Сексизм в большой политике

Женщин в нашей стране можно оскорблять безнаказанно

15 декабря 2015 в 15:27, просмотров: 14670
Сексизм в большой политике
фото: morguefile.com

«Люблю журналисток, которые так легко опускаются на колени», — сказал недавно министр обороны Сербии Братислав Гашич и лишился своего поста. Инцидент произошел на пресс-конференции, когда корреспондентка одного из телеканалов встала на колени, чтобы не загораживать обзор фото- и видео камерам.

Гашич почти сразу извинился, но премьер все же отстранил от дел своего давнего соратника, заявив, что не потерпит подобного поведения в отношении женщин.

За что же разжаловали военного министра? За сексизм. Сам термин — феминистское «изобретение», определение системы предвзятых взглядов и мнений, которые лежат в основе дискриминации женщин по признаку пола.

Обратите внимание, не только феминистки, но лидер страны заявил о недопустимости сексистских шуток. Он же принял политическое решение в интересах женщин.

Совершенно предсказуемой оказалась реакция российской аудитории и большинства журналистов на снятие Гашича: да, шутка дурацкая, но не повод для отставки чиновника такого ранга. И вообще, те, кто шуток не понимает, сами (дуры) виноваты.

Аналогично реагировали завсегдатаи Интернета на отстранение от дел Шамиля Тарпищева. За сексистское высказывание по поводу сестер Уильямс на Первом канале в программе «Вечерний Ургант» президента Федерации тенниса России не только отстранили от дел, но и оштрафовали на 25 тысяч долларов.

Представляете бурления умов на околоспортивных сайтах? Комментаторы совершенно искренне недоумевали, почему нельзя оскорблять людей в связи с их принадлежностью к определенному полу и расе.

Практически любая дискуссия вокруг сексизма привлекает внимание мужчин. Даже тех, кто не знают, что слово сие означает. Они не знают, но чувствуют, что обязаны указать женщинам их место: кому на кухне борщи варить, кому в койке кувыркаться.

Если женщины не хотят молчать, мужская агрессия зашкаливает: от оскорблений они моментально переходят к угрозам. Ибо покусились на святое, на их самопровозглашенное право определять общественный дискурс.

«Зверь между ног сидит! …Сюда иди тоже, журналистка! Давай я произнесу, а ты подбегаешь и начинаешь ее жестко насиловать… Беременная? Если беременная, дома сидеть надо!» Так закончился пресс-подход журналистки Стеллы Дубовицкой к лидеру одной из парламентских партий в 18 апреля 2014 года.

Не знаю, чем закончилось разбирательство парламентской комиссии по этике по данному вопросу. Главное, что инцидент не повлиял на карьеру лидера ЛДПР Владимира Жириновского. Он продолжает играть в большую политику.

Напомню: журналистка намеревалась обратиться в суд. После безобразной сцены в исполнении политика федерального масштаба она оказалась в больнице.

Типичной реакцией пользователей соцсетей на эту новость были: «повезло дуре, на нее «набросился» Жириновский» («набросился» они берут в кавычки), «какой пиар!». И, конечно, Стеллу Дубовицкую обвиняли в корысти, как будто закон не для всех един, и женщина не может им воспользоваться, чтобы взыскать с обидчика компенсацию за причиненный моральный и физический вред.

К слову, имя сербской журналистки, претерпевшей от экс-министра обороны, я ни в русско-, ни в англоязычных источниках не нашла.

Можно было бы предположить, что работники СМИ не хотят усугублять ситуацию и лишний раз травмировать коллегу. Но у меня почему-то другое ощущение. Имя пострадавшей от сексиста высокого ранга не хотят ставить в один ряд с именем государственного деятеля.

Вспомните эпизод, когда певец Киркоров обругал матом журналистку. Ее имя тоже как будто растворилось за эвфемизмом «розовая кофточка».

Вот так вместо конкретных женщин, облаянных богатыми и знаменитыми мужчинами, возникает пустота. Это еще один инструмент дегуманизации — лишение индивидуальности, которое наслаивается на стандартные предубеждения в отношении женщин.

Можно ли всерьез сочувствовать обезличенной массе?

Сексистская идеология — наравне с расистской или фашистский — является инструментом дегуманизации. Следствием этого становятся терпимое отношение общества к дискриминационным практикам в отношении женщин: гендерно обусловленному насилию, сексуализации, дискриминации в трудовой сфере и образовании, в семейных отношениях.

Особое место в ней занимает сексистский юмор. Стоит, на мой взгляд, пояснить, чем плохая шутка отличается от сексистской.

Первая просто не смешная, вторая педалирует негативные стереотипы и предубеждения в отношении женщин, насаждает двойные стандарты.

Как правило, сексистский юмор легитимирует гендерно обусловленные насильственные практики. Исследования показывают, что к нему чаще прибегают мужчины, которые негативно настроены в отношении женщин.

Сексистский юмор — мужской способ проявить агрессию, не прибегая к прямым угрозам или оскорблениям. Это помогает им избежать общественного осуждения и создает уверенность в том, что окружающие с ними согласны.

Кстати, часто так и есть. Аудитория солидаризируется с агрессором, а не с жертвой, если последняя не вызывает симпатий.

Испанские исследователи провели эксперимент: студентам давали прослушать две серии шуток — сексистских (пренебрежительных по отношению к женщинам) и обычных. В итоге те, кто слушал сексистские шутки, в дальнейшем гораздо терпимее отнеслись к ситуациям, в которых мужчина бил женщину.

По мнению исследователей, это показывает, что подобный юмор связан с теми же психическими механизмами, что и толерантность к насилию над женщинами.

Вот как это выглядит на практике.

Публицист, политический деятель, философ, сопредседатель «Консервативного пресс-клуба» Егор Холмогоров написал на своей странице в соцсети: «Я думаю, когда мы оккупируем Америку, мы издадим тайный указ разрешающий американским мужчинам услышав слово «сексизм» бить кулаком в лицо.

И будем отсматривать лучшие видеоролики с этой сценой.

P.S. Скажут не комильфо бить женщин в лицо. Сказавшая слово «сексизм» женщина перестает быть женщиной и становится субъектом второго гендера». (Орфография и пунктуация авторские.)

Налицо разжигание ненависти и вражды по отношению к женщинам, прямые призывы к физическому насилию, разделение женщин на «правильных» и «неправильных» (которых, по мнению Холмогорова, нужно бить).

Что характерно, в России его ни один политик не одернул, он не стал нерукопожатным в среде журналистов.

Жириновскому, Холмогорову, как и всем другим известным и ничем не примечательным сексистам, все сходит с рук.

Женщин в нашей стране можно оскорблять безнаказанно. И это — тоже политика.




Партнеры