Рабы Арбата

Человек, который отбыл срок за мошенничество c квартирами в центре Москвы, вернулся и продолжает начатое дело

9 февраля 2016 в 18:01, просмотров: 13408

Сказано же: не поминай черта всуе — он сейчас тут как тут. А я недавно написала: всего несколько раз в жизни мне пришлось возвращаться к героям старых публикаций.

И вот пожалуйста: приходит ко мне человек, рассказывает историю — и я понимаю, что много лет назад я о ней уже писала. Только фамилия главного героя мне неизвестна.

Рабы Арбата

■ ■ ■

В 2005 году на Новом Арбате, в доме 23, квартира 49, жили Наталья Васильевна Каляева и ее дочь Анна. Обе состояли на учете в психоневрологическом диспансере с диагнозом «шизофрения». В один прекрасный день Наталья Каляева решила приватизировать квартиру. Помочь больной женщине вызвался юрист Матфей Дмитриевич Киселевич. И он помог: в нарушение закона собственницей квартиры стала мать. А дочь Анна в это время оказалась в психиатрической больнице, где находится по сей день.

После получения свидетельства о праве собственности на квартиру Киселевич отдал Каляевой цветную ксерокопию, а оригинал оставил у себя. Воспользовавшись полученной от Каляевой доверенностью, он «продал» эту квартиру некой гражданке Зеленевой, а затем от ее имени «перепродал» гражданке Несчевой. Причем все сделки осуществлялись в то время, когда Наталья Васильевна Каляева находилась в психбольнице.

О том, что ее квартира продана, Каляева узнала случайно. Пока она была в больнице, образовалась задолженность по оплате коммунальных услуг. Вот она и пошла в ДЭЗ за квитанциями. А там сказали, что квартира ей больше не принадлежит. В 2005 году Каляева обратилась в районную прокуратуру, в местный отдел внутренних дел и ОВД «Арбат». К этому времени новый собственник предъявил ей иск о выселении из квартиры. Но правоохранительные органы в возбуждении уголовного дела почему-то отказали. А Пресненский суд слушал дело более двух лет. Камнем преткновения оказалась судебно-почерковедческая экспертиза. Эксперты никак не могли установить, кто подписал договор купли-продажи: сама Каляева или подпись была подделана.

Дело о мошенничестве с квартирой Каляевой намертво застряло. Однако в сентябре 2007 года в следственное управление ЮВАО поступили материалы из регистрационной палаты, находящейся в Люблине. Сотрудники палаты заподозрили неладное в оформлении права на квартиру, находящуюся в одном из арбатских переулков, по адресу Стрельбищенский переулок, дом 15, квартира 14. Из документов следовало, что квартира была продана 22 сентября 2007 года, как раз в день смерти ее хозяйки Е.Д.Вальковой.

Материалы дела по этой квартире оказались в производстве следователя следственной части УВД по ЮВАО Романа Зимина. И он вскоре установил, что к мошенничеству с этой квартирой причастен уже известный нам Киселевич, который каким-то образом завладел свидетельством на право собственности и подготовил подложную доверенность от имени Вальковой. Благодаря этой доверенности он продал квартиру гражданину А.В.Юрасову, а 7 ноября 2007 года от его имени — своему знакомому Денису Александровичу Ромашкину.

Когда выяснилось, что в обоих случаях к мошенничеству причастен один и тот же гражданин Киселевич, дела объединили.

А помните, эксперты никак не могли выяснить, подписывала Наталья Каляева договор купли-продажи своей единственной квартиры или нет? Так вот через два года Зимин вынес постановление о проведении почерковедческой экспертизы.

Из судебного очерка «Рабы Арбата» от 13 октября 2006 года: «По делу были проведены почерковедческие экспертизы. Эксперты ЭКО ЦАО сделали вероятностный вывод о том, кто подписал договор купли-продажи. Второе заключение дал эксперт Главного государственного центра судебно-медицинских и криминалистических экспертиз Министерства обороны А.М.Верескунов. Он сделал категорический вывод: подпись под договором выполнена Каляевой Н.В. Правда, не очень понятно, почему эксперт занял такую решительную позицию. Анализ его заключения показывает, что в его распоряжении не было ни экспериментальных, ни свободных, ни условно-свободных образцов почерка Каляевой, что делает его выводы научно не обоснованными. Зато мы можем сделать научно обоснованное предположение о том, что его категоричность объясняется приложенной к делу квитанцией об оплате услуг специалиста А.М.Верескунова М.Киселевичем.

Третью комиссионную экспертизу провели эксперты ЭКЦ МВД России И.В.Кукушкина и С.В.Волкова. Они продемонстрировали высокий профессионализм, так как не только тщательно обосновали вывод о подделке подписи, но и привели неопровержимые доказательства того, как именно это было сделано: «подписи… получены путем перерисовывания на просвет… не исключая частичного перекопирования на просвет с записи, расположенной в доверенности от 24.06.2005 года».

Зимин блестяще справился с расследованием этого, казалось бы, совершенно тухлого дела. И привело это к тому, что Киселевич попросил суд рассмотреть дело в особом порядке, что возможно лишь при безоговорочном признании своей вины. Приговором Люблинского суда от 20 октября 2008 года Матфей Киселевич был приговорен к 8 годам лишения свободы.

Справедливость восторжествовала. Квартиры вернули законным владельцам.

Неутомимый Матфей Эрман-Киселевич.

■ ■ ■

А несколько дней назад в редакцию обратились мать и сын Степанниковы и рассказали такую историю.

Молодой человек Рустам Степанников играл в футбол, повредил ногу и несколько дней вынужден был провести дома. В один из этих дней он спустился к почтовому ящику, увидел почтальона и спросил, есть ли для него какие-нибудь письма. На что почтальон ответила, что всю корреспонденцию по этому адресу она по просьбе Рустама Степанникова отдает лично ему. Рустам сказал: так и отдайте, это я и есть. На что почтальон ответила: я с ним знакома, это совсем другой человек. 

Так выяснилось, что кто-то перехватывал почту Степанниковых. А там, оказывается, были повестки в Пресненский суд. Судья И.А.Зубова настойчиво вызывала мать Рустама, Ю.В.Степанникову, в качестве ответчика по какому-то гражданскому делу.

Но мать Рустама с мужем и двумя несовершеннолетними детьми постоянно проживают в Крыму. И в суд по ее доверенности пошел Рустам. И там он узнал, что 4 июля 2014 года его мать якобы подписала договор купли-продажи своей квартиры по адресу ул. Рочдельская, дом 11/5, квартира 11, и за 10 миллионов рублей продала ее гражданину М.Д.Эрману, который является сыном ее мужа от первого брака.

Однако Степанникова свою квартиру никогда не продавала, да и не могла продать 4 июля 2014 года, поскольку в это время была в Судаке, и у нее есть справка о том, что в этот день она находилась в медицинском учреждении.

Кроме того, 4-комнатная квартира площадью 118 квадратных метров в сталинском доме неподалеку от Дома правительства в это время стоила никак не менее 52 миллионов рублей.

Степанниковы немедленно обратились с заявлением о возбуждении уголовного дела по факту мошенничества в ОВД «Пресненское». Причем заявлений было три. Первое — по факту подделки договора купли-продажи квартиры. Второе — в связи с тем, что 6 октября 2015 года Эрман, представившись хозяином квартиры, забрал у квартирантов 45 тысяч рублей в счет оплаты аренды помещения. А третье было написано в январе 2016 года, поскольку в этот день в 14 часов М.Д.Эрман позвонил в квартиру, и, когда ему открыли, топором проломил стену.

На все заявления Степанниковы, к своему невероятному изумлению, получили отказы.

В постановлении от 1 декабря 2015 года по факту о купле-продаже квартиры оперуполномоченный ОУР ОМВД по Пресненскому району Москвы П.В.Лосев написал: «Полагал бы по данному факту вынести постановление об отказе в возбуждении уголовного дела за отсутствием признаков какого-либо преступления…»

6 января 2016 года майор полиции Е.Ю.Шейпо в своем постановлении написал: «В ходе проведения проверки опросить Эрмана М.Д. не представилось возможным. Таким образом, на момент принятия решения по материалу проверки установлено, что в действиях Эрмана М.Д. не усматривается состава преступления, предусмотренного ст. 159 УК РФ». Причем из текста постановления следует, что квартиру продала Степанникова Е.Д., дочь Юлии Степанниковой. По-видимому, майор полиции Е.Ю.Шейпо в деле разбираться не собирался, иначе он бы узнал, что «продавцу» квартиры всего-навсего 11 лет.

Когда читаешь подобные документы, возникает ощущение, что у тебя не все дома. Так мы и сходим с ума. Вот видите, Эрмана опросить не представилось возможным, поэтому и не усматривается состава преступления. А почтальон, который может пролить свет на это дело, видимо, ходит на работу в шапке-невидимке, и поэтому его тоже опросить не удалось.

Особого интереса заслуживает постановление от 1 декабря 2015 года, вынесенное оперуполномоченным П.В.Лосевым. Вот загадка так загадка. В сборнике пословиц Даля трудно определимая степень родства называется: нашему тыну двоюродный плетень. Вот и у Лосева двоюродный плетень нарисовался. Он пишет, что установил следующее: Ю.В.Степанникова сообщила, что ее бывший муж обратился в Пресненский районный суд с иском о признании права собственности и регистрации договора купли-продажи от 4 июля 2014 года. Но дело в том, что муж Степанниковой, Дмитрий Киселевич, как состоял с ней в браке, так и состоит. А квартиру у нее пытается отобрать ее пасынок, Матфей Эрман. Ничего на память не приходит? Приходит-приходит. Ведь раньше фамилия пасынка была Киселевич. Он сменил ее, когда освободился из колонии после отбытия половины срока.

Но есть в этом постановлении еще одна знакомая личность.

После подписи П.Лосева начертано: согласен, начальник ОУР отдела МВД по Пресненскому району Москвы Д.А.Ромашкин.

Узнаете? Правильно, именно сотрудник ОВД по району Арбат Денис Ромашкин в 2007 году купил за 1 миллион рублей квартиру, которую — помните? — удачно продала в день своей смерти Е.Д.Валькова, проживавшая в одном из переулков Арбата.

В обвинительном заключении по делу М.Киселевича приводится протокол допроса Д.Ромашкина. «На вопрос о низкой стоимости квартиры с учетом службы в правоохранительных органах и знании ситуации с мошенничествами с недвижимым имуществом Ромашкин ответить не смог» (лист дела по обвинению М.Киселевича 62–65, том 4).

Не смог ответить? Так за это ведь не судят. А что он учился с Матфеем Киселевичем на одном курсе юрфака Университета путей сообщения — да, учился, это тоже не преступление.

Так вот, судя по тому, какие хитромудрые постановления выносят подчиненные Ромашкина, они с Киселевичем, ныне Эрманом, по-прежнему очень нуждаются друг в друге.

Теперь самое время вспомнить о затянувшейся экспертизе подписи под договором купли-продажи, который представил в суд Эрман-Киселевич. Догадались, кто над ним трудился в поте лица? Правильно, это еще один наш старый знакомый — эксперт 111‑й лаборатории МО РФ А.М.Верескунов, который 10 лет назад проводил экспертизу по делу о продаже квартиры Натальи Каляевой. Представляете, он так и не смог установить, кто подставил подпись под договором.

■ ■ ■

И последняя, самая грустная загадка.

Эрман-Киселевич освободился из колонии летом 2014 года. А через некоторое время в квартире на Новом Арбате был обнаружен труп Натальи Васильевны Каляевой. Мне об этом сообщили ее соседи. Они рассказали, что Каляева несколько дней пролежала в своей квартире с пробитой головой. Дверь была не взломана. Кто-то вошел и вышел, воспользовавшись своим ключом. Понятно, что Каляева умерла не своей смертью, но эта смерть никого не заинтересовала. Кроме одного человека.

Как нам стало известно, к дочери Натальи Васильевны, Анне Юлисовне Каляевой, которая содержится в интернате для душевнобольных, приезжал некий молодой человек. Он сказал, что постоянно живет за границей, является единственным близким родственником Анны и хотел бы установить над ней опеку. Ему предложили предъявить документы, подтверждающие родство, на что он ответил, что он иностранец и сейчас документов у него с собой нет. Ему дали телефон юриста интерната, с которой он, по нашим сведениям, несколько раз общался по телефону.

Но родственников у Анны Каляевой уже нет, а квартира на Новом Арбате еще есть.

■ ■ ■

Если у вас хватит сил и желания внимательно прочесть эту историю, сопоставить даты, фамилии и должности, вы сделаете чудовищное открытие.

Сюжету Каляевой — Киселевича пошел двенадцатый год. Матфей Киселевич, ныне Эрман, за хорошее поведение условно-досрочно освободился из колонии, где оказался из-за попытки завладеть квартирой психически больной Натальи Каляевой. Вскоре после его освобождения Каляева при невыясненных обстоятельствах умирает, а ее единственную наследницу посещает таинственный незнакомец — добрый человек хочет установить опеку над бедной больной, а вместе с ней — и над ее квартирой, той самой, из-за которой…

В деле Киселевича упоминаются два человека: эксперт Верескунов и сотрудник полиции Ромашкин. Причем господин Ромашкин фигурирует там в качестве свидетеля, а на самом деле он, в то время обыкновенный милиционер, взял да и купил за три копейки драгоценную арбатскую квартиру, удачно проданную хозяйкой в самый день ее смерти.

Для сотрудника правоохранительных органов это не орден за проявленное мужество, а жирное пятно на репутации, которое во что бы то ни стало необходимо устранить, иначе как же продолжать нести службу — разве не так?

Оказывается, не так.

В дореволюционной юриспруденции было такое понятие: «оставить без последствий». Без последствий оставлялись жалобы, ходатайства, прошения в случае, когда сведения, там изложенные, не удалось доказать. Прошло сто лет, и старое понятие наполнилось новым смыслом. Теперь «оставить без последствий» означает нечто, в грубом переводе означающее «плюнуть и растереть».

И вот уже начальник отдела уголовного розыска МВД по Пресненскому району Москвы Денис Александрович Ромашкин, некогда купивший у мошенника Киселевича «паленую» квартиру, поддерживает постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении своего старого знакомого Эрмана-Киселевича. И ничего. Проходит как по маслу. К тому же нас поддерживает и наука: эксперт Верескунов, как прежде, на посту.

И означает все это, что за двенадцать лет ничего не изменилось. Мошенник, отбывший половину наказания за свое преступление, досрочно вернулся домой и тут же взялся за старое. С сотрудника правоохранительных органов, замаранного в неприглядной истории, не только волос не упал — он по-прежнему в строю и все так же участвует в жизни старого друга Эрмана-Киселевича. И эксперт Верескунов работает не покладая рук.

Юлия Степанникова, муж которой является отцом Эрмана-Киселевича, сказала мне: когда Матфей был осужден, мы вас проклинали, старались помочь Матфею. И вот судьба меня за это наказала. Могла ли я представить себе, что он отберет квартиру у меня, жены его родного отца, и я приду к вам за помощью! И теперь я постоянно повторяю слова из вашего судебного очерка «Рабы Арбата»: квартира ценой в жизнь…

Прошу считать эту публикацию официальным заявлением в Следственный комитет города Москвы. Прошу не отправлять ее в корзину, а ответить, как того требует закон. Прошу обратить внимание на то, что люди сходят с ума от безысходности. SOS!



Партнеры