Данил Милка, композитор, руководитель музыкальной части Донецкой филармонии:
- Дело было в 2015 году, стандартная процедура. Но что важно – я его получил достаточно быстро, мне не пришлось выстаивать огромные очереди, как многим дончанам потом. В Россию с ним ездил постоянно – учился два года в Ростове-на-Дону в консерватории. Донецкие (пограничники и полицейские) были привычные, а вот при предъявлении в российских городах тщательно проверяли подлинность и просто пытались понять, что это за невиданная штука. Но проблем не было – пропускали, разрешали проводить банковские операции. Донецкий паспорт признавали в Москве, Петербурге и Крыму.
- Собираете ли сохранить «для потомков» бордовую книжечку, что она для вас сейчас, когда непризнанный статус ДНР и ЛНР позади?
- Конечно, хотя бы как память – его же не изымают, он просто перестанет действовать. Но то, что в душе и голове – ощущение Родины, принадлежности к своей стране – живет отдельно, а паспорт это только формально подтверждает.
- В те годы активно работала украинская контрпропаганда, размещались билборды на подконтрольной Киеву части Донбасса в духе, что «новоросс – не гражданство». Были ли лично для вас моменты сомнения в этом плане?
- Никаких сомнений не было. Тем более что с Украиной на тот момент меня связывали исключительно воспоминания. Будущее свое я связывал с Донецком и Россией, которая нам только-только приоткрывалась…
Александр Малиновский, худрук Молодежного оркестра народных инструментов Донецкой филармонии:
- Мы – бюджетники, и к тому же молодежь, работающая в республике, так что были в первых рядах на получение.
- Ивану Охлобыстину паспорт лично выдал первый глава ДНР Захарченко, Юлии Чичериной – Денис Пушилин, повезло ли вам попасть на некую VIP-церемонию?
- Тогда уже Александр Владимирович не вручал паспорт каждому в руки, нам выдавал мэр Донецка Алексей Кулемзин – в торжественной обстановке, конечно же. И это было свидетельство того, что наша борьба не напрасна.
- Пострадали ли вы в санкционном плане? Как «покарали» вас Украина и ЕС за поддержку «сепаратизма», были ли какие-то житейские последствия?
- Санкции начались сразу же, в 2014-м. У меня большая семья – родственники жили в Киеве и в России – для постсоветского пространства это привычное дело. С киевской родней не общаемся.
- Паспорт всегда с вами?
- Да, я его везде вожу с собой, в каждую командировку – он прекрасный «довесок» к российскому удостоверению личности. И точно не хочу смотреть на него как на какой-то сувенир, отношусь бережно и трепетно. Да, были минуты, когда мы до конца не верили, что нам протянут руку помощи. У меня много друзей-военных, мы спрашивали себя, как обороняться, если украинская армия пойдет в наступление. Отрадно, что Владимир Владимирович нас признал и принял в Россию, – это безмерное счастье.
Вячеслав Теркулов, заведующий кафедрой русского языка Донецкого государственного университета, доктор филологических наук, профессор:
- У меня все банально. Подал документы - получил новый паспорт. Подгоняло только то, что украинский паспорт поистрепался. Что касается санкций, то на «Миротворец» я попал позднее, когда стал членом Общественной палаты ДНР. Паспорт хранится в ящике. Какие мысли были все эти годы? Я верил в себя. Работал. Работа у меня интересная и любимая. И нужная - я учителей будущих учу. Кстати, русского языка. И у нас всегда на эту специальность был конкурс.
Владислав Русанов, преподаватель, писатель-фантаст, стоявший у истоков Союза писателей ДНР:
- Очень хотелось избавиться от синей книжки с трезубцем, но паспортный стол работает по тому же графику, что и вузы, - вырваться туда у меня никак не получалось. Тем более что наш район довольно многолюдный, плюс приезжали из соседнего поселка Моспино - толпы были постоянно. Многие с вечера занимали очередь, несмотря на комендантский час, и ночевали в машине под РОВД.
Я почти разочаровался, но однажды приехал ближе к концу рабочего дня и не поверил своим глазам – никого нет. Сдал документы за 15 минут, и через два месяца в руках был паспорт, который так напоминал по дизайну нашу мечту - паспорт России. А потом, помню, ехал в Ростов и ругался с пограничником-россиянином, который требовал украинский паспорт, а не «вот это чёрт знает что у вас такое».
Кристина Древаль – певица, актриса, композитор:
- Я получила наш паспорт сразу, как только они появились, - для меня это было решением принципиальным. Он пережил со мной многое, в том числе и обстрелы, мирно лежа в сумочке. Это память о том, как в далеком 14-м году мы объединились против фашизма и гордо продолжали стоять, когда будущее было неопределенным. Но знали и верили, что справимся, что Россия нас не оставит. И что назад пути нет.
Олег Миннуллин, литературовед, критик, завкафедрой гуманитарных и художественных дис