилы рассказывали, что маленький Лаврентий часами пропадал у соседей. Марта и Павел только руками разводили, когда их Лаврик начинал с ходу сыпать немецкими фразами. К четырем годам он изъяснялся на немецком языке как на родном.

Павел, по воспоминаниям старожилов, обожал Лаврентия. Уходя пропалывать кукурузные поля, он брал с собой сына. На горных пастбищах, завернув малыша в бурку, учил его наблюдать за звездами.

Видя способности сына, родители решили дать ему хорошее образование. Лаврентию исполнилось семь лет, когда его отправили на учебу в сухумское высшее начальное училище (их еще называли реальными). Чтобы оплатить учебу сына, Берия продали половину дома.

У Павла и Марты кроме Лаврентия родилось еще двое детей. “Один мальчик прожил всего два года и, заболев оспой, умер, — говорит Звияди. — Чудом выжила дочь Анета, правда, после перенесенного заболевания она на всю жизнь осталась глухонемой. Старики говорили, что Лаврентий очень любил свою ущербную сестренку, не раз, заступаясь за нее, дрался с деревенскими мальчишками”.

Духовным пастырем Лаврентия стала аристократка Элла Эммануиловна Аллмендингер. Она открыла Берия многие тайны мировой истории и культуры, привила любовь к искусству и литературе, занималась психологией и вопросами права, обучала немецкому, персидскому и турецкому языкам.

Известно, что училище Лаврентий закончил с отличием. Особенно хорошо ему давались точные науки. За годы учебы за ним закрепилась кличка Сыщик, которой он, по воспоминаниям очевидцев, очень гордился. Бывало, что у учителей исчезали портмоне и папки, у учеников пропадали ручки и пятаки. И Лаврентий, начиная розыск, почти всегда находил украденное. Сельчане запомнили, как, приехав в Мерхеули на каникулы, Берия с гордостью передал им слова учителя истории: “Ты, Лаврентий, будешь знаменитым кавказским абреком, как Зелимхан, или не менее знаменитым, как Фуше”.



“Берия построил на родине школу и мост”

После окончания сухумского училища Лаврентий поступил в механико-строительное техническое училище в Баку. Пришлось Павлу и Марте продать и вторую половину дома, а самим перебраться с семьей в хибару из дранки. Техником-архитектором работать Лаврентию не пришлось. Молодого специалиста закрутил пронесшийся по Закавказью революционный вихрь... В кутаисской тюрьме в одной камере с Лаврентием оказался Саша Гегечкори, которого навещала юная племянница с темно-русыми волосами с золотым отливом и медовыми глазами. Лаврентий был сражен ее искренностью и красотой. Позже он вспоминал: “Сияющий светом ангел вошел в тюрьму...” А про себя решил: “Это та женщина, которая мне нужна”. Только через несколько лет — в 1921 году — на конспиративной квартире большевика Гегечкори он познакомился с девушкой поближе. Нино была моложе Берия на шесть лет, большая умница — окончила гимназию, ее отец и мать происходили из дворян. Нино любила музыку, и молодой чекист ради нее, не зная нот (!), научился играть вальс Шопена.

То, что Лаврентий свою будущую жену похитил, приезжая с проверкой хозяйственных дел в республику, в Мерхеули считают выдумкой. Бабушка Марта рассказывала односельчанам, что 17-летняя Нино сама сбежала с Лаврентием, оставив родным письмо. Брак они зарегистрировали в Баку, а в 1924-м у молодых родился сын Серго.

В Мерхеули Лаврентий Берия приезжать не любил. Марта нередко на всю зиму оставалась жить у сына в Тбилиси. “Старики рассказывали, что Лаврентий звал к себе и отца — Павла, — говорит Звияди. — Но только тот был непреклонен, говорил: “Нечего мне в вашем городе делать”. Он действительно не мыслил своей жизни без тяжелого крестьянского труда, любил простор. А еще постоянно сокрушался, что внука Серго не отпускают к нему в Мерхеули на целый год, говорил: “Я из него бы человека сделал!”

А у Лаврентия Павловича на правах члена семьи многие годы, до самой его смерти, жила его наставница Элла Эммануиловна Аллмендингер, ставшая домашним учителем Серго. Когда началась война, всех немцев начали переселять, а гувернантка осталась жить под крылом Берия. Сталину доложили… Иосиф Виссарионович приехал к Лаврентию на обед. За одним столом со всеми оказалась и Элла Эммануиловна. Сталин не выдержал: “Так это вы и есть тот самый представитель Гитлера? Никогда бы не подумал, что вы немка…” Аристократка онемела. Но все обошлось. Сталин рассмеялся, начал вспоминать Австрию…

— Когда Берия уже переехал в Москву и стал членом Политбюро, по его распоряжению в нашей глухой деревне построили каменную школу-восьмилетку, в которой училась и я, — рассказывает старейшая жительница села Нелли Буюклян. — А еще по приказу Берия через нашу горную реку перекинули большой железный мост, который до сих пор называют бериевским. Школа, кстати, тоже была названа его именем. Во дворе установили большую статую Лаврентия Павловича. К нам в село со всех уголков страны приезжали пионеры, устраивали концерты и слеты. Из Сухуми к памятнику Берия приезжали принимать школьников в пионеры.

Самого же именитого земляка жители Мерхеули так и не увидели.

— Мама рассказывала, что в 1940 году все ждали, что приедет Берия, — продолжает вспоминать Нелли Буюклян. — Всем селом они неделю приводили в порядок улицы, чистили дороги, белили деревья. Но Лаврентий появился в Мерхеули ночью, а на рассвете его уже и след простыл…

По воспоминаниям старожилов, никто из села в годы репрессий не пострадал, а после войны в деревне на всех праздниках пели популярную в те годы песню: “О Берия поют сады и нивы. Он защитил от смерти край родной, чтоб голос песни, звонкий и счастливый, всегда звучал над солнечной страной...” В Мерхеули все были уверены, что именно Лаврентий Павлович организовал разгром немцев на Кавказе.

Между тем отец именитого земляка — простой крестьянин Павел Берия — все чаще болел. Когда в семье узнали, что он простудился и слег, в Мерхеули навестить свекра отправилась невестка Нино. Старик умер у нее на руках. А Лаврентий так больше и не увидел своего названого отца живым.

К могиле Павла Берия ведет узкая лесная тропа. После дождя дорожку размыло, и мы с трудом передвигаемся в месиве из земли и камня.

— Здесь лежит могильная плита, — указывает на бурелом за оградой кладбища Звияди. — Моя бабушка на Пасху всегда приносила гостинцы на могилу Павла.

Вырывая вымахавшую по пояс траву и снимая слой за слоем глину и щебень, мы натыкаемся на камень. На плите четко просматриваются даты рождения и смерти, ниже по-грузински выведено имя Павла, а дальше… только шершавая поверхность. Кто-то старательно стер на постаменте фамилию Берия.



“Памятник Берия таинственным образом исчез”

Арестовали Лаврентия Берия утром 26 июня 1953 года. Прямо в Кремле на заседании Президиума ЦК его обвинили в государственной измене. Прежде чем во всеуслышание объявить об аресте ненавистного мегрела, Хрущев распорядился разоружить грузинскую дивизию, которая сохранилась еще со времен войны.

— К нам в Мерхеули в начале июля приехало много военных, — вспоминает Нелли Буюклян. — Всех жителей села собрали в школе, сам председатель колхоза ходил по домам — проверял, чтобы никто не остался дома. Когда объявили, что Берия — враг народа, все недоумевали… Лаврентием гордились, он был примером, и вдруг — шпион… Мне было тогда 12 лет. Я помню, так долго читали документы, что многие дети уснули прямо на партах. В конце собрания всех предупредили — не дай бог, если у кого-то в доме останется хоть одна фотография Берия… А памятник Лаврентию таинственным образом исчез. Старики говорили, что его ночью, накануне приезда большого начальства, потихоньку перетащили и, чтобы власти не конфисковали, опустили на дно реки.

Нелли Буюклян вспоминает, что две недели после уроков до поздней ночи они сидели в библиотеке и черной тушью в учебниках зачеркивали фамилию Берия, а также вырывали страницы с его портретами. Но частушку “Лаврентий Палыч Берия вышел из доверия, остались от Берия один лишь пух и перья...”, которую знала вся страна, в Мерхеули, по воспоминаниям старожилов, никто никогда не пел.

Трагически сложилась судьба всех родственников Берия. В июле 53-го вслед за отцом арестовали его сына Серго. Полтора года его содержали в камере-одиночке сначала в Лефортовской, а затем в Бутырской тюрьмах. После освобождения из заключения и вручения ему нового паспорта на имя Сергея Алексеевича Гегечкори видного ученого в области ракетостроения вместе с матерью Ниной Теймуразовной отправили в ссылку на Урал. У матери Лаврентия Марты и у его тещи Дарико отобрали квартиры и отправили в дом престарелых в сотне километров от Тбилиси. Никому из родственников взять старушек к себе власти не разрешили. Одной пожилой женщине в то время было 84 года, другой — 81. Глухонемая сестра Лаврентия Анета с мужем и 8-летним ребенком оказались в ссылке в Абакане.

— Марта, будучи уже старой и совершенно слепой, приезжала к нам в Мерхеули, — говорит Нелли Буюклян. — Помню, пришла, прихрамывая, в школу, прижимала к груди школьников, целовала их как родных…

Ныне от каменного здания восьмилетки, которой так гордились местные жители, остались одни развалины. Около груды кирпичей лежит гипсовая фигура пионерки, галстук на шее — целехонький, а вместо ног — железные штыри… На стенах школы, когда-то носившей имя Берия, — ни одного проклятия, ни одного ругательства… Сохранилась надпись: “Ц+А=Б”. Звияди переводит: “Циала плюс Амирал = влюбленные”.

Несмотря на то что село Мерхеули находится на самом въезде в Кодорское ущелье — на прямой дороге из Грузии в Абхазию, во время военных действий в 1992—1993 годах здесь не просвистела ни одна пуля, не был разрушен снарядом ни один дом. Родовое гнездо Берия обходили стороной как абхазские, так и грузинские ополченцы.



* * *

Статую Берия, что в 53-м местные жители утопили на дне горной реки, в половодье снесло вниз по течению. Каменная фигура в человеческий рост застряла в одной из скальных расщелин. Местные жители знали: если у эвкалиптовой рощи на изгибе реки нырнуть и открыть под водой глаза — можно увидеть Лаврентия Павловича. Часто на тот участок реки специально водили ответственных приезжих и уверяли, что если нырнуть и посмотреть на дно, то можно увидеть самородки, которые собирали еще аргонавты! Говорят, нескольких чиновников пришлось вытаскивать и откачивать после того, как они встречались лицом к лицу с Лаврентием Павловичем!

Для миллионов людей Берия оставался прежде всего главой кровожадного НКВД. Для боготворившей его матери Марты он всю жизнь был ребенком, за которого она усердно молилась. До конца жизни оставалась верна Берия и его жена Нино. После ареста Лаврентия Павловича она просила Маленкова и Хрущева разрешить ей разделить участь мужа и быть с ним до конца... Прожив 87 лет, Нино умерла с твердым убеждением, что мужа оклеветали. Да и сын Серго сохранил о своем отце самые нежные воспоминания и ныне хлопочет о его реабилитации.






Партнеры