«Россия больше, чем Путин»

Так мы должны позиционировать себя за границей

23 августа 2013 в 18:15, просмотров: 15944
«Россия больше, чем Путин»
фото: Геннадий Черкасов

Не нужно ехать в Европу или Америку, чтобы представить, что там сегодня говорят и думают о России. Водка, балалайка, «калашников» и валенки отступают в сторону, пропуская вперед новые и далеко не позитивные образы последних лет: политзаключенные, сфабрикованные дела, сплошные запреты для гражданского общества, гомофобия на государственном уровне. И дело не в том, что на Западе специально показывают только негатив о нашей стране, просто логика «картинки» такая — берем то, что вызывает наибольший резонанс и вписывается в упрощенную версию России: страна беззакония и авторитаризма. По той же логике у нас усиленно показывают эпопею легализации гей-браков во Франции, протесты в Греции, погромы в Швеции — иллюстрируя гниение Запада.

Но в отличие от журналистов российских телеканалов их западным коллегам не приходится придумывать все более шокирующие сюжеты — наша действительность сама, как из пулемета, выстреливает примерами ненормальности политической и общественной жизни (если брать за «нормальность» светское государство, регулируемое нормами права). Всего за год российская власть подарила миру с десяток первоклассных «сюжетов», после которых профессиональным русофобам на Западе грозит тотальная безработица.

Учитывая динамику внутриполитической ситуации, появление ярких позитивных сюжетов, пригодных для продвижения образа современной, а не реакционной России, пока не предвидится. Россия сегодня чем-то напоминает Америку после 2003 года, когда война в Ираке под «предводительством» Джорджа Буша-младшего ударила пятитонным молотом по репутации США, вмиг перековав страну — символ свободы в страну крестоносцев демократии. И неважно, какова была ситуация на самом деле: СМИ рисовали именно такой образ Соединенных Штатов.

Но Америке проще в том плане, что т.н. мягкая сила (мощные институты народной дипломатии и культурного диалога) позволяет Штатам постоянно транслировать идею четкого разделения восприятия действующей администрации и страны в целом («Президент, может быть, и дурак, но Америка остается шикарным местом!») и продолжать привлекать к себе людей по всему миру, несмотря на меняющуюся внешнюю политику президентов.

Образ России, в отличие от США, страдает от событий не столько внешней, сколько внутренней политики, которую идентифицируют с Россией в целом, заставляя потребителя «картинки» за границей представлять нашу страну неразрывной с личностью Владимира Путина и действиями властей. Со всеми вытекающими последствиями.

Что делать в сложившейся ситуации?

Рецепт есть. Вне зависимости от того, какую политику проводит администрация, образ России необходимо формировать, основываясь на колоссальном позитивном потенциале нашей культуры, профессиональном взаимодействии граждан и народной дипломатии, активно участвуя в общественных дискуссиях за границей.

К примеру, гораздо более авторитарный Китай с 2004 года открыл уже свыше 600 (!) культурных представительств по всему миру, повышая интерес к богатой истории и культуре Китая вне контекста внутренних проблем и действий правящей коммунистической партии. Уверен, что принципиальных сложностей в создании российского эквивалента Института Конфуция не существует. Проблема — в государственной воле.

Пока показатель ее активности, увы, близок к нулю. Но с чего-то ведь надо начинать. И сегодня у России есть уникальная возможность провести «чистый» имиджевый эксперимент — заложить новые основы гражданского и культурного сотрудничества с соседней Грузией.

После революции 2003 года Грузия была для России закрытой темой, а после событий 2008 года стала страшным оружием — нет, не военным, а идеологическим, бьющим по позитивному образу России. Как на пространстве бывшего СССР, так и (еще в большей мере) на Западе.

Умело использованный имидж свободной Грузии, противостоящей имперской России, основательно прижился в сознании граждан Европы, США, да и стран постсоветского пространства. Политическое противостояние, помноженное на взаимную неприязнь лидеров в Москве и Тбилиси, породило череду ложных стереотипов о якобы негативном восприятии российской культуры и русских в Грузии. Но для широкой западной публики, не особо вникающей в нюансы, это представляется фактом. Большинство, кстати, никогда и не станет вникать в хитросплетения межгосударственных проблем «где-то там далеко», поэтому для разрушения стереотипов нужно использовать простые конструкции.

Победа на парламентских выборах «Грузинской мечты» во главе с Бидзиной Иванишвили открыла окно для нормализации отношений между двумя странами, которым Москва в своих же собственных интересах до сих пор полностью не воспользовалась.

Формула «Грузия Саакашвили — России не друг» уже не действует: говорить о дальнейшем влиянии одиозного политика на судьбу страны не приходится. О чем свидетельствуют результаты соцопросов, отражающие поддержку Иванишвили большинством населения и готовность проголосовать на президентских выборах в октябре 2013 года за кандидата от «Грузинской мечты».

За несколько месяцев Москва и Тбилиси достигли договоренностей в сфере экономического сотрудничества. Российский рынок вновь открыт для грузинских товаров, и глубокое взаимопроникновение бизнеса не за горами. Следующим шагом непременно должна стать отмена визового режима с Грузией, которая восстановит полноценное общение между народами. Тут стоит отметить, что Грузия отменила визы для россиян еще до прихода к власти Иванишвили, получив в свою копилку большой имиджевый плюс.

Нам же сегодня ни на каком уровне не стоит «отнекиваться» от Грузии, ссылаясь на политические причины. Да, проблему Абхазии и Южной Осетии в обозримой перспективе решить нельзя, и пока эту тему лучше закрыть, сконцентрировавшись на том, что сделать можно. А можно (и нужно) применить все механизмы «мягкой силы» для установления интенсивного и постоянного диалога с грузинами.

Перед двумя народами — будущее, а не прошлое. Поэтому особую ставку надо делать на студентов и молодых профессионалов Грузии, которые росли и формировались на негативном образе России (как государства) и обращали все свои устремления на Запад. Им должно быть четко адресовано российское приглашение к качественно новому, невраждебному диалогу во всем: начиная от экономики, социальной сферы, образования — и заканчивая современным искусством, музыкой, урбанистикой, молодежной культурой. Учитывая заявленное еще в июне желание руководства России увеличить финансирование проектов «мягкой силы» с 2 млрд руб. до 9,5 млрд руб. к 2020 году, начать с малого — организовать постоянную площадку российско-грузинского сотрудничества — вполне реально.

Далее, нам стоит ответить взаимностью на желание грузин принять участие в Олимпиаде в Сочи: по ее окончании активно продолжить сотрудничество через совместные спортивные состязания, туристические поездки, обмен студентами и многое другое, что нас свяжет еще плотнее.

Другим направлением профессионального сотрудничества, как ни странно, должно стать взаимодействие спецслужб в борьбе с терроризмом в приграничных зонах. Учитывая растущую нестабильность как на российском Кавказе, так и на Кавказе в целом, от этого тоже выиграют обе стороны.

А главное — в дальнейших отношениях с Грузией нам не стоит быть высокомерными снобами. Не надо стесняться самим делать шаги навстречу, поскольку они объективно идут на пользу и нам.

Каждый шаг в российско-грузинской нормализации будет примером ошибочности сформированного в общественном сознании Запада представления об имперскости и опасности России для соседей и мира в целом.

«Россия больше, чем власть. Россия больше, чем Путин» — именно этот образ страны нам нужно активно продвигать.



Партнеры