Хроника событий Путин: одержавшие победу на выборах в РФ губернаторы должны оправдывать доверие граждан Путин считает, что россияне на выборах поддержали силы, отстаивающие интересы РФ Кто станет спикером Мосгордумы? Чиновник из администрации Хабаровска сорвал выборы на избирательном участке В Подмосковье от конфронтации до консолидации - один шаг

Тайна ночных фальсификаций

Корреспондент «МК» проследил за тем, как считались голоса на выборах

15.09.2014 в 14:09, просмотров: 30497
Тайна ночных фальсификаций

Интерес к выборам в современной России достиг пика во время федеральной кампании в «болотные» 2011–2012 годы и с тех пор только падал. Явка снижалась, а на воскресных выборах в Мосгордуму едва превысила 20%. Казалось бы: если избирателей мало, то и считать голоса должны быстрее, но — нет. На практике выходит все наоборот: в последнее время избирательные комиссии работают не до ночи, как раньше, а до утра. Злые языки говорят: это — не простая проволочка. Злоумышленники из избиркомов всю ночь голосуют за тех, кто не пришел на выборы, и подтасовывают результаты.

Если бы это было так, то в происходящем прослеживалась бы хоть какая-то логика. Но увы! Никто, как правило, за непришедших не голосует и других ночных вбросов не устраивает. Просто процедура подсчета голосов ежегодно усложняется и асимптотически приближается к абсурду. Я на выборах в МГД работал членом окружной избирательной комиссии с правом решающего голоса и расскажу вам вкратце, как это было.

В нашем округе 168,5 тысячи избирателей, но явка оказалась малой: избиратель использовал лишь 33 тысячи бюллетеней на 93 участках. Посчитать их — дело плевое. Но сначала нужно «погасить» армады неиспользованных бланков. Их требуется поштучно пересчитать, отрезая у каждого левый нижний уголок. Ошибка с уголком строжайше воспрещена. Затем «погашенные» бюллетени упаковываются в специальные мешки, каждый из которых опечатывается. Упаковываются и опечатываются также и уголки. Об этом составляется акт за тремя подписями. Потом все это сожгут.

Общее количество погашенных бюллетеней вносится в итоговый протокол участковой комиссии, а затем — в сводные протоколы территориальной, окружной и московской городской избирательных комиссий.

Но это — лишь одна строчка протокола. Их в протоколах комиссий нашего округа было 17, и только 5 из них касались непосредственно выборов: какой кандидат сколько голосов набрал.

Остальные 12 строк — о том, какое количество бюллетеней и каким образом было выдано избирателям и получено назад в урну. Подсчитывать все это нужно «вслепую»: только по книгам избирателей. Урны к тому времени еще не вскрыты. Фокус в том, что когда их откроют — реальное число бланков должно сойтись с виртуальным. А вот этого не происходит. Унес один избиратель бланк себе на память — и все, не сойдется. Но многие комиссии считают, что обязаны начать пересчет и вести его до тех пор, пока не сойдется.

В этом году появилось очередное новшество, которое ввело часть участковых комиссий в ступор, — досрочное голосование. В нашем округе этим правом воспользовались лишь 500 избирателей из почти ста семидесяти тысяч — сотые доли процента. Но в среднем каждая участковая комиссия получила по 5 таких голосов и с утра до ночи думала, как их «пристроить».

Досрочное голосование осуществлялось в территориальных комиссиях, а вечером в субботу бюллетени передавались участковым для размещения в урнах. И вот с утра дотошные наблюдатели видели картину: члены комиссии самым наглым образом вбрасывают бюллетени в ящики для голосования. Некоторые борцы за чистоту выборов пытались скандалить.

А вечером при составлении вышеописанного протокола на участках гадали: в какую строку вписывать эти бланки, чтобы при проверке в окружной комиссии сошлись знаменитые «контрольные соотношения». Кстати, у нас в округе проверял это я, и мне пришлось отправить на участки несколько комиссий для пересчета голосов: ну не туда они вписали «досрочников».

Собственно подсчет голосов занимает, как я уже сказал, при низкой явке — минут десять. За это время заполняются последние — «толковые» строчки протоколов, касающиеся кандидатов. Очень показательную ошибку допустила одна из участковых комиссий, документацию которой я проверял. Люди так увлеклись выверкой контрольных соотношений, что забыли внести в протокол... фамилии кандидатов и отданные за них голоса.

Когда протокол готов, требуется составить 13 актов, надлежащим образом упаковать книги избирателей и другую документацию и по описи сдать все это в окружную комиссию. Потом все это сожгут.

Я описал широкими мазками только самые понятные читателю процедуры. В реальности их больше. В итоге. Голосование на участках закончилось в 20.00. А итоги по нашему округу были подведены не в 20.10, как могло бы быть, а в 7 часов утра. Мы при этом оказались в числе самых оперативных. Любопытная деталь: в 8.30 большинство членов комиссий должны быть на основной работе. Они — учителя, им нужно вести уроки. С этого года понедельник перестал быть выходным днем для организаторов избирательной кампании.

О необходимости упрощения процедур подсчета голосов и сокращения строчек в итоговом протоколе я пишу, увы, не в первый раз. Поверьте на слово: в приватных беседах эту мысль поддерживают и председатель Мосгоризбиркома Валентин Горбунов, и глава ЦИК Владимир Чуров. Но на практике, увы, все происходит наоборот: система усложняется и планомерно приближается к абсурду.

Выборы 14 сентября. Хроника событий


Партнеры