Смерть как доказательство

Реплика Евы МЕРКАЧЁВОЙ, специального корреспондента

14 сентября 2014 в 18:54, просмотров: 12321

В СИЗО «Матросская Тишина» умер заключенный Юрий Минкин. Скончался от сердечного приступа на фоне букета заболеваний. И случилось это аккурат в день (!) большой пресс-конференции в «Матроске», где журналистам рассказывали, какие замечательные здесь врачи и как наврала спецкор «МК», утверждавшая в своем расследовании (см. «МК» от 4 сентября 2014 г.) обратное.  Так и хочется сказать: ну и кто был прав? Самое время вспомнить, что бог шельму метит. Тюремным эскулапам впору посыпать голову пеплом, а ФСИНу — перестать их оправдывать.

Смерть как доказательство
фото: Алексей Меринов

57-летнего Юрия Минкина друзья в шутку называли Юра три «П», потому что был он преподавателем (зам. декана в МИТХТ), предпринимателем и председателем (совета директоров одной компании). Его дело с самого начала было обидным и даже в чем-то показательным для всей страны. Минкин обратился в ФСБ, рассказав, как полицейские одного из управлений МВД по Москве требуют с него взятку в 50 тысяч долларов ежемесячно, угрожая в случае отказа привлечь к уголовной ответственности за незаконную миграцию. Дело в том, что в ноябре прошлого года сотрудники 4-го управления ГУ МВД РФ по Москве во время обыска в одном из складских помещений, арендуемых компанией, обнаружили незаконное общежитие, в котором жили нелегальные мигранты из Таджикистана. По факту обнаружения общежития было возбуждено дело.

Полицейских задержали, но один отделался условным сроком, а второй (его начальник) и вовсе легким испугом — дело в отношении его прекратили. А вот сам Минкин оказался в СИЗО... Причем строгую меру пресечения выбрали, несмотря на его тяжелые болезни, в том числе отек Квинке, межпозвоночную грыжу. Сидел Минкин сначала в камере «Бутырки», но вскоре его оттуда вынуждены были перевести в больницу «Матроски». Чувствовал он себя очень плохо, о чем постоянно сообщал адвокатам. Говорил, что падает в обморок, болит сердце, а врачи ему медпомощь не оказывают (только обезболивающие таблетки дают, которые не помогают). И вот он умер... Резкую боль в сердце он почувствовал еще на суде, куда его вывезли для продления ареста. Ну а смерть констатировали в «Матроске», куда доставили для оказания экстренной медпомощи. Случилось это 12 сентября. В этот день в «Матросской Тишине» было много гостей.

На пятничную презентацию начальника медсанчасти Самвела Мадояна (я не оговорилась, его именно презентовали, как презентуют, например, навороченное зубоврачебное кресло) я не пошла. Просто не смогла — была в отъезде. И с внутренним содроганием слушала рассказ коллеги о том, как заливались соловьями тюремные чиновники. Дескать, и наша статья «Доктор? Зло!» о том, как калечат заключенных в больнице знаменитого московского СИЗО, — лживая. И больные в изоляторе — счастливейшие из смертных. И сам г-н Мадоян — лучший врач всех времен и народов. И так далее и тому подобное.

Видимо, им было невдомек, что как раз пока они распинались перед журналистами — умирал очередной их подопечный — подследственный Юрий Минкин.

Но тогда их волновало, как оправдаться по каждому из десятка эпизодов, что были описаны в «МК». Потрудились даже подготовить официальный ответ. Читать его даже неловко. Вот кусочек: «Эпизод, в котором говорится о Кирилле, 4 месяца ожидающем хирурга, чтобы тот выписал ему трость, также вызвал недоумение у врачей. На самом деле при поступлении в больницу пациента сразу же осмотрел хирург и назначил ему еще и консультацию у невролога. Именно невролог, который посетил его через несколько дней, рекомендовал ему кроме лекарств при ходьбе опираться на трость».

Даже не важно, что развитие четырехмесячной ситуации с Кириллом задокументировано. Интересней другое. Кирилл вообще не поступал ни в какую больницу!!! Все время, пока вымаливал тросточку, он находился в общем корпусе, в одной и той же большой камере. Или вот эпизод с Эльвирой Караевой, у которой инфекционный эндокардит и которую держат в СИЗО, несмотря на ее тяжелейшее состояние. В ответе ФСИН говорится, что зря я обвинила Мадояна — наоборот, именно благодаря ему ее вернули с этапа и скоро сделают операцию. Интересно, хоть чуточку покраснел после этих слов тюремный доктор? Ну хоть капельку? Именно он ее «актировать» отказался, и благодаря ему ее в колонию (и как на грех — в самую глухомань) отправили, по сути, умирать. А вернули ее правозащитники, которые провели не одно совещание по ее поводу с кем только возможно. Эх, Мадоян, эх, ФСИН... Можно дать сто пресс-конференций и устроить тысячу экскурсий по больницам — если не изменится подход к заключенным, умирать они не перестанут. Хотя, с другой стороны, может, есть смысл в том, что Мадояна не наказывают? Возможно, чиновники, зная, что за решеткой их ждет такой персонаж, будут реже закон нарушать? Хотя бы из страха за свою жизнь.

Свой первый материал о больнице «Матросской Тишины» я назвала «Доктор? Зло!». Теперь понимаю, что вопросительный знак был лишним.



Партнеры