Нас унижающий обман

“МК” подводит итоги театрального сезона

24.07.2011 в 18:28, просмотров: 7018

Актеры пошли стеной на своих худруков. Тех, кто не спрятался, порвали, как тузик грелку. Худруки и директора театров не давали артистам зарплату и государственное имущество рассматривали как собственное. Зрители… В общем, не искусство прекрасное, а поле битвы и сплошные мародеры со скандалами и разборками. Что случилось с репертуарным театром? Он скорее жив, чем мертв? Или скорее мертв, чем жив? Клубок попытался распутать обозреватель “МК”.

Нас унижающий обман
“Враги. История любви”.

Снят, уволен, разоблачен

Действительно, сезон-2010/2011 войдет в историю как самый скандальный и разрушительный. Остается только задать вопрос: это начало конца или мы вошли в пике? Как бы то ни было, но именно в этот сезон не театральные премьеры потрясали Москву, а закулисные дрязги с перспективой открытия уголовных дел.

Хроника событий:

— арест директора Театра кукол им. С. В. Образцова; артисты Театра им. Образцова постоянно судятся с администрацией;

— труппа Театра им. Станиславского травит очередного худрука и добивается снятия Галибина;

— актеры Театра им. Маяковского требуют отставки худрука Сергея Арцибашева; добровольный уход С.Арцибашева в отставку;

— после финансовой проверки снимают директора Малого театра;

— артисты Театра на Таганке публично требуют от своего худрука Юрия Любимова заплатить причитающийся им гонорар за работу на фестивале в Праге; открытый конфликт и уход Любимова из театра;

— финансовые проверки столичных театров фиксируют злоупотребления и нарушения.

Выводы — впереди.

“Время женщин”. фото: Михаил Гутерман

И все это случилось там, где, казалось бы, со времен переделов жестоких 90-х было надежно-спокойно. Как за спиной крепкого мужика, который все в дом, для которого семья — все… Разборки раздирали киношников, в какой-то степени арт-рынок, но репертуарный театр — этот Дом! — всегда оставался неприступной крепостью. Конечно, внутри, за стенами, прыгали свои черти и ползали свои тараканы, по старинке плелись милые интриги, но на общем фоне все это имело невинный вид младшей группы детского сада. Недавно я поймала себя на мысли, что благодаря Дому театральных людей не так сильно задели жесткость и несправедливость перестроечной разрухи-неразберихи, а лишь по касательной. Вроде было, но не так больно, как другим, — театр прикрыл.

Смотрите фоторепортаж по теме: Лучшие спектакли Москвы
14 фото

А Константин Сергеевич тут ни при чем

И вдруг грянуло — зритель не успел перекреститься. Но как у каждого театра свое лицо, так и драма с трагедией у каждого оказалась со своим характером.

Скандал по-маяковски. Интеллигентный, не шумный. Старались сор из избы не выносить, блокировали прессу.

Комментарий «МК»: Звезды Маяковки сами привели Арцибашева, сами же устыдились с ним работать. И было бы странно, если бы такие уважаемые артисты, как Симонова, Костолевский, Филиппов и другие, продолжали бы и дальше — за роли, которые, по правде сказать, безотказно получали от Арцибашева, — закрывать глаза на разрушение их Дома, художественное и особенно физическое. Обшарпанные полы и блохи в зрительских креслах стали притчей во языцех. Большинство площадей Маяковка сдает в аренду, но никакого ремонта не испытала. Могу предположить, что уход Арцибашева не такой уж и добровольный: умно-ушлые люди посоветовали испариться до начала финансовых и налоговых проверок, которые бы непременно спросили: «Где деньги, Зин?» Тогда бы ему точно светила недобровольная отставка. И не только ему, но и родному братцу в должности зама. Финал обнадеживающий — Департамент культуры назначил худруком Миндаугаса Карбаускиса, литовского режиссера, директивно придав ему директора из шоу-бизнеса. Что выйдет из альянса театра и шоу, покажет только следующий сезон.

“Ревизор”. фото: Михаил Гутерман

Но дело не в братьях А., не в народных артистах со звучными именами, которые «сами поставили — сами сняли, сами поломали — сами починили», и даже не в молодом назначенце из ближнего зарубежья. А в том, что именно в это время умер Александр Лазарев, потрясающий, красивый артист, человек чести и благородства. Он единственный, кто в этой некрасивой истории вел себя исключительно. Не участвовал, отстранился: чувствовал свою вину (вместе с другими же привел худрука) — и не стал рвать «благодетеля», потому что еще вчера его целовал. Он стыдился, он был честен, он не вынес… И что бы ни говорили о случайностях и совпадениях, об операции, я уверена, что именно с уходом Александра Сергеевича Маяковка надолго уронила свое лицо. А может, и потеряла вовсе.

Скандал по-станиславскому. И Константин Сергеевич, чье имя носит самый центровой театр (метро «Тверская», «Пушкинская», «Чеховская»), здесь ни при чем. Тут скандальная ситуация как затяжная лихорадка или хроническая подагра: всех раскорячило. Часть труппы продолжила многолетний труд по снятию худрука. Ни один не пришелся ко двору. Очередной жертвой стал Александр Галибин.

Комментарий «МК»: В Станиславском нет громких имен, которыми можно козырять. И тем подозрительнее постоянный выигрыш безымянной труппы — Департамент культуры по ее желанию меняет главных. И что это за капризная «барышня» — не угодишь на нее. А может, ей просто не везет с «женихами»? Но сдается мне, что только сильный лидер изнутри мог столько лет и так эффективно мутить воду, держа коллектив в тонусе и состоянии «фас». Вот его-то и надо поставить — тогда некому будет претензии предъявлять. Однако в эту клетку снова послали свеженького — крепкого на руку и выражения Валерия Беляковича (цитата в день назначения: «Срать я хотел на этих звезд»). Теперь посмотрим, кто кого.

“Город.ок”. фото: Михаил Гутерман

Скандал по-любимовски. Месяц театр сотрясали собрания, разборки, пресс-конференции противоборствующих сторон. В результате создатель оставил свое детище, труппа добилась желаемого — назначения Валерия Золотухина.

Комментарий «МК»: Инициатор скандала — сам Юрий Любимов. Мог бы по-тихому разобраться с подчиненными на гастролях в Чехии, но мэтр предпочел внутренние проблемы коллектива превратить в международный скандал. Ну не мог отказать себе в привычке к борьбе и режиссуре. Однако просчитался: международный скандал сработал против него самого — он потерял то, что создал.

Случай исключительный, потому что в нем замешаны такие обязывающие понятия, как «основатель», «мировое имя», «авторитет», «почтенный возраст» (93), с одной стороны. А с другой — деньги, унижение человеческого достоинства. Единый фронт, каким выступил коллектив против отца-основателя, говорит лишь об одном — долго зревший нарыв прорвался. Все-таки хамское отношение к подчиненным, которое позволяли себе художник с мировым именем и его супруга, — пережиток тоталитарного режима, видимо, крепко вросший в Юрия Петровича вместе с советской системой.

В Малом театре, как объекте национального достояния, Министерство культуры постаралось обойтись без шума и тихо убрало директора, погрозив худруку Юрию Соломину строгим пальчиком. И это далеко не все, что творилось на театральных просторах в этом сезоне.

Вам конверт! Но не письмо в нем

Вот такую картину мы имеем в финале сезона. И, рассмотрев ее подробно, понимаешь, что случайностей в этом нет. Разве десять, пять лет назад директора или продюсеры не обманывали артистов, сполна выплачивали причитающиеся премиальные? Разве в художественной запальчивости не покрывали матом их на репетициях? Но Дом стоял и стенка на стенку не шла. И «желтой прессе» друг про друга стыдных гадостей с интимными подробностями не рассказывали. А теперь наступил момент — системный кризис репертуарного театра. Что-то прогнило в Датском королевстве, и хотелось бы понять, что именно? Что подпиливает, казалось бы, незыблемые опоры столь уникального явления мировой культуры, как репертуарный театр?

“Время женщин”. фото: Михаил Гутерман

Универсального ответа типа «все воруют, все охамели» здесь нет. Воруют, конечно, но не все, да и не это главное: театр не нефть с газом, не за деньгами в первую очередь поступают на сцену. Но сегодня мы наблюдаем смену понятий — многие стали рассматривать театр как бизнес. То есть театр государственный, а бизнес из него можно сделать собственный. Вот только несколько примеров, как можно эффективно использовать госсобственность в личных целях. Художественная составляющая в этом бизнесе, разумеется, не предусмотрена.

Способ № 1, самый примитивный, — аренда. Дирекция сдает в аренду зал театра под: антрепризу, концерт, слет передовиков «Газпрома» и так далее. В договоре обозначается одна сумма, а наличными директору платится другая. И всем хорошо: у просителя с меньшей суммы в договоре — меньший налог и преференции на будущее перед теми, кто хочет все по-честному, а у директора — чистый нал в кармане. И, может быть, он пустит его на интересы и развитие театра! (Шутка.) Размер откатов зависит от места расположения театра: чем «центрее», тем дороже. В Москве доходит до 10 тысяч долларов.

Способ № 2, тоже примитивный, — арендаторы помещений театра. Схема способа № 1: арендаторы за «щадящий ценовой режим» каждый месяц несут хозяину госпомещений в конверте. Разумеется, не письмо.

Способ № 3, изобретательный, — билеты. Как делают умные люди: один из заместителей директора (зав. билетным столом, скажем) открывает фирму по продаже театральных билетов, ну совершенно не имеющих отношения к билетам родного театра. На самом деле выкупаются билеты из кассы по налу, а продаются совсем по другим ценам. Положенная сумма честно вносится в кассу театра, а разница тоже честно делится между «продажником» и директором, милостиво разрешившим забрать билеты из кассы. Правда, здорово? Еще и кассиру подбросят, чтобы помалкивал. А что? Кассир тоже человек.

Когда я узнала о таком чудесном способе отъема денег, я нисколько не удивилась информации, которая все активнее обсуждается в Москве — должности замдиректоров и директоров московских театров продаются и стоят недешево. Понятное дело — при такой организации бизнеса в одиночку не потянуть — и замы надежные нужны, и свои в доску бухгалтеры…

“Околоноля”.

Какое-то время все живут по схеме — низы (артисты и уникальные мастера, каких в мире нет) все видят, понимают, но молчат, копя праведный гнев, продолжают выходить на сцену или работать за кулисами по установленным Минкультом тарифам. А верхи (директора, замы и даже некоторые худруки) живут своей отдельной жизнью, время от времени подкармливая нужных артистов разовыми премиями или ролями. Но рано или поздно наступает час Х: когда низы уже не могут терпеть беспредел администрации (по-русски, гиря до полу дошла), а верхи все еще хотят: зарвались и в полном неадеквате не видят себя со стороны. И вот тогда гром грянет — зритель не успеет перекреститься. Что мы и наблюдали в некоторых столичных театрах в этом сезоне.

Каждый пилит свою ножку

Впрочем, артистов не стоит считать только жертвами административного произвола и бессовестности. Ребята тоже вносят посильный вклад в разрушение театра. С одной стороны, крепко сбитая стая артистов теперь регламентирует поведение других худруков и режиссеров, посылая им внятный мессидж: с вами, ребята, будет то же, что и на Таганке.

С другой — актеры, прежде всего именитые, на которых держится касса, нещадно и бездумно эксплуатируют собственную популярность, снимаясь направо-налево и играя в антрепризах. Но можно ли упрекать людей в желании заработать как можно больше (не для себя же, для семьи) и переиграть все-все? Все-таки можно, когда видишь любимые медийные лица с усталыми пустыми глазами на сцене, работающие на одних штампах и докатившиеся до рекламы туалетной бумаги и унитазов.

Кто заказывал похороны?

Если система дала сбой, прохудилась, ее надо менять? Ясное дело! Революционно настроенная часть профессионалов и театральной общественности готова похоронить репертуарный театр как источник зла. Но это старо, неумно и непатриотично по нескольким причинам: во-первых, все революционные действия на территории России всегда плохо заканчивались, мы до сих пор пожинаем их плоды. Во-вторых, не стоит ломать то, что не тобой построено. Наконец, стоит подумать о международном авторитете страны — кроме нефти, автомата Калашникова, водки и репертуарного театра, ей по большому счету предъявить нечего. «А также в области балета…» — как ни надоело, а звучит пока еще актуально.

“Пер Гюнт”. фото: Михаил Гутерман

Не хоронить надо репертуарный театр, а реформировать — это как никогда стало понятно именно в этом сезоне. Не присылать кризисного менеджера от бизнеса, не собирать съезды с бесконечными докладами. Нужна грамотная, юридически обоснованная контрактная система, которая должна наконец урегулировать взаимоотношения работодателя и творческого работника, чтобы они друг друга не кушали. Не говоря уже о выводе театров из-под бесполезно-мучительного 94-го ФЗ. Не говоря о создании кадрового резерва худруков и главных режиссеров (сегодня это в основном очень пожилые люди). Да много чего надо. Вопрос: кто этим будет заниматься? Если опять непрофессионалы театра или радикально настроенные экспериментаторы — репертуарный театр точно помрет.

Лично мне совсем не хотелось бы прийти в пустую холодную коробку исторического здания какого-нибудь московского театра, куда разные фирмы по очереди будут завозить свет, звук, декорации, буфет… Куда прибегут случайные и неслучайные артисты, тоже бегающие по таким же коробкам, и сыграют в меру таланта и совести что-нибудь из прошлой-настоящей жизни. Уже скучно… Все-таки хочется, чтобы театр оставался нас возвышающим обманом!

ТЕАТРАЛЬНАЯ ПРЕМИЯ “МК”
СЕЗОН-2010/2011

Мэтры

1. Лучшая мужская роль — Леонид Каневский (Городничий, “Ревизор”, Театр на Малой Бронной), Дмитрий Певцов (Генрих II Плантагенет, “Аквитанская львица”, “Ленком”)

2. Лучшая женская роль — Ольга Остроумова (Бабушка, “Я, бабушка, Илико и Илларион”, Театр им. Моссовета)

3. Лучшая мужская роль второго плана — Сергей Сосновский (Сорин, “Чайка”, Театр п/р О.Табакова)

4. Лучшая женская роль второго плана — Евгения Симонова (Тамара, “Враги. История любви”, “Современник”)

5. Лучший спектакль — “Пер Гюнт” (реж. Марк Захаров, “Пер Гюнт”, “Ленком”). “Враги. История любви” (реж. Евгений Арье, “Современник”)

Полумэтры

1. Лучшая мужская роль — Анатолий Белый (Егор, “Околоноля”, Театр п/р О.Табакова), Сергей Юшкевич (Герман Бродер, “Враги. История любви”, “Современник”)

2. Лучшая женская роль — Алёна Бабенко (Антонина, Сюзанна, “Время женщин”, “Современник”)

3. Лучшая мужская роль второо плана — Павел Ворожцов (Треплев, “Чайка”, Театр п/р О.Табакова)

4. Лучшая женская роль второго плана — Марина Зудина (Аркадина, “Чайка”, Театр п/р О.Табакова), Александра Захарова (Озе, “Пер Гюнт”, “Ленком”);

5. Лучший спектакль — “Околоноля” (реж. Кирилл Серебренников, Театр п/р О.Табакова)

Начинающие

1. Лучшая мужская роль — Антон Шагин (Пер Гюнт, “Пер Гюнт”, “Ленком”), Дмитрий Седых (Верховенский, “Бесы”, Театр на Малой Бронной)

2. Лучшая женская роль — Александра Ребенок (Журналистка, “89—93” (“Сквоты”), театр. Dok)

3. Лучшая мужская роль второго плана — Павел Акимкин (“Город.ок”, Международный театральный фестиваль им. Чехова)

4. Лучшая женская роль второго плана — Надежда Лумпова (Бабушка, “Бабушки”, театр “Практика”);

5. Лучший спектакль — “Время женщин” (реж. Егор Перегудов, “Современник”)

Другие номинации

1. Фестиваль — фестиваль театров малых городов России (Театр Наций)

2.Малая сцена — “Прокляты и убиты” (реж. Виктор Рыжаков, МХТ им. Чехова);

3. Экспериментальный спектакль — “Город.ок” (Международный театральный фестиваль им. Чехова);

4.Детский спектакль — “Летучий корабль” (реж. Тереза Дурова, “Театриум на Серпуховке”);

5. Ансамбль — Людмила Крылова, Светлана Коркошко, Таисия Михолап (Евдокия, Гликерия, Ариадна, “Время женщин”, “Современник”, Другая сцена);

6. Хореограф — Алла Сигалова (“Кастинг”, Театр им. Моссовета);

7. Сценограф — Алексей Кондратьев (“Пер Гюнт”, “Ленком”);

8. Человек года — Евгений Миронов.