Потребители сырья оказались не в состоянии освоить дополнительные баррели, тем самым усилив избыток углеводородов. В 2026 году участники рынка будут вынуждены искать выход, способный уравновесить баланс спроса и предложения энергоресурсов. России в таких условиях придется справиться еще с одной задачей и добиться справедливой стоимости экспортного сорта Urals.
Если рассуждать с ценовой точки зрения, то прошедший год оказался не самым удачным периодом для мирового нефтяного сектора. Встретив январь котировками в $80 за баррель Brent, стоимость нефти начала планомерно опускаться и к концу декабря с огромным трудом закрепилась возле отметки в $60.
Основной причиной негативной тенденции стало решение стран ОПЕК+ о росте добычи, которое было принято на фоне нестабильного спроса на энергоресурсы, главным образом со стороны потребителей Азиатско-Тихоокеанского региона, и увеличения производства «черного золота» государствами, не входящими в альянс. В результате на рынке возник заметный профицит сырья, вызвавший 25-процентный обвал цен.
Российский экспортный сорт Urals в свою очередь столкнулся с одним из самых неприятных жизненных циклов за всю историю. Опасаясь вторичных западных санкций, в первую очередь со стороны США, восточные импортеры, прежде всего Индия и Китай, при заключении сделок с поставщиками из нашей страны начали все более настойчиво настаивать на премии за риск, то есть, на значительных скидках, без которых они отказывались покупать российскую нефть.
Итоги такого предвзятого отношения к нашим углеводородам оказались неутешительными: если в начале года стоимость Urals отставала от Brent всего на $2-3, то в декабре разница достигла $20-25 и за «бочку» западносибирского сорта на азиатском рынке стали предлагать менее $40. Как следствие - доходы бюджета России от нефтегазового сектора снизились с 14 трлн в 2024-м до 8,5 трлн рублей в 2025 году.
В 2026 году мировому нефтяному рынку, судя по всему, придется «переваривать» события прошедших двенадцати месяцев, приспособляться к жизни в условиях профицита излишних объемов сырья и низкого спроса на энергоресурсы, а задачей российских экспортеров станет снижение дисконта на поставляемое за рубеж «черное золото». Об итогах 2025-го и предстоящих вызовах 2026-го года «МК» рассказали аналитик Freedom Finance Global Владимир Чернов, глава финтех-платформы SharesPro Денис Астафьев и руководитель проектов «Полилог» Федор Шурупин.
- Подошел к концу 2025 год. Можно ли подвести предварительные итоги мировой и конкретно российской нефтяной отрасли за прошедшие двенадцать месяцев?
Чернов:
- Прошедший год для мировой нефтяной отрасли стал годом снижения ценовой напряженности по сравнению с 2024-м. Геополитическая премия в стоимости «черного золота» заметно сократилась, а на первый план вышли фундаментальные факторы спроса и предложения. Рост добычи за пределами ОПЕК+, прежде всего в странах Америки, происходил быстрее, чем рост мирового спроса, что сформировало избыток предложения. В результате цены на нефть в течение года оставались под давлением и к концу года опустились ниже $60 за баррель.
Для российской нефтяной отрасли 2025 год стал продолжением адаптации к санкционным ограничениям. Основные экспортные потоки были переориентированы, логистика стабилизировалась, а экспортная выручка оказалась чувствительной к снижению мировых цен и сохраняющимся дисконтам к Brent. При этом физические объемы добычи и экспорта в целом удерживались на сопоставимых уровнях за счет координации в рамках сделки ОПЕК+.
Астафьев:
- По предварительным итогам 2025 года мировой нефтяной рынок заметно изменился по сравнению с 2024-м и рядом предыдущих лет. Если ранее динамику цен во многом определяли геополитические риски и ограничения предложения, то в уходящем году на первый план вышли ожидания профицита и рост запасов. Рынок большую часть времени находился под давлением фундаментальных факторов, а ценовая конъюнктура была существенно слабее, чем годом ранее. Это сформировало более сдержанные ожидания инвесторов и снизило чувствительность котировок к краткосрочным новостным всплескам.
Для российской нефтяной отрасли 2025 год стал периодом адаптации в новом, уже привычном режиме. Объемы добычи в целом оставались стабильными, однако ключевым отличием стала трансформация экспорта. Основной акцент сместился на азиатские рынки, выросли издержки логистики, а экспортные цены в большей степени формировались с учетом санкционных ограничений и дисконтов. В результате физические поставки оставались относительно устойчивыми, но экспортные доходы оказались более чувствительными к ценовой конъюнктуре и структуре продаж.
Шурупин:
- 2025 год завершил эпоху высокой геополитической волатильности на нефтяном рынке, сменившуюся фазой системного профицита. Если в последние годы ключевым фактором были санкции и конфликты, то теперь определяющей становится фундаментальная экономика: замедление глобального спроса на фоне растущего предложения.
В то же время политический аспект - «Венесуэльский кризис» - может выступить лишь краткосрочным буфером против обвала цен. Из-за незначительной доли Венесуэлы на рынке (около 1% мировой добычи) этот прецедент не способен переломить долгосрочный нисходящий тренд, заданный фундаментальным профицитом.
Его основная роль - добавлять волатильность, тогда как основную динамику рынка в 2026 году будет определять дисбаланс спроса и предложения. Парадоксально, но эскалация кризиса может создать косвенные выгоды для других производителей: полная блокада экспорта Венесуэлы способна поднять цену Brent на $7-10 за баррель.
- Чем 2025-й в плане ситуации на нефтяном рынке отличался от 2024-го и других прошедших лет?
Чернов:
- Главное отличие 2025 года от 2024-го заключается в том, что рынок перешел из режима дефицита и ценовой неопределенности в режим избыточного предложения. Это изменило баланс сил в переговорах между производителями и потребителями и ограничило потенциал роста цен даже при геополитических рисках.
- Каких изменений стоит ждать в 2026 году? Сколько нефти Россия сможет в будущем году продать за рубеж, по каким ценам и каких доходов стоит ждать от этих торговых операций?
Чернов:
- В 2026 году ключевыми факторами для нефтяного рынка останутся политика ОПЕК+, темпы роста добычи вне альянса и динамика мирового спроса. Если текущие оценки профицита предложения подтвердятся, цены на нефть, вероятнее всего, останутся в умеренном диапазоне без выраженного восходящего тренда. В этом сценарии средняя цена Brent может колебаться в районе $60-65 за баррель.
Для российских экспортных сортов решающим фактором станет не столько абсолютный уровень мировых цен, сколько величина скидки к Brent и стоимость логистики. При отсутствии резкого ужесточения санкций дисконт может постепенно сокращаться, однако полностью исчезнуть он вряд ли сможет в среднесрочной перспективе.
Объемы экспорта нефти из России в 2026 году, скорее всего, останутся близкими к уровням 2025 года, при условии сохранения действующих квот ОПЕК+ и устойчивого спроса со стороны азиатских рынков. Экспортная выручка при этом будет зависеть, прежде всего, от ценовой конъюнктуры и колебаний дисконта. Даже при стабильных объемах она может заметно меняться, что делает нефтяные доходы менее предсказуемыми для бюджета и усиливает значимость ненефтегазовых источников в финансовой системе страны.
Астафьев:
- В 2026 году рынок, по всей видимости, продолжит жить в логике избытка предложения при умеренном росте мирового спроса. Существенную роль будет играть политика ОПЕК+, которая остается главным инструментом сглаживания ценовых колебаний. Вероятнее всего, решения картеля будут носить осторожный и ситуативный характер, чтобы не допустить резкого обвала цен, но и не стимулировать чрезмерный рост добычи в условиях слабого спроса.
Прогноз по ценам на нефть в 2026 году целесообразно рассматривать в виде диапазона. Базовый сценарий предполагает умеренно низкий средний уровень котировок с повышенной волатильностью. Российские экспортные сорта, как и ранее, будут торговаться с дисконтом к мировым эталонам, а итоговая выручка от экспорта нефти и нефтепродуктов в значительной степени будет зависеть не только от цен, но и от курса рубля, налоговой политики и сохранения текущих экспортных маршрутов. В целом 2026 год для отрасли выглядит как период осторожной стабильности без резких прорывов, но и без системных кризисов.
Шурупин:
- Главный вызов 2026 года - ожидаемый аналитиками «суперизбыток» предложения, когда рост добычи будет почти втрое опережать рост потребления. Это создаст беспрецедентное давление на цены, с которым не смогут справиться даже сдерживающие меры ОПЕК+. По прогнозам цена на нефть марки Brent ожидается в районе $55-60 за баррель.
