Строгино: секс без Ди Каприо
На пляже в Строгине, куда мы явились перед наступлением темноты, нас поразило обилие красиво накачанных мужских тел. По усеянному окурками серо-бурому пляжному песочку разгуливают прямо-таки настоящие мачо! По очереди подходят они к ржавому турнику на берегу и выделывают замысловатые кульбиты, попутно ловя восхищенные взгляды. Чем вызвано их скопление в этом месте? Об этом — чуть позже.
В мутной перспективе по реке курсируют водные мотоциклы и катера. Недалеко от береговых кустов в надувном кругу плавает дама средних лет. В руке ее тлеет сигарета. Наблюдаем, бросит ли она окурок в воду? Бросает. Но там все равно уже плавает много чего — от памперсов до тампаксов.
Заходим в воду — наступая на бутылки и отгоняя от себя всякую пластиковую дрянь. Сделав несколько шагов, практически упираемся в парочку — девушка обвила парня, аки змий яблоню. Амплитуда движений небольшая, но чем занимаются — понятно. Резко свернув вправо, задеваем бальзаковскую даму с пышным декольте. В дымной мгле от дамы отделяется рыжая собачонка. “Гладить не надо! Он кусается”, — предупреждает хозяйка. Мы торопимся на берег, — вода слишком густо населена. И ведь это не считая сальмонелл и иже с ними.
Несмотря на поздний час, по домам московские пляжники не собираются. Одни продолжают возлежать на подстилках, плавно перейдя от солнечных ванн к лунным. Другие трапезничают, запивая походный ужин изрядным количеством спиртного.
К нам проявляют интерес пляжные волейболисты. Среди них те красавчики, что уже завершили шоу на турнике. Теперь они красиво кидают друг другу мяч.
— Девчат, — окликают нас, — идите сюда!
Новые пляжные тела в нашем лице вызывают неподдельный интерес. Возникает ощущение, что на пляже все знакомы между собой настолько, что успели друг другу надоесть. Девушки сбились стайками и беседуют между собой под пивко. Другие тут же на песке выдают странные па. Присмотревшись, понимаем, что танцовщицы в наушниках от плеера.
А вот местные кавалеры ведут себя так, что становится непонятно, живут они на этом пляже или работают. Неторопливо перемещаясь от одной группы отдыхающих к другой, они важно обмениваются рукопожатиями и вполголоса делятся какой-то информацией, сверяясь с дисплеями айфонов. Этакий саммит без штанов.
Как выяснилось чуть позже, они и впрямь в некотором смысле деловые люди. Среди основных занятий пляжных тусовщиков — оказание эскорт- и секс-услуг.
Заводим беседу с одним из волейболистов, который трется около нас и старательно демонстрирует свои отточенные в тренажерке рельефы.
— Мы можем спокойно побеседовать у вас дома, — с ходу предлагает он.
— Зачем? — не понимаем мы.
— Ну, чтобы никто нас не отвлекал... Если домой неудобно, можно отплыть на остров, — красавчик машет рукой куда-то вдаль. — Метров сто всего от берега, там отмель. Туда все плывут, кому надо уединиться. Его так и называют — Остров секса.
Тут только мы догадываемся: перед нами пляжный жиголо столичного разлива, который и не думает этого скрывать. Он немедленно подтверждает наши догадки:
— Если у вас трудности, я деньгами не возьму.
— А чем возьмете? Продуктами?
Но альфонс сарказма не улавливает:
— У меня недавно была дама — вон из того дома, — пляжник указывает на элитную новостройку через дорогу от пляжа. — Приличная такая женщина, в банке работает. Ей надо было после развода встряхнуться. Ну я ей и помог. Мы здесь вместе загорали, вечером в кабак шли. Дома у нее дети, поэтому для интима мы плавали на остров. Она помогла мне потребительский кредит на хороших условиях получить. Сама поручителем выступила.
— А вдруг вы с дамой приплываете, а на острове мест нет, раз он так популярен?
— Не, я много хороших мест знаю, — успокаивает нас жиголо. — Где кусты удобно растут, где ресторанная подсобка свободна, так что укрыться всегда можно.
Серебряный Бор: страшно аж жуть!
В полночь мы перебираемся на пляж в Серебряном Бору. Интересно, что после наступления темноты вход на этот бесплатный пляж становится платным. Охранники кавказской национальности требуют 100 рублей с человека.
Как нормальные герои, идем в обход — пытаемся обогнуть забор, чтобы попасть на пляж со стороны воды. Дорога оказывается длинной и жутковатой: с одной стороны тянется высокий глухой забор, с другой — не менее глухие заросли кустарника. Из них доносятся странные и пугающие звуки — то ли ночные птицы, то ли неприкаянные влюбленные.
Вдруг откуда-то из-за поворота выныривают ксеноновые фары. Рядом с визгом притормаживает низкий спортивный автомобиль, в нем — мужской силуэт:
— Вас подвезти?
— Нет, мы боимся, — честно отвечаем мы.
Но приятный голос в ночи звучит вполне разумно:
— А куда вы идете? Там дальше — нудистский пляж. Если вы не из них, то вам там делать нечего.
— А вы сами ночной нудист? — отвечаем мы вопросом на вопрос.
— Нет, — смеется наш собеседник. — Я ночной, но не нудист. Я спасатель, из МЧС, дежурю в ночную смену. Вот “владения” объезжаю. Меня Миша зовут.
— А зачем нужен ночной спасатель? По ночам кто-то купается?
— Еще как! — восклицает Миша. — Не меньше, чем днем. Ночная смена сложнее, ведь ночью все пьяные. И палаточники тут живут, костры жгут. Надо смотреть, чтобы не спалили чего.
— И часто люди тонут?
— Да каждый день по нескольку человек! Но одного из трех всегда удается спасти. У нас здесь очень профессиональные ребята работают.
Проникнувшись доверием, садимся к Мише в машину. Он становится нашим проводником по дикому пляжу. Здесь зелени побольше, чем в Строгине, а грязи вроде бы поменьше. В воде барахтается целая компания ночных русалок и водяных, — услышав наши голоса, барышни игриво призывают присоединиться к ним.
В ночи вода даже кажется чистой. Выбрав безлюдное местечко, заходим в речку. Минут через пять, дыша перегаром, к одной из нас подплывает абориген. С места в карьер приглашает к себе в палатку, — выпить, закусить, пообщаться. Говорит, что живет недалеко, но дома так жарко, что уже месяц как они с друзьями обосновались в Серебряном Бору. Благо ему на работу ходить не надо: уволили еще в мае. Он говорит без остановки, все время хватает за руки и, кажется, искренне уверен, что любая барышня, купающаяся в ночи, счастлива разделить с ним его песчаное ложе. От продолжения навязчивого знакомства спасает лишь Миша.
Пляж в Сокольниках: полная нирвана
Сюда мы пожаловали уже на рассвете. По итогам нескучной пляжной ночи мы ожидали увидеть очередной удручающий пляжный пейзаж — вонь, грязь, окурки, использованные презервативы и пищевые отходы. Нет-нет, это все тоже было, но как-то не сильно бросалось в глаза. Потому что на фоне восходящего солнца у самой кромки воды сидели по-турецки люди со смиренно сложенными перед грудью ладошками. Мужчины и женщины — все с покрытыми головами — неподвижно смотрели перед собой и негромко тянули:
— Сат нам! Сат нам! Сат нам!
Оказалось, это йоги, призывающие на свои головы внутренний мир и душевный покой. Йогой хорошо заниматься на рассвете, когда потоки энергии еще не рассеялись и можно получить мощный заряд на весь день.
Нас порадовало, что столичные пляжники умеют подпитываться не только смогом, алкоголем и сексом, но и чем-то более возвышенным.
Мы тоже сели поодаль в позу йогов и, не удержавшись, стали тихонько подпевать мантрам. И было нам в то утро умиротворение — как благодарность за тяжелую пляжную ночь.
