Человек за бортом

В социальном приюте в Люблине слово «бомж» теряет свой смысл

20 августа 2013 в 20:47, просмотров: 2744

Плохо пахнущие граждане давно уже стали приметой столицы. Что с ними поделать? Не сажать же в тюрьму человека, которой волей судьбы оказался за бортом жизни. Московское правительство уделяет большое внимание этой социальной проблеме, и именно поэтому корреспондент «МК» отправился в Центр социальной адаптации в Люблино.

Человек за бортом
фото: Кирилл Искольдский

Софья Петрякова — завотделением соцпомощи — говорит, что служба прошла серьезную реорганизацию. Раньше в Москве было 8 самостоятельных отделений по работе с бездомными, а сейчас они, что называется, объединены под одним крылом. В службе сейчас работает порядка 500 человек. Это водители, фельдшеры, соцработники. Всего отделение в Люблине рассчитано на 600 койко-мест. На данный момент занято около 400 коек — лето. Зимой места забиты под завязку. Что поделаешь, холод не тетка. Но за эти блага пациентам приходится отвечать, что называется, в полную силу. В центре действует жесткий режим. Прежде всего — трезвость и запрет на курение: дымить им теперь приходится в строго отведенных местах.

Подъем в 6 утра, гигиенические процедуры, затем завтрак, уборка территории, мероприятия по социализации (кому надо поехать за документами, кому побеседовать со специалистами). Обед в час дня. Ну а отбой — в 22.30. Такой вот распорядок.

Пока мы обходим центр, видим, как по двору передвигаются его постояльцы. Прямо скажем, в большинстве это люди жизнью побитые. Но живут они во вполне приемлемых условиях. Палаты рассчитаны от 2 до 14 человек. В двухместных обитают, как правило, люди пожилые. Бывают, конечно, и конфликты — ведь некоторая часть проживающих прошла суровую школу исправительных заведений, а кто-то этой науки не знает, так как попал сюда в силу тех или иных жизненных ситуаций. За этим следят и при необходимости конфликтующих расселяют.

Заходим в одну из палат. На двухъярусных койках лежат обитатели. Кто-то разгадывает кроссворд, кто-то читает. Софья Петрякова спрашивает обитателей: давно ли поливали цветы? Те убежденно уверяют, что сегодня. Просто прежде воды лили слишком много, поэтому цветок стал чахнуть.

Питание здесь одноразовое — обед. Остальные приемы пищи — за свой счет. Заходим на обычную кухню — они на каждом этаже. Очень, вам скажу, приятная кухня. Прямо мечта хозяйки. На стене — распорядок работы. Кстати, одноразовое питание распространяется не на всех: по показаниям врача некоторым нуждающимся предоставляется и дополнительный прием пищи. Естественно, существуют душевые и комнаты отдыха. Заходим в одну из них. Хороший, довольно современный телевизор, кресла. В центре есть и обширная библиотека — на 8 тысяч томов, между прочим. Есть и киноклуб, и театральный кружок. Понятно, что театром увлекаются немногие. Однако отдых, как я уже говорил, подразумевает полную трезвость. Выпил — будь добр на улицу или в наркологическую клинику.

Заходим в библиотеку. Ее заведующая Татьяна Николаевна рассказывает, что посетителей бывает до 20 человек в день. В пятницу особый наплыв — набирают книги на выходные. Как правило, берут чтиво исходя из собственной биографии — детективы. И совсем уж неожиданный выбор книги — фэнтези. Люди все же мечтают о светлом и не хотят вспоминать черное прошлое.

Затем мы заходим в столовую. Здесь питание, что называется, котловое, то есть готовят прямо на месте. Очень чистая и опрятная кухня. Меню можете увидеть. Его, кстати, каждый день высвечивают на специальном экране: салат из свеклы с яблоками, суп картофельный с горохом, бефстроганов из отварного мяса, макароны отварные. На третье — компот из черной смородины.

А вот и соцработник — Ярослав. Пришел сюда в январе. Его история достаточно необычна. Остался без жилья, что называется, по собственной воле. Собрался работать за рубежом, продал квартиру, потом жилье, приобретенное взамен при разводе, оставил жене и детям. Да еще документы пропали. Вот пришел сюда. Считает свою работу нужной и полезной. Уже здесь получил новые документы, благодарит за это руководителя соцпатруля, в котором работает, Сергея Мороза. Пока считает, что у него недостает опыта работы в соцпатруле, все же в прошлой жизни он трудился издателем. Но коллеги выручают. Недавно вот работали у храма Христа Спасителя — по 14 часов в смену.

Коллега Ярослава Кира Васильевна — тоже с непростой судьбой. Дело в том, что ее покойный свекор оформил квартиру, в которой они жили с мужем и сыном, на постороннего человека. В результате оказались они на улице. Но не отчаялись. Сейчас оба супруга работают в патруле. Сын закончил академию, но вот проблема: нет регистрации — нет работы. Но они надеются через суд добиться справедливости. Работать в соцпатруле ей помогает прошлая профессия: она педагог. А это значит, что коммуникативные навыки есть.

А вот человек, которого как бы и нет. Владимир Кузнецов ушел из дома. Был грех — выпивал. А находчивая жена подала иск в суд о том, что он пропал без вести. И теперь у него нет документов. Человек вроде есть, а документально его уже нет. Пока жил на улице, обморозил пальцы на руках и на ногах — ампутировали. Уже был один суд, но жена, к этому времени приватизировавшая квартиру, его на суде не признала. Так и сказала: не знаю этого человека. И вот Владимир Васильевич теперь пытается доказать государству, что он есть, что он живой.

Таких историй здесь сотни. Ежедневно соцпатруль выезжает в город. Ищет нуждающихся. Но так как прав на принудительную госпитализацию у патруля нет, то действовать приходится крайне деликатно. Даже если человек лежит на улице, то доставить его в центр можно только по его согласию. Благо, что согласованность с МВД — полная. И соцпатруль продолжает свою благородную и нужную деятельность.



Партнеры