Сейшн на нон-фикшн

Книжная ярмарка в ЦДХ для каждого своя

05.12.2010 в 16:21, просмотров: 3844

Мы живем в стране удивительных сочетаний. Например: пятница, 13.00, Москва. В одно и то же время в ЦДЛ над гробом Ахмадулиной звучат записи ее стихов, по телевизору показывают “Мочалка Боб Квадратные штаны”, а в Доме художника идет книжная ярмарка “Non-fiction”. Пусть так. Каждому найдется свое. В этом году “Non-fiction” выдалась сочной. Книжки листал корреспондент “МК”.

Сейшн на нон-фикшн
фото: Сергей Иванов

На мероприятиях “Non-fiction” сидят, бывает, по 15—20 человек — но зато на каждом. Из них складываются те сотни тысяч посетителей. Зарубежных гостей много, у каждого нашлись читатели. К примеру, у датчанина, живущего в США, Кристиана Мерка на русском вышло уже две книги. Он привез новый любопытный роман “Песий остров”. Скандинавская литература похожа на нашу тем, что ее героям вечно приходится бороться с жестокой природой. А отличается от нашей тем, что бесстрастным голосом повествует о вещах, которые без всякого пафоса душу выворачивают наизнанку. Впрочем, первый вопрос Мерку был о том, как он относится к необходимости пиара для писателя. Датчанин почти удивился: “Не должно быть секретом то, что человек написал книгу. Необходимость рекламировать ее — неотъемлемая часть работы”.

Специальный номер журнала “Иностранная литература” “Мой язык — это моя родина” посвящен каталонской литературе. Оказалось, не для всех каталонская литература — как вологодское оканье для эскимосов. Есть и у нее знатоки и фанаты. Несколько лет назад всех свел с ума барселонец Альберт Санчес Пиньоль (“В пьянящей тишине”, “Пандора в Конго”). Взяв паузу на несколько лет, он возвращается: сейчас в виде повести для сборника, позже будет роман. Переводчик каталонских писателей в России Нина Аврова-Раабен рассказала, что у этого языка трудная судьба. Последний раз он был стерт в пыль при Франко в 30-х.

Особое внимание почетному гостю — Франции. Писателей было тьма, обратим внимание на Жана Ролена: он знает о Москве то, что мы сами о ней не знаем. “…А вослед ему мертвый пес. По всему свету за бродячими собаками” — книга-путешествие, описывающая города всего мира, где живут дворняги. Первая глава — о Комсомольской площади. “Позади строения, венчающего главный вход станции метро “Комсомольская”, теснятся крошечные лавочки, торгующие дешевыми товарами низкого качества в расчете на неимущих клиентов…” Француз успел выследить, что ровно в 9 утра возле служебного входа Казанского вокзала “околачивается” один песик в ожидании, когда откроется дверь и ему выкинут какие-нибудь объедки. Сложно же было убедить писателя, что палатки собираются скоро снести!

Очень повезло нынешним детям. Каких только книг для них нет! И оформление: есть классика, есть ультрасовременные рисунки... Если уж в Москве можно купить Андерсена в серии “Книга с историей” в таком виде и с такими картинками, как книга выходила в Британии в 20-х годах, — о чем и говорить.

фото: Сергей Иванов

Кроме того, в Москву приехала философия для детей. Изабель Мийон представила книги своего мужа Оскара Бренифье “Смысл жизни” и “Любовь и дружба”: “Философствовать, размышлять — сложно. 20 лет мы с Оскаром думали, какой подход найти, чтобы научить детей не следовать концептам, а мыслить самостоятельно. Когда ребенок задает философские вопросы, родители в лучшем случае умиляются, когда не находят время подумать вместе. Не надо давать готовых ответов, надо дать ему возможность найти ответ самому. Так формируется мнение”. Еще недавно книги Оскара Бренифье для нас играла мировая литература. С другой стороны, еще недавно надо было пионерскую клятву приносить. Оскар Бренифье строит книги по контрасту: “Кто-то считает, что в жизни тем больше смысла, чем больше у человека вещей. Другие верят, что жизнь полна смысла лишь тогда, когда человек вовсе ничем не обладает”.

…А в авторском зале проходила выставка из коллекции Михаила Сеславинского “Книги для гурманов. Библиофильские издания конца XIX — начала ХХ веков”. А на встрече с Татьяной Толстой читатели хотели говорить о литературе, а не о телешоу. А полный том обэриута Александра Введенского выпустила известная певица и по совместительству филолог Умка (Анна Герасимова). А ярмарка кончилась. Недовольные есть?