Геологоразведочный университет выпал в осадок

Зачем уничтожают российскую геологию

26 сентября 2016 в 19:33, просмотров: 23940

Совсем скоро, в 2018 году, легендарному Московскому геологоразведочному (ныне — Российский государственный геологоразведочный университет им. Серго Орджоникидзе) должно было исполниться 100 лет. Однако, к неописуемой скорби геологов, похоже, не исполнится никогда. Продолжая реализовывать план прежнего руководства Минобрнауки сохранить на всю страну лишь сотню университетов, чиновники вынуждают этот единственный в своем роде вуз влиться в Национальный исследовательский университет — Российский государственный университет нефти и газа им. Губкина. При этом насильственное слияние обставлено таким образом, что в РГГРУ убеждены: их университет ждет печальная судьба Горного института, проделавшего ранее тот же путь и бесследно растворившегося в новообразовании.

Геологоразведочный университет выпал в осадок

 

Куда бы нам деть этих геологов?

Активные попытки Минобрнауки покончить с геологоразведочным начались пару лет назад. Чиновники, рассказали «МК» в вузе, заявили: «У нас стало слишком много университетов, так что выбирайте сами, с кем сливаться. Чем, скажем, плох РУДН? Кампусы ваши рядом, да и вуз у Филиппова (ректор РУДН. — «МК») богатый — как-никак бывший министр образования. Объединитесь — глядишь, и вам что-то перепадет. Давайте!»

Строго следуя предложенной логике объединения по территориальному принципу, остается лишь радоваться, что РГГРУ взялись сливать всего-навсего с кузницей переводчиков с экзотических языков, а не, скажем, с гаражами, расположенными к нему еще ближе, чем РУДН. Однако окончательный выбор все же сделали в пользу принципа производственного. И в качестве партнера по симбиозу возник Национальный исследовательский университет — Российский госуниверситет нефти и газа им. Губкина.

Для неспециалистов отличий между профилями обоих вузов, возможно, нет — и там и там разведка и добыча полезных ископаемых. Но Минобрнауки следовало бы знать, что Губкин — это про жидкие и газообразные углеводороды, в то время как сфера геологоразведочного — разведка и добыча твердых полезных ископаемых во главе со стратегическими — ураном, алмазами, золотом, платиной и др. Другими словами, разница между ними — как между каналом и канализацией. Но тем не менее 12 апреля министр подписал приказ №399 о начале слияния.

В РГГРУ попытались объяснить чиновникам, что как следует учат студентов, ведут научную работу, а только что прошли процедуру министерского мониторинга, по итогам которой вуз был признан эффективным. Так зачем же его ломать?

Но в министерстве, чтобы сделать ректора РГГРУ сговорчивее, в ответ заготовили проект приказа о его увольнении, а на сам вуз, рассказывают в геологоразведочном, обрушили цунами проверок — 12 за последние 8 месяцев. Правда, несмотря на все старания, проверяющие нашли лишь незначительные упущения, большинство которых ликвидировалось прямо при них. Но это судьбу вуза не изменило. Развитие событий пошло по анекдоту: «Сказал доктор в морг — значит, в морг!»

На пепелище

— Целевое назначение наших вузов принципиально разное, — разъяснил «МК» директор Института геологии минеральных ресурсов РГГРУ Александр Верчеба. — Университет им. Губкина готовит лишь по двум видам сырья — специалистов для разработки и эксплуатации нефтяных и газовых месторождений, а также транспортировки и переработки углеводородов. Мы же готовим кадры для работы по всем 202 видам твердых полезных ископаемых нашей страны, включая стратегические — уран, золото, платина, редкие и рассеянные элементы, используемые в высоких технологиях, включая ядерные. При этом наш вуз не сырьевой, а геологоразведочный: он нацелен на прогнозирование, поиск, разработку месторождений и обеспечение поискового задела ресурсов, который может быть разработан впоследствии. Для России это архиважно, ведь за последние 10 лет у нас совсем ничего не было открыто!

Слияние же, подчеркнул он, ставит крест на всей этой работе:

— У нас годами выстраивались комплексные, практикоориентированные траектории подготовки специалистов с участием базовых кафедр ведущих научных институтов. Но все они при объединении будут потеряны — в лучшем случае на очень длительный срок, а то и безвозвратно. Доминировать-то в едином вузе будет нефтегазовый сектор — так уж устроена наша экономика. И университет им. Губкина решает именно эти задачи.

Есть и другая серьезная проблема. Полугодовой срок, отведенный министерским приказом на ликвидацию РГГРУ как самостоятельной образовательной единицы, истекает через несколько дней. Однако никаких документов, регламентирующих новую жизнь нескольких тысяч студентов и преподавателей — структуры, штатного расписания и т.д., не говоря о социальных гарантиях, — вуз так и не получил.

А тут еще начались «явления народу» делегаций губкинских кафедр. Их русисты, например, заявили своим коллегам в РГГРУ, что «пришли проверять их работу». А на других кафедрах, рассказали «МК» ошарашенные преподаватели (например, на кафедре математики), и вовсе «открытым текстом сказали, что мы им не нужны, и нас здесь скоро не будет — в лучшем случае оставят одного-двух человек. Никто из наших преподавателей и сотрудников до сих пор не знает, кто и на каких основаниях останется. А завкафедрой химии от всех этих переживаний вообще умер...»

21 сентября доведенный до отчаяния коллектив РГГРУ созвал общее собрание. Итогом стало обращение к новой главе Минобрнауки Ольге Васильевой с просьбой приостановить слияние и еще раз разобраться в том, насколько оно целесообразно. «Решение о реорганизации вуза, — говорится в документе, — было принято без учета мнения трудового коллектива и геологической общественности. Коллектив университета пребывает в информационном вакууме относительно будущей структуры и прав сотрудников. А само присоединение обернется утратой геологической российской школы. Просим Вас учесть мнение геологической общественности и приостановить действие приказа №399 от 12 апреля».

— Мы надеемся, что с приходом нового руководства изменится и отношение Минобрнауки к вузам, — заявили в РГГРУ после передачи обращения в ведомство. В тот же день в вуз приехал ректор университета им. Губкина Виктор Мартынов.

Призрак Горного

В изложении будущего ректора посмертная судьба геологоразведочного заиграла самыми радужными красками. Никто не будет уволен — все просто продолжат работу в новом подразделении университета им. Губкина, пообещал он: «Ну, в худшем случае нынешний завкафедрой РГГРУ станет замом у своего губкинского коллеги. А профессоров сокращать не будем — ни боже мой, такого просто быть не может! Ведь штатное расписание сохранится — просто в новом вузе. И преподаватели как получали зарплату, так и будут дальше. То же и со студентами — как учились, так и будут учиться. Так что все ваши опасения и вопросы взялись из ниоткуда — оснований для них нет».

Более того. После объединения на сотрудников РГГРУ, по словам г-на Мартынова, прольется дождь дополнительных благ за счет повышенного бюджетного финансирования, положенного университету нефти и газа в связи со статусом национального исследовательского университета. Плюс разные страховки и базы отдыха, то да се. Так что все и каждый от объединения только выиграют.

Правда, из его дальнейших речей постепенно выяснилось, что новое штатное расписание, которого, впрочем, так никто и не увидел, будет действовать «как минимум месяца два», а в дальнейшем — «будем смотреть». Что основания для беспокойства за работу все же имеются, хотя и «только у тех, кто не хочет и не может работать». (Кто и как будет мерить профессиональную потенцию преподов присоединяемого вуза, осталось за скобками.) Что РГГРУ войдет в объединение, скорее всего, не единым структурным подразделением-институтом, как говорилось поначалу, а факультетом, а то и двумя — горным и геологоразведочным по твердым полезным ископаемым, хотя факультет, как подчеркивают в РГГРУ, «это не научная школа, а только лишь набор кафедр». Короче говоря, опасения коллектива, что геологоразведочный разделит судьбу горного института, ранее тем же манером слитого с МИСиСом, а затем бесследно растворившегося в его недрах, несмотря на клятвенные заверения нового начальства, никуда не делись.

И вот что примечательно:

— С горным ситуация была другая — там МИСиСу были нужны его площади! А нам площади не нужны, — заверил коллектив РГГРУ ректор губкинского.

Но знать бы ему, что несколько лет назад на точно таком же обсуждении коллективу горного в поддержку точно такого же решения на голубом глазу говорились те же самые слова, а нужда в дополнительных площадях опровергалась столь же горячо!

Интересен и другой момент. Все слияния вузов, как до сих пор уверяли в Минобрнауки, происходили исключительно по желанию самих сливаемых. Однако на деле, как выясняется сейчас, все происходит иначе: «Трудовой коллектив вуза, — разъяснил г-н Мартынов, — конечно, имеет право высказать свое мнение по поводу объединения. Но только до того момента, как Минобрнауки приняло соответствующее решение...» Вот и «меня вызвал замминистра Климов и предложил, хотя мы в этом сильно и не заинтересованы — слишком уж большая нагрузка и на руководство вуза, и на наши финансы. Впрочем, в вашем случае министерство еще действовало демократично. А вообще-то в последние 7–8 лет оно действует достаточно авторитарно: снимает ректора, ставит своего человека, и все!»




Партнеры