Кто на свете всех грязнее?

“МК” проверил на вшивость американский рейтинг чистюль

13 апреля 2007 в 19:30, просмотров: 465
  На днях в “МК” нагрянула с проверкой СЭС. Наверное, впервые за всю историю отечественной санитарно-эпидемиологической службы врачей не интересовали ни чистота нашего пищеблока, ни наличие медкнижек у поваров. Специалистам предстояло проверить степень чистоплотности… журналистов. А всему виной стал американский микробиолог Чарльз Джерба. Скучая как-то в своем Аризонском университете, он задумал впервые в мире составить рейтинг чистюль. Репортеры “МК” на собственной шкуре выяснили, насколько этот рейтинг соответствует действительности.
     
     Помощник санитарного врача зашла в службу информации. Дама скинула куртку и, вымыв руки, приступила к своей нелегкой работе. “Ох уж этот Джерба”, — ворчала она, извлекая из сумки какие-то склянки.
     Повторить эксперимент сэра Чарльза вообще-то не сложно. Ученый всего лишь замерил количество бактерий на рабочих местах представителей самых разных профессий. В тройке лидеров первое место заняли юристы — у них обнаружилось в среднем по 900 бактерий на один квадратный дюйм. Журналисты заняли вторую ступень пьедестала “почета”. На их рабочих местах ученый насчитал всего 1 тысячу микробов. Замыкали тройку консультанты с 1200 микроорганизмами.
     А кто же оказался грязнее или, извините, обсемененнее всех? Cамое большое количество микробов, оказывается, живет на рабочих местах учителей. На поверхностях их столов, телефонов и указок обитает в среднем аж 18 тысяч бактерий. “Ну а как вы хотели, — объяснил ученый корреспонденту “МК” по телефону, — ведь учителя ежедневно контактируют с огромным количеством учеников. Вот их микробы, перемешавшись с учительскими, и предстали в моей чашке Петри”.
     Итак, действительно ли журналисты настолько чисты, как это утверждает американский ученый? Надо сказать, что в России на данный момент подобные исследования не проводились. Но чем мы хуже американцев? “МК” решил первым протоптать дорожку в этом направлении.
     — Алло! Это СЭС? Вас беспокоит “МК”. Можно вызвать лаборантов для изучения общей обсемененности наших столов? Нам для эксперимента надо.
     Трубка оторопела молчала. А потом... заговорила строгим, взявшим себя в руки голосом: “Таких работ не производим, не надо нам ничего платить”.
     Только с пятой попытки, заслав в филиал федерального государственного учреждения здравоохранения “Центр гигиены и эпидемиологии в городе Москве” по Центральному округу несколько запросов и заплатив по прейскуранту по 200 рублей за каждый смыв, мы заманили в редакцию штатного микробиолога.
     — Только не надейтесь, глупостями мы заниматься у вас не будем — возьмем анализы на наличие наиболее опасных микроорганизмов: кишечную палочку и патогенный стафилококк, — сразу предупредили нас. Ну опасные так опасные, еще лучше...
     В качестве объектов для исследования были выбраны 2 дамских и 2 мужских рабочих места. Объектами изучения стали телефоны, компьютерные мышки и поверхности столов. Ни убираться, ни даже пыль протирать перед визитом СЭС не стали. Рабочие места предстали взору микробиолога в том состоянии, в котором они пребывают ежедневно — то есть в творческом бардаке. Впрочем, бардак бардаку рознь. На двух мужских столах лежали бумаги, газеты, сигареты, канцелярские принадлежности. То есть по большому счету вещи, малопригодные для роста бактерий. Иное дело дамские столы. Там можно и слона потерять. Кроме кип бумаг и пожелтевших от времени газет были замечены тюбики с помадой, лаком, кремом и, конечно же, еда — чашки с недопитым чаем/кофе, крошки от хлеба, пирожные. Также у сотрудниц на столе лежали сумочки. В общем, ни у кого не было сомнений, что уж хоть одна-то опасная бактерия точно здесь пасется.
     По правилам перед взятием смывов столы необходимо дезинфицировать (иначе вырастут лабораторные монстры). Однако мужественные сотрудники нашего отдела решили взглянуть правде в глаза. Микробиолог пришла с объемным бумажным пакетом, в котором, как выяснилось позже, позвякивало 12 пробирок в штативе. Для начала ехидненько поинтересовалась: “Cпиртиком рабочие поверхности протирали?” — “Нет, конечно! — хором закричали мы. — Ратуем за чистоту эксперимента”.
     По очереди доставая из пробирок длинные ватные палочки, смоченные какой-то жидкостью, лаборант протирала ими наши мышки, трубки и свободные от завала поверхности столов. Затем палочки со смывами погружались обратно в пробирки.
     — В них находится жидкая среда, в которой ваши бактерии доедут до лаборатории, — прокомментировала микробиолог свои действия. — Там мы отберем пробы с разных объектов исследования, вытащим небольшое количество жидкости с бактериями и поместим для высеивания в чашки Петри на 2—3 дня.
     Эти дни показались всем вечностью.
     И вот, позвонив в СЭС, мы услышали торжественный голос заведующей микробиологической лабораторией Инны ПИЛЬЧ, сообщившей нам, что на наших рабочих местах не найдено ровным счетом ничего — ни кишечной палочки, ни золотистого стафилококка. Так и сказала: “Ничего!” Словно мы и не живые вовсе! Даже обидно стало.
     — Правда, на столе одного из журналистов начали было расти колонии подозрительных микробов, — поправилась вскоре завлаб. — Но дальнейшие наши исследования показали, что это всего лишь сапрофитный стафилококк (он встречается на теле обычного здорового человека). Проведенные исследования показывают, что на ваших столах, как ни странно, можно смело обедать.
     Действительно странно. Но все–таки работа наших санэпидемиологов частично подтвердила вывод Чарльза Джербы. Журналист — одна из самых чистых профессий. А вот что касается заявления этого же ученого о том, что микробы больше любят дам, — тут вышла неувязочка. Несмотря на явные визуальные признаки, отличающие мужские столы от женских (причем не в пользу прекрасного пола), специалисты не нашли тому микробиологического подтверждения. Отличия между нашими рабочими местами в зависимости от гендерных признаков так и остались для нас тайной.
     А вот по результатам исследований бактериального фона, полученным Чарльзом Джербой, дамские столы грязнее мужских в три-четыре раза! И это неудивительно. “Женщины чаще контактируют с детьми и хранят много еды в ящиках. Кроме этого у дам на столах постоянно прописана косметика — помады, лосьоны, — пояснил нам ученый. — Но все же я советую женщинам не падать духом. Из личных предметов абсолютным лидером по числу бактерий признан все-таки мужской бумажник. Он оказался в два раза грязнее женского стола”.
     Зато офисные туалеты оказались чище столов. В отхожих местах в среднем бактерий в 400 раз меньше, чем на столах. Оправившись от изумления, микробиолог объяснил этот факт ежедневной дезинфекцией сортиров.
     Представляю, что бы нам ответили наши микробиологи, если бы мы попросили их сделать смывы из редакционного туалета! Они явно не оценили бы новизну идеи. Зато теперь мы знаем, что уж по крайней мере опасных бактерий нет на наших столах. Возможно, они просто все передохли от стрессовых ситуаций, которые нередки в ежедневной газете.


Партнеры