Разговор под капельницей

20 октября 2004 в 00:00, просмотров: 267

История с избиением и арестом руководителя спецпроектов Первого канала Павла Шеремета становится все больше похожей на детектив. Сейчас Шеремет по-прежнему в больнице, хотя в белорусских СМИ появилась информация, будто его уже выписали. Также выяснилось, что заявление о нападении, написанное журналистом в отделении милиции, неожиданно исчезло, а протокол задержания, с которым сам Шеремет был категорически не согласен, подменили. Адвокат Павла утверждает: сейчас вместо протокола — просто чистый бланк без каких-либо подписей и заявлений.

Вчера корреспондент “МК” позвонил на мобильный тележурналисту как раз в тот момент, когда ему ставили капельницу. Медперсонал нейрохирургического отделения 9-й клинической больницы Минска чрезвычайно любезен, говорит Павел, но он не знает, какие именно препараты ему колют.


— Как ты сейчас себя чувствуешь?

— Голова немного побаливает, врачи сказали, что это сотрясение мозга легкой степени. Но у кого здесь голова не болит? Только, наверное, у дятла, задолбавшего несчастную Белоруссию. Тут достаточно взглянуть в окно, чтобы понять: голова у нормальных людей в Белоруссии болит всегда. Из-за Лукашенко. Ай! (Это Шеремету ввели иглу капельницы. — М.Р.)

— А какие препараты тебе вводят?

— Черт его знает. Но я вынужден доверять людям. Здесь, конечно, полный беспредел, но на прямые убийства врачи, наверное, не пойдут.

— Ты не раз мне говорил, что в Белоруссии за тобой всегда устанавливают слежку и прослушивают телефоны. Зачем ты вообще туда поехал?

— Я ничего, конечно, не решаю здесь, но когда твои товарищи в буквальном смысле сражаются на баррикадах, я не имею права их не поддержать. К тому же у нас как-никак союзное государство. У меня здесь, в Минске, родители, друзья, и я никого не брошу. И я пойду сегодня в суд, чтобы в очередной раз биться с этим режимом. И пусть это будет похоже на безумие, пусть это будет бессмысленно.

— Власти Белоруссии тебя обвиняют в злостном избиении двух парней. Как ощущаешь себя в роли уголовника?

— Это обвинение — величайший фарс и провокация. В воскресенье в 7 вечера мы вышли из дома с журналисткой Калинкиной. Неожиданно подскочили двое молодых людей с криками, что я якобы пристаю к какой-то девушке. Я попытался объяснить, что это какое-то недоразумение, однако услышан не был. Затем один из них нанес мне удар в голову. Естественно, я обратился в милицию. Калинкину попросили остаться на улице. Я написал заявление, и у меня его приняли двое — майор и подполковник. Через пять минут вошел третий персонаж с классическим лицом негодяя и сказал, что это, наоборот, я избил подростков. Каково? Я тут же написал в протоколе, что категорически не согласен с предъявляемыми мне обвинениями. Меня вывели через черный ход и увезли в изолятор-спецприемник. Никто никому не сказал, где я нахожусь. Только после того, как в приемник приехала “скорая помощь” и отвезла меня в больницу, врачи позвонили родителям.

— Не возникает желания поскорее вернуться домой?

— Я хотел вернуться в Москву еще в понедельник, но что-то мне подсказывает, что я здесь чуток подзадержусь.




Партнеры