Эксперт дал шокирующий прогноз по инфляции: 10% - это будет достижение

Названы продукты, которые сильнее всего подорожают в 2023 году

В российской экономике не обходится без парадоксов: куда ни посмотри — цены растут, вместе с тем инфляция, как утверждают правительственные чиновники, активно снижается. По итогам 2022-го инфляция оказалась ниже 12%, а через полгода, как обещают власти, и вовсе упадет до 5–5,5%. Возникает логичный вопрос: не обманывают ли население? Потребители прекрасно видят, как дорожают продукты и «коммуналка», а реальные доходы людей снижаются. Что же на самом деле происходит с ценами на потребительском рынка и какие продукты и товары будут дорожать сильнее других?

Ответы на эти вопросы «МК» искал вместе с экспертами: членом Совета по финансово-промышленной и инвестиционной политике Торгово-промышленной палаты РФ Анной Вовк и главным научным сотрудником Института экономики РАН Игорем Николаевым.

Названы продукты, которые сильнее всего подорожают в 2023 году

— Начнем с вопроса, который ставит в тупик, наверное, все российское население. Начиная с лета власти нам месяц за месяцем рассказывают, что инфляция замедляется, но люди при этом видят, что абсолютно все дорожает. Закрадывается подозрение, что нас обманывают...

Вовк: Население не обманывают. Просто инфляция и дефляция — это совершенно разные понятия. Многие люди, когда слышат, что инфляция снижается, ожидают снижения цен, но это не так. Снижение инфляции означает возможное некое замедление роста цен. А вот дефляция — это снижение цен в абсолютном выражении. Но никто ведь не утверждает, что у нас дефляция. Инфляция в стране остается, просто ее темпы сейчас несравнимы с теми, что были весной прошлого года. Поэтому и официальные цифры совсем другие.

фОТО: annavovk.ru

Николаев: На мой взгляд, все достаточно просто и взаимосвязано. Реальные располагаемые доходы населения падают (по предварительным оценкам, по итогам 2022-го, они снизятся примерно на 2–3%). И это несмотря на все индексации. А реально располагаемые доходы — это, напомню, номинальные за вычетом инфляции. Именно поэтому инфляцию в 11,9% потребители считают очень высокой.

— В феврале-марте 2022-го, по данным Росстата, цены на овощи били рекорды. Многие россияне опасаются этой ценовой аномалии и в этом году. Для этого есть основания?

Вовк: В прошлом году на фоне масштабных санкций, во-первых, перестраивались логистические цепочки, а во-вторых, финансовые потоки. Рекордный рост цен был именно по импортным товарам. Сейчас все логистические цепочки налажены, поэтому такого резкого скачка цен быть не может. Стоимость «борщевого набора» сильно не изменится. А вот все то, что мы не выращиваем на территории нашей страны, подорожает. Небольшое колебание цен, в том числе из-за валютных рисков, очень вероятно. Так, например, помидоры, огурцы, баклажаны у нас в недостаточном количестве. Если спрос рождает предложение, то и количество предложений рождает снижение цены. В этом году количество предложений не такое большое, поэтому снижения или стабилизации цен ждать не приходится. Тенденция к их росту никуда не исчезнет.

Николаев: Главная причина подорожания овощей остается прежней, это сезонность. К Новому году плодоовощной набор очень сильно подорожал, и после праздников цены не упали. Если посмотреть статистику Росстата за первую половину января, то ничего хорошего мы там не увидим. За две недели (с 1 по 16 января) свежие огурцы выросли в цене больше чем на 19% к концу декабря, помидоры на 17%, морковь на 10%. И это очень значительный рост. То есть продолжается подорожание плодоовощной продукции, которое было зафиксировано в декабре. К сожалению, можно прогнозировать, что этот рост будет и дальше.

— Еще одна болезненная для потребителей тема: подорожание бытовой техники и электроники. В том году они росли в цене из-за ухода с нашего рынка иностранных брендов, параллельного импорта, логистических сложностей. Что мы имеем сейчас?

Вовк: Со складскими запасами в России все нормально. Ассортимент есть. Сейчас нет никаких ограничений: кто-то ушел, кто-то остался, кто-то заместился. Цепочки поставок понятны, стабильны. Что касается валютных рисков, то здесь никто не застрахован. Мы не знаем, какая будет политика тарифов. Поэтому тут есть вероятность изменения цен в большую сторону. Но, думаю, подорожание по бытовой технике и электронике не превысит инфляцию.

— Возьмем другие непродовольственные товары, например обувь и одежду. Как изменятся ассортимент и цены?

Вовк: На этом рынке произошли структурные изменения, но в целом цепочки поставок налажены, участникам рынка понятно, из каких центров эти товары поступают: так что здесь более мягкая ситуация. Теперь о ценах. Все то, что должно продаваться этой весной, было отшито еще прошлой осенью. Получается, товар или уже лежит на складах, или едет в торговую точку. Ценовая политика будет более–менее стабильная и адекватная. А вот что будет с ценами на осень, это вопрос.

Николаев: С ценами на непродовольственные товары в России ситуация лучше. Сейчас валютный курс более-менее стабильный. Параллельный импорт в своих объемах начинает прирастать. Не могу сказать, что этот механизм полностью отлажен, но тем не менее он работает. Получается, дефицита с той же одеждой и обувью точно не будет. Когда предложения хватает, это давит на цены и не дает им расти. Также есть спросовые ограничения (реальные доходы не растут), это тоже сдерживает рост стоимости товаров. Можно предположить, что рост цен на непродовольственные товары будет более-менее терпимым, умеренным.

— Могут ли производители снизить цены на свой товар, чтобы не лишиться продаж в условиях падения реальных располагаемых доходов?

Николаев: Каждый производитель просчитывает, может он снизить цену или нет. Бизнес все-таки должен себя окупать. Наверное, не по всем товарам, но наверняка есть какие-то возможности по снижению цен. Взять, к примеру, древесно-стружистые плиты — это важно для ремонта. Здесь предложение очень серьезное, и производители, и продавцы вынуждены снижать цены. Сейчас стоимость деревообрабатывающей продукции реально снижается. К сожалению, это пока не общая картинка, но такие приятные моменты на потребительском рынке тоже встречаются.

— Какие факторы в настоящее время в наибольшей степени влияют на рост цен?

Вовк: В первую очередь, тарифы ЖКХ. Далее — стоимость топлива. В каждой единице продукции есть транспортно-логистические расходы. Следующий момент — налоговая нагрузка, которую несут предприниматели. Для малого и среднего бизнеса она до сих пор остается слишком большой, и еще одна важная составляющая — это упаковочные материалы. У нас не хватает тары. Звучит странно, но у нас недостаточно картона.

Николаев: Несмотря на всю девалютизацию, курс рубля, безусловно, влияет на то, что происходит с ценами. Потому что импортная составляющая пока остается значительной. Соответственно, если рубль ослабевает, то цены растут. Здесь чудес не бывает. Пока такая взаимосвязь сохраняется. Есть и другие факторы. Я бы назвал их хроническими. Например, недостаточный уровень конкуренции в ряде отраслей или фактор неопределенности экономической ситуации в целом. Вот сейчас эта неопределенность находится на самом высоком уровне за последнее десятилетие. Можно себя поставить на место производителей, продавцов и задаться вопросом, как бы вы формировали цены, когда непонятно, что будет завтра.

— В стране постоянно индексируют соцпособия, пенсии. Может ли эта прибавка выровнять траты граждан и покрыть все их расходы?

Вовк: Вряд ли. Экономическое правило: замедление инфляции должно осуществляться в том числе за счет государственного регулирования. Поэтому индексация зарплат госслужащих и социальных пособий в среднем ниже, чем инфляция. Это делается для того, чтобы не породить новый виток роста цен.

Николаев: Опыт прошлого года говорит о том, что не получится с помощью индексации сделать так, чтобы реальные располагаемые доходы населения не снижались. С 1 июня страховые пенсии повысили на 10%, МРОТ повысили. И что? По результатам года все равно наблюдается снижение реальных располагаемых доходов населения. Получается, несмотря на такую значительную индексацию, которая потребовала из казны многих сотен миллиардов рублей, реальные доходы граждан все равно снизились. Это говорит о том, что если экономика снижается, то с помощью одних только индексаций не удастся поправить положение людей.

— Как людям защитить свои средства от инфляции?

Вовк: Вопрос насущный для всех. Сейчас в России горизонт планирования 15 минут. В стандартной ситуации я бы посоветовала диверсифицировать имеющиеся средства. Разделить их между разными источниками: что-то положить в банк, что-то перевести в наличные, на что-то купить валюту. Что делать сейчас, большой вопрос. Если отвечать на ваш вопрос честно, то стоит признать: средств реальной защиты доходов в России в настоящее время нет.

Николаев: Ситуация непростая. Если согласиться с тем, что сбережения все равно будут обесцениваться, я вижу только один путь: есть какая-то возможность дополнительного заработка — воспользуйтесь ей. То есть это фактически не сохранение средств, но все-таки вариант смягчения текущей ситуации. Если есть силы и возможности, то надо не гнушаться и подзаработать где-то еще.

— Какие товары, продукты, услуги подорожают сильнее других в 2023-м? Почему и, главное, на сколько?

Вовк: Рискну быть очень смелой в своих прогнозах. Есть социально значимые товары, такие как хлеб, подсолнечное масло, сахар. В связи с событиями, которые происходят в мире, вероятно, мы будем поддерживать другие страны поставками продовольствия. Будем делиться, например, с Африкой. Такие действия могут отразиться на ценах на внутреннем рынке. Первый эшелон продуктов в дешевых магазинах, батон белого хлеба или литр самого обычного масла, не станут дороже. Но чуть более усложненные продукты — багет, масло первого отжима, нерафинированный сахар — подорожают. Рост цен составит не менее 20%.

Николаев: Основное беспокойство у меня вызывают цены на плодоовощную продукцию. Между тем ее доля в формировании индекса потребительских цен очень значительная. Так было всегда и так будет. Отсюда получается, что если рост цен сохранится, то и инфляция в целом может быть достаточно высокой.

— И какой может быть инфляция по итогам этого года? Власти предсказывают 5–6%...

Николаев: Считаю, что будет выше. Есть факторы, которые влияют на ускорение инфляции, и мы их уже назвали. На этом фоне будет достижением, если годовой показатель инфляции уложится в однозначную цифру. И я бы не расценивал это как какой-то пессимистичный прогноз. В нынешней ситуации это было бы неплохое достижение. Люди всегда смогут привести тысячи примеров, которые, по их мнению, говорят о том, что цены растут гораздо сильнее. Но мы, естественно, говорим об официальной инфляции.

Вовк: Я поддержу коллегу. Если получим по итогам 2023 года инфляцию меньше 10%, это будет достижение. Но, боюсь, есть серьезные основания полагать, что это все-таки будет двузначное число.

Опубликован в газете "Московский комсомолец" №28965 от 6 февраля 2023

Заголовок в газете: Ценовая тяга

Что еще почитать

В регионах

Новости

Самое читаемое

Реклама

Популярно в соцсетях

Автовзгляд

Womanhit

Охотники.ру