Модно быть старым

DJ-саммит. Сочи-2011

09.02.2011 в 20:53, просмотров: 4622

Зимняя музыкальная конференция в Сочи (SWMC) — четырехдневное гулянье для диджеев и поклонников электронной звукоритмики за шесть лет своего существования превратилась из дружеского междусобойчика в размашистое мероприятие для серьезных людей, которые думают не об услаждении наших ушей и битах для наших ног, а о деньгах. В этом году с 3 по 6 февраля менеджеры и артисты делились соображениями, как лучше продать свой продукт и каким он должен быть, чтобы “пипл” поскорее его “схавал”.

Модно быть старым
Главный Фонарь российских танцполов.

Справка МК Цифры:

Самые массовые коммерческие концерты 2010 года: U2 посетили 60 000 зрителей, Rammstein и Metallica собрали по 50 000 за два концерта, Depeche Mode — 20 000, 30 Seconds to Mars — 13 000.

Сочинская конференция SWMC быстро стала большой тусовкой из разряда “must be, must see” (надо быть, надо видеть!). Предполагалось, что все, кто чего-то стоит в электронной музыке в нашей стране, обязательно должны там присутствовать. Просто потому, что это круто. Здесь были звездная парочка Сергей Пименов (ППК) и экзотическая темнокожая красотка Тина Чарльз, покинувшая поп-группу “Сливки” ради карьеры диджейки. Здесь дебютировала обновленная суперпопулярная электронная певица Катя Чехова. Володя Трапезников, Фонарь, Коля, Агент Смит, Град, Спирит, Bobina, Swanky Tunes, Romeo — самые колоритные российские диджеи варились здесь в одном котле. Грув и вовсе из года в год устраивает в Сочи выездной филиал своей школы диджейства.

Справка МК Цитата конференции:

Андрей Резников: “Раньше музыку делали единицы, сейчас ее делают все. Мой водитель делает музыку у себя на ноутбуке, и у него получается! Но только делать музыку — уже слишком мало”.

Еще лет пять назад разодетых в яркие куртки диджеев интересовал вопрос: как стать большой звездой? Как сделаться узнаваемым? Им хотелось славы и популярности, обложек и интервью. Но им задавали резонный вопрос: за что? И они отвечали: мол, ну как же, мы же делаем музыку, мы композиторы, а не только прикручиваем одну песню к другой так, чтоб танцующие не сразу заметили перемену. У нас не просто “тыц-тыц”, у нас есть разные стили: техно, хаус, даб, электро и т.д. Мы создаем свои личные треки, а не только миксы, — это разные вещи! Мы умеем делать драйв на дискотеке и попеременно включать быстрые и медленные песни, чтобы гости имели возможность опустошать бар в перерывах между угаром на танцполе. И мы красивые, видите, какие мы красивые! Приблизительно так рассказывали диджеи про себя, попивая между сетами виски в компании хохочущих товарищей. Стаканчик с этим напитком был неотъемлемым элементом диджейского пульта. Времена, когда под столом у хозяина дискотеки с понятной целью находилась девушка, прошли. Теперь, утирая носы, они уверяли, что никаких наркотиков не употребляют, и громко-громко смеялись. Диджейская публика выглядела благодушной и “зажравшейся”. Но так было до финансового кризиса. Кризис же принес с собой разговоры о катастрофе в музыкальной индустрии, резкий отток с конференции ярких диджейских масс.

В последние два года увеличилось количество тех, кто только хочет стать диджеем или клубным промоутером. Раньше веселые толпы тусовочной публики ночи напролет катались на такси из одного клуба в другой, а днем спали или фланировали по набережной с пивком, понимающе перемигиваясь со встречными товарищами. Теперь деловой народ в серых костюмах или, того хуже, унылых тренировочных штанах и бесформенных кофтах под завязку забивает конференц-зал, в котором проходит дневная часть мероприятия — обсуждение актуальных вопросов бизнеса с видными деятелями, добившимися успеха в индустрии электронной музыки. И не случайно. Здесь действительно можно услышать разумные вещи о состоянии индустрии в целом.

Юрий Усачев.

Справка МК Скандал конференции

Под конец SWMC-2011 тусовщики были поражены грустным известием — погиб один из участников конференции. Евгений Орлов, который сотрудничал с диджеем Фонарем, утонул в море. Погибший оказался тезкой известного деятеля шоу-бизнеса — продюсера Евгения Орлова, который работал с “Отпетыми мошенниками”, “Гостями из будущего”, “Сливками”, “Smash!”. По этому поводу живому и ничего не подозревающему продюсеру Орлову в воскресенье позвонили сотни людей. А новостные ленты запестрели сообщениями о смерти известного продюсера. Правда, с ошибкой быстро разобрались и в срочном порядке “оживили” Евгения.

Известный музыкально-деловой эксперт Евгений Сафронов каждый год хоронит российскую поп-музыку. И на этот раз его выводы не были радостными. По данным его команды, в этом году концертный бизнес почти полностью восстановился до докризисных показателей. Радиостанции продолжают быть убыточными из-за недостатка рекламы. А дисковые пираты и халявный Интернет, в котором можно бесплатно найти все что угодно, сделали продажу музыки в России практически невозможной (при том, что в тех же Штатах Эминем и Риана продают легальные диски миллионами).

— Получается, концерты давать выгодно, а новый материал писать — нет. Перед артистами ставится вопрос: нужно ли вообще записывать музыку? Логично, что в такой ситуации своей музыки в России становится все меньше, — резюмировал г-н Сафронов.

Фишкой конференции этого года стал загадочный кроссовер-хит. Это такая песня, которая сейчас звучит из каждого утюга — электронная музыка нечеткого стилевого направления, созданная на пару с каким-нибудь известным артистом из большого шоу-бизнеса. С целью расширения своей аудитории электроника из моднейшего андеграунда влезла в попсу.

— Музыканты пытаются размыть стилистические границы, работать с новой публикой и получить большую известность. Яркий пример этому — Дэвид Гетта, который год назад, для того чтобы выйти на американский рынок, начал активно записываться с хип-хоп-артистами, и его популярность в Штатах выросла в разы, хотя до этого он был локальной европейской звездой. Сюда же подходит и работа Бритни Спирс с даб-степ-продюсером, для того чтобы сделать себе новый имидж. Примеров масса. В России же все попытки делать кроссовер-хиты зациклены на радиостанциях. Чтобы сделать форматный хит, трек зажимают до уровня поп-песни, — рассказал Дмитрий Шаля, директор дневной программы конференции.

Тина Чарльз и Юрий Усачев. Исход попсы в диджейство.

Справка МК О чем говорили:

• Казанские активисты наряду с ежегодным фестивалем “Сотворение мира” решили проводить рейвы на недостроенной атомной электростанции.
• Концертный бизнес в России почти достиг докризисных показателей.
• В России музыкантов в 10 раз меньше, чем в Великобритании.

Известный радиоменеджер Андрей Резников, напротив, уверяет, что сейчас артистам радиостанция в принципе не нужна, так как в большинстве случаев российские музыканты не умеют ее использовать. Трек на радио крутится, но слушатели не понимают, кто его автор, — музыка обезличивается. Люди привыкают к артисту и узнают его, только если он активно поддерживается другими средствами — ТВ и журналами, интернет-ресурсами, то есть работает по схеме раскрутки “360 градусов” (как DJ Smash), которую изобрели для своих подопечных крупные мировые звукозаписывающие компании. Но такую раскрутку могут себе позволить единицы.

Как же молодым диджеям прорваться и начать зарабатывать? Им советуется не использовать модную технику кроссовер-хита, которая размазывает музыку, а, наоборот, “сужаться” до четкого направления и искать пусть маленькую, но свою аудиторию. В принципе, примером того, что сейчас популярности добиваются именно узкоформатные артисты, которые гнут свою линию и остаются верны своему слушателю, служат и концертные лидеры прошлого года — Елена Ваенга, Стас Михайлов, Валерий Меладзе, Григорий Лепс.

— Проблема, с которой мы столкнулись, зарабатывая на музыке, — это то, что она перестала быть для людей источником эмоций, она становится фоном, — подводит итог Андрей Резников. — Есть музыка, которая перекрывает все новые направления, — это ретро для молодых, формат музыки 90-х. Кумирами в 90-е годы были люди из музыкальной среды, плакаты которых люди вешали на стены, которым поклонялись. Такие, как Курт Кобейн, Рома Жуков или Сергей Жуков из “Руки вверх!”. Сейчас это ушло — плакаты Леди Гаги на стену не вешают. Музыка перестала быть чем-то, что связано с социализацией человека. Раньше вопросы “кто ты такой?” и “что ты слушаешь?” были одним и тем же. Люди делились на группировки по интересам. Сейчас это значения не имеет, интересы сместились в немузыкальные плоскости. И место музыкального героя 10-х пусто. Вместо клубов приходят бары — и это не случайно, там совершенно другое настроение. Для того чтобы заработать деньги, мы стали эксплуатировать ностальгические эмоции. Создали соответствующий бренд (дискотека 90-х), и он очень хорошо пошел. Потому что лояльность к музыке 90-х высокая, а аудитория очень большая. С музыкой, которая пишется сейчас, такого уже не случится. Если вы занимаетесь современной музыкой, нужно сегментироваться, нужно сужаться. Экспериментировать и работать на стыке жанров больше нельзя.

Тема моды на старье прорвалась на конференцию еще в прошлом году, когда в качестве тренда на вечеринку-открытие привезли Мистера Малого, серьезно повзрослевшего, но все еще мастерски рвущего публику на танцполе. Народ хором орал знакомые с детства песни. В этом году на вечеринке-открытии в одной каше нещадно миксовались Шнур, Билл Хейли, “Браво”, Михей, “Битлз”… Надо ли говорить, что публика стояла на ушах?

Еще одним трендом, подтверждающим, что электронную музыку делать легко, стала мода на медийных лиц за вертушками. В прошлом году известный дизайнер Денис Симачев доказал свою диджейскую состоятельность, устроив одну из самых интересных вечеринок конференции. В этом году диджейский талант демонстрировал камеди-актер Паша Воля. Он выступил в интересном музыкальном дуэте — электронные вертушки подпрыгивающего выше собственной головы Воли плюс живые барабаны Тима Иванова. Поп-музыкант Юра Усачев (вторая половинка распавшегося дуэта “Гости из будущего”) тоже веселил гостей в одном из клубов. А по вечерам от нечего делать он развлекался фортепианными импровизациями в лобби отеля. Правда, голова артиста была занята более важной по нынешним временам темой, чем просто творческий процесс создания новой музыки. Он разрабатывал эффективную схему легальных продаж музыки в Интернете

Москва—Сочи