Подмосковная вертикаль власти: низы хотят, да верхи не пускают

Александр Шестун: «Чтобы реально развиваться, у нас нет ни денег, ни полномочий...»

2 декабря 2015 в 21:02, просмотров: 4995

Красногорская трагедия в Подмосковье, унесшая несколько человеческих жизней, выявила глубокие экономические противоречия между регионом и муниципалитетами. Пресловутая вертикаль власти, чрезмерная централизация лишает чиновников на местах возможности самостоятельно принимать решения. А перераспределение налогов в пользу области и «центра» вообще ставит районы на грань банкротства и выживания.

Где стимулы к развитию, о которых мы слышим на каждом шагу? Где тот пряник в виде льгот тем, кто перевооружается и модифицируется?

О перекосах в экономике области «МК» рассказывает глава Серпуховского района Александр ШЕСТУН. В последние годы здесь удалось привлечь миллиардные инвестиции, заложить основу современной промышленности. Но появившиеся высокотехнологичные рабочие места в некогда сугубо сельской местности не обернулись повышением уровня жизни. Скорее наоборот — район стал не богаче, а... беднее.

Подмосковная вертикаль власти: низы хотят, да верхи не пускают
фото: Евгений Семенов

— Александр Вячеславович, сколько налогов от производств остается в вашем бюджете?

— Мы собираем 4 млрд 300 млн рублей в год. Но в бюджете нам остается меньше 900 млн. Налог на прибыль, налог на собственность и др. уходят в областной и федеральный бюджеты. И обратно в район уже не возвращаются. Нисколько, ноль.

Я уже не раз вспоминал историю: татаро-монголы в Средние века в качестве дани забирали у Московского княжества 10%.

— В пределах нынешнего подоходного налога?..

— Да, в зависимости от урожая, когда чуть больше, когда чуть меньше. Нигде такого нет, чтобы забирали 80% финансовых поступлений, которые нам даются кровью и потом! При таких поборах никакого развития быть не может.

— Тем не менее вы развиваетесь, иначе откуда новые производства?!

— Все последние крупные инвестпроекты — и центр пищевой индустрии в деревне Ивановское, и единственный в России завод по производству инсулина в Оболенске, и предприятие по штамповке монетных заготовок для Монетного двора, и лифтостроительный завод, современнейшее керамическое производство — всем региональным правилам назло. Все это — в районе. В Серпухове, который всегда был сугубо промышленным — одни только завод «Металлист» и РАТЕП чего стоили! — сократили штаты в 10-15 раз, хлопкопрядильные фабрики умерли...

— То есть традиционно сельская территория стала промышленной, а промышленный город — спальным районом? Возможно ли это?

— Возможно, но, как я уже говорил, со страшными барьерами и перекосами. Я уже говорил, что мы соседствуем с Калужской областью — признанным лидером в России по привлечению инвестиций. Там все по-другому: вода, электричество, газ, земля намного дешевле, чем в Подмосковье. Согласование документов по отводу участков или под строительство тоже на порядок проще.

Нам с ними тягаться тяжело. Пример: одно предприятие в нашем Оболенске хочет расшириться и многократно увеличить производство таблеток — весь их ряд, начиная от цитрамона и анальгина. Сами знаете, какое сегодня время: импортозамещение, призывы Президента России к локализации производства на собственной территории. Держаться нужно за каждого инвестора.

Но под разными предлогами получаем из правительства сплошные отказы. Хотя по нормам СанПиНа проходим, Роспотребнадзор все утвердил.

Инвесторы ходят кругами — хотят, но не могут вложить 2 млрд руб. в экономику района и области. Таковы реалии.

— Не ровен час ваши «благодетели» сбегут в Калужскую область?

— Им уже дважды предлагали — там давно все готово, в том числе коммуникации. Приходи и работай. К нашему счастью, они хотят именно в Оболенске, где уже действует фармацевтический кластер, собраны профессиональные кадры.

Но от нас к соседям ушло крупнейшее пищевое предприятие. По налогам оно сегодня на 2-м месте в Калужской области. А мы его потеряли. Для нас это серьезный удар, ведь экономика дальнего подмосковного района значительно отличается от тех муниципалитетов, которые примыкают к МКАДу.

— Чем, интересно?

— Это две большие разницы. Почему стрелял Амиран Георгадзе? И почему такое невозможно в Серпуховском районе?

— Почему?..

— Себестоимость квадратного метра строительства в Подмосковье везде одинаковая, примерно 40 тыс. рублей. Но у нас продажная цена 45–50 тыс., а в Красногорске — от 110 тысяч. Суперприбыли, борьба за каждый клочок земли. Кто из инвесторов захочет строить в Серпуховском районе навороченные торговые центры, какие мы видим у МКАД?

— У отдаленных районов есть свои преимущества, нужно только грамотно ими пользоваться…

— Да, о «преимуществах» близости с Калужской областью я уже сказал. Не в состоянии мы с ними конкурировать — при нашей кадастровой стоимости земли, с чиновничьим беспределом и прочими особенностями.

Несмотря на все эти обстоятельства, региональное правительство полностью нас лишило поддержки. Это ненормально.

Оставьте хоть что-нибудь!.. Долгов по газу, электричеству — всему — набираем по 10–15 млн рублей в месяц. Никуда не платим, в том числе в Пенсионный фонд, — нечем! Воду для кулеров в администрацию и ту набираем из обычной колонки. На бензине тоже экономим в большом и малом.

Вот что такое сегодня экономика Серпуховского района — при всей ее внешней прибыльности и эффективности.

Финансовые подкрепления из области направляются не нам, кто зарабатывает, а Серпухову, Пущино, Протвино — где рабочие места не создаются вообще. Мало того — закрываются старые.

Сделали дорогостоящие проекты, провели экспертизы по строительству новых газовых котельных, но область в последний момент нам денег не выделила. Так же и по строительству детского сада, спорткомплекса, школы искусств — правительство «зарубило» все наши проекты, только зря деньги потратили. Но если бы налоги оставались в районе, мы бы ни у кого ничего не просили и жили нормально.

У нас 26 котельных, больше половины из них на жидком и твердом топливе. Акты о приемке части котельных не подписаны, и в любой момент это может закончиться аварией. Не готовы магистральные водоводы, водоотведения. В тарифах заложено 10% потерь воды, реально они составляют 20–30%. Трубы рваные, как решето. Вода идет не по ним, а по отверстию в грунте. В этом году прорвалась труба, еще дореволюционная.

Некоторые поселки сидят без воды, в т.ч. многоквартирные дома. Каждая последующая зима все тревожнее. Последние 3 года область не выделяет нам на «коммуналку» ни копейки.

— Если вернуться к красногорской трагедии: приняты законы, запрещающие чиновникам заниматься бизнесом, иметь «доли». Каждый год они, в том числе и вы, заполняете декларации о доходах. Вроде бы закрыты все лазейки для коррупции. Тем не менее мы узнаем, что чиновники и не думали уходить из бизнеса...

— Рассказова я знаю достаточно хорошо, по моим сведениям, он никаким боком в бизнесе не участвовал. Все говорят про Караулова, что якобы он был «серым кардиналом». Возможно, ведь он «засветился» еще при нашумевшем деле «подмосковных прокуроров».

Но у Георгадзе не было ни одной причины стрелять в Караулова, тот в нынешней ситуации не мог ничего сделать: ни кинуть, ни пролоббировать. Сегодня все сосредоточено в руках области — разрешения на строительство объектов, их ввод в эксплуатацию. У муниципалитетов нет никаких прав.

— Может, оно и к лучшему? Чиновники на местах срослись с бизнесом, пляшут под его дудку. Зато теперь ответственные решения принимает губерния.

— У меня другая точка зрения. Сейчас в градсовете правительства ждут своего часа около 250 не утвержденных градостроительных заданий. Когда до них дойдет очередь, не знает никто, а обанкротиться сегодня можно за пару недель. Люди «попали» на большие деньги: в свое время они выиграли конкурсы, закредитовались. Займы возвращать теперь нечем, огромные убытки. Месяцами люди не могут туда даже попасть. Все проходит непрозрачно, и злоупотреблений сейчас там в разы больше, чем было в муниципалитетах. Минэкологии, например, призванное координировать деятельность мусорных полигонов и выдавать разрешение на разработку карьеров, непонятно чем занимается.

Даром такое не проходит.

Есть федеральные законы, по ним вопросы строительства, выделения земли должны оставаться за муниципалитетами. Как, впрочем, и зарабатываемые ими налоги. Иначе на местах нет никакой мотивации к работе. Даже в советское время с его идеологическими догмами действовала четкая система поощрений. Собрал больше урожая — тебе как передовику в первую очередь выделят новые тракторы, комбайны, и пятое, и десятое.

В мире на протяжении всей истории менялись общественные формации. Каждый последующий строй предполагает больше самостоятельности, инициативы гражданина. Весь мир так живет и развивается. Неделю назад я был в Китае и подписал соглашение с районом Мудань. За последний год там за свои деньги — 5 млн долларов США — район построил огромный выставочный центр для продвижения своей продукции и товаров. Плюс за сотни миллионов долларов возведен логистический центр и сдан за небольшую аренду крупнейшему интернет-ретейлеру. Деньги администрации района вложены с целью продвижения товаров местных производителей. Окончательно меня сразило то, что местные власти могут освобождать перспективные предприятия не только от местных налогов, но и от федеральных.

Я, как инициативный человек, профессионал, мог бы сделать так и даже больше, чем китайцы, но я лишен такой возможности. Нет ни денег, ни полномочий. В нашем регионе все достается тем, кто больше жалуется, кто громче горлопанит на совещаниях. Гражданин, к сожалению, не вовлечен в принятие решений в регионе, так же, как и местное самоуправление. Все это лишает нас всяких стимулов к развитию, способствует иждивенческим настроениям. Но командно-административными методами действительно сильное государство не построишь, нужно знать и соблюдать экономические законы.



Партнеры