mk.ru : Московский комсомолец

– Я собственными руками строил этот ресторан в 1998 году, – говорит 77-летний Рафаэль Григорян, возглавлявший ранее в Армении крупный трест стройматериалов. – За несколько лет до этого учредил ООО «ГРП», предприятие назвал по собственным инициалам. 50% доли в уставном капитале принадлежало моему сыну Джону, 50% – мне. В июле 97-го по распоряжению префекта Юго-Западного округа нам был выделен земельный участок общей площадью 0,03 гектара. Когда здание площадью 700 кв. метров было готово, началась внутренняя отделка, ко мне приехали два армянина – Левон Пинаджян и Сурен Мкртчян и итальянец Стефано Фиданца с просьбой передать им здание в аренду. Я не соглашался. Тогда Левон привез своего отца Мартуна, с котором мы выросли в одном дворе. Мартун сказал мне: «Не опасайся подвоха. Ты знаешь меня с детства!» В общем, уговорили меня. Здание было сдано в эксплуатацию как торговый павильон, арендаторы открыли в нем ресторан итальянской кухни «Иль Питторе». Мы оформили договор.

	Рафаэль Григорян. фото: Светлана Самоделова

– Когда начались проблемы?

– В конце 2002 года. Пинаджяны и Сурен Мкртчян попросили меня пустить их в мою фирму, чтобы совместно работать под одним балансом и уступить им большую часть здания. За все это обещали заплатить 1,5 млн. долларов либо выйти из компании. Я верил им как самому себе. Пинаджян-старший все повторял: «Я – гарант!» Про Сурена Мкртчяна я знал, что он родом из Еревана, не имеет никакого образования, мечтал найти состоятельную жену. И нашел. Женился на москвичке, которая была старше его на 20 лет. Русская женщина родила ему сыновей – Феликса и Филиппа. Потом у него появилась другая жена.

Пинаджян и Мкртчян уговорили нас с сыном сначала подписать соответствующие протоколы, оформить их вхождение в состав учредителей ООО «ГРП». При этом не оплатили даже чисто формальную сумму – взнос в уставный капитал компании в размере 10 тыс. рублей. В итоге они завладели 80% доли ООО.

А обещанных денег все не было и не было. При встрече Левон и Сурен обнимали меня, говорили: «Ну подожди еще немного». А спустя 2 года Мкртчян мне нагло заявил: «У нас контрольный пакет акций. А ты кто такой? И что тут делаешь?»

Взрыв прогремел в московском ресторане (13 фото)

Мне стали поступать угрозы, а в декабре 2005 года Сурен Мкртчян избил меня прямо в помещении ресторана в присутствии поваров и официантов. При этом он выкрикивал: «Мы не покупаем и не торгуемся, а просто берем!» Подозвав моего водителя Андрея, он сказал ему: «Ты Григоряна не провожай до подъезда, а то попадешь под раздачу». Я обратился в ОВД по Черемушкинскому району с просьбой принять меры к Мкртчяну, но получил лишь постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Обратился в прокуратуру ЮЗАО – опять отказ. Меня удивило, с какой космической скоростью наши органы выносят постановления и подписывают бумаги! Таким образом, были фактически узаконены противозаконные действия Мкртчяна. Наконец, в 2008 году Управление по налоговым преступлениям начало проверку деятельности ООО «ГРП». Но... нарушений не выявили.

– А они были?

– Конечно! Это творилось еще в бытность мою генеральным директором. Прибыль укрывалась от налогообложения. В ресторане работало около 100 человек, легально же были оформлены только 30. Воровали электроэнергию. Счетчики специально вызванными специалистами были подкручены так, что показывали только одну десятую часть израсходованной электроэнергии. За воду тоже платили сущие копейки, потому что подсоединились в подвале к водопроводной трубе рядом расположенного здания института. Приходила с проверкой пожарная инспекция, находила нарушения, администрация оплачивала штраф и… ничего не исправляла.

– Вы не пытались судиться?

– Были Девятый арбитражный апелляционный суд, Федеральный арбитражный суд Московского округа, Высший арбитражный суд... На меня в собственной квартире было совершено еще одно нападение. Мне сломали ребра, лучевую кость, повредили позвоночник. В результате родственники забрали меня в Армению. Того, кто совершил нападение, так и не нашли. Все мои попытки добиться справедливости ни к чему не привели. Коррупция непобедима!

Примечательно, что в день взрыва в ресторане вместе с Суреном Мкртчяном был его сын. С ожогами он попал в больницу. «Бог все видит!» – отреагировал на эту новость Рафаэль Григорян.
Вчера же руководители ресторана признали факт использования газового оборудования для приготовления пищи в ресторане. Кроме того, как сообщили «МК» в пресс-службе СКР, следователи установили, что деревянная пристройка, где были размещены газовые баллоны, возведена незаконно. Вся строительная и техническая документация, связанная с эксплуатацией здания, будет истребована из контролирующих органов в ближайшее время. Расследование уголовного дела продолжается.

* * * 

Столичные власти оплатят похороны погибших при взрыве в ресторане 43-летней москвички Елены Гороховой и 24-летней официантки Толгонай Сатыбалдиевой, уроженки Кыргызской Республики.

Как рассказали родные Елены, женщина всю жизнь работала в ресторанах, а «Иль Питторе» отдала более 8 лет. В 2003 году она трудилась в холодном цехе, а после стала заместителем шефа ресторана. Что же касается личной жизни, то с первым мужем Василием, сотрудником УВД Северного округа, Елена рассталась давно. От этого брака у нее 23-летняя дочь Елена. Сейчас девушка не находит себе места от горя. На своей страничке в соцсети она установила статус: «Мамулечка моя любимая, я буду помнить тебя вечно... вечная память тебе».

	Елена Горохова (на фото слева.)

Елену предадут земле в четверг на Троекуровском кладбище. Кстати, сначала родные намеревались похоронить ее в некрополе в Подмосковье, но позже изменили решение.

Толгонай найдет свое последнее пристанище на родине в селе Жерге-Тал Сузакского района Жалалабадской области. Скорее всего, «груз-200» улетит в Кыргызскую Республику в четверг.

В злополучном ресторане Толгонай трудилась вместе со своей 28-летней родной сестрой Ферузой. Молодой женщине удалось выжить, но она находится в тяжелом состоянии в 36-й больнице. Всего при взрыве пострадали 7 уроженцев Кыргызской Республики, с ожогами разной степени тяжести они проходят лечение в московских больницах. Состояние одного из них – 38-летнего Анваржона Сатволдиева – критическое.