Легендарный московский дом пошел трещинами

Знаменитый памятник конструктивизма обследовали перед реставрацией

17.01.2020 в 18:56, просмотров: 2923

17 января в Музее архитектуры прошло заседание Международного наблюдательного совета, курирующего сохранение дома Константина Мельникова — одного из главных памятников московского конструктивизма. Напомним, собственный дом Мельникова, построенный в 1927–1929 годах как концептуальное жилое здание, с 2014 года стал музеем, и в 2017–2019 годах проводилось его масштабное обследование. Специалисты по архитектурному авангарду выясняли, какая реставрация потребуется уникальному зданию.

Легендарный московский дом пошел трещинами
Дом Мельникова, говорят специалисты, может простоять еще сотни лет.

Дом Мельникова в Кривоарбатском переулке — знаменитую постройку из двух цилиндров (один под жилую часть, другой под мастерскую архитектора) — с самого момента закладки преследовала нехватка ресурсов. В конце 1920-х для частного дома не выделяли достаточно кирпичей, цемента, были проблемы с рабочими. В 1941-м, когда немецкая бомба упала рядом с театром имени Вахтангова, в окнах вылетели стекла — заменить получилось только в 1944-м. После войны архитектор был пожилым и небогатым человеком, денег на ремонт снова не хватало, потом трудности возникали уже при реставрациях. В конце 2010-х деньги на обследование нашлись — ожидается, что найдутся и на реставрацию дома.

— Главная неожиданность была для нас очень приятной, — рассказала «МК» директор Музея архитектуры Елизавета Лихачева. — Дом Мельникова оказался очень правильно построен. Никаких серьезных проблем в нем не обнаружено, здание в очень хорошем состоянии. Проблемы разной степени серьезности там есть, но ничего неисправимого не найдено.

Кирпичные стены практически везде поражены трещинами — хотя и некритичного размера. Плоская кровля в разное время страдала от протечек. В 2000-е и 2010-е годы рядом шли большие стройки с освоением подземного пространства — это вызвало небольшие, но заметные специалистам подвижки фундамента. И все-таки эти проблемы решаемы. Даже столярку — то есть деревянные элементы — в подавляющем большинстве можно сохранить.

Несмотря на сетку трещин на фасаде и его в целом тусклый бежево-охряный цвет, дом несомненно жив. Из наиболее серьезных утрат — оригинальные системы воздушного отопления и «пневматической связи» (попросту — трубы между домом и калиткой, своеобразного домофона, не требующего электричества). Но их остатки при обследовании обнаружены, так что во время реставрации будет что восстанавливать.

— Дальнейшие наши планы очень простые, — пояснила Елизавета Лихачева. — Завершено обследование — значит, нужно делать проект реставрации, а потом начинать работы. Думаю, это вопрос ближайших месяцев.

Сейчас дом Мельникова — объект культурного наследия федерального значения, но уже очевидно, что он может стать памятником всемирного культурного наследия ЮНЕСКО. Дом соответствует высочайшим критериям аутентичности: в нем сохранилось примерно 95% изначальных элементов. Конечно, изменилось окружение особняка (а это тоже принимается во внимание международной комиссией), но сам дом — вне критики.

Отдельно стоит сказать о крохотном участке вокруг дома Мельникова. При жизни архитектора там был настоящий огород. «Мельниковы посадили картофель, репу, морковь, фасоль, бобы, огурцы, помидоры, петрушку, салат кочанный, укроп, редиску», — пишет участница обследования архитектор Татьяна Царева.

— Пожалуй, у нас в России всего два настолько сохранных памятника конструктивизма — дом Мельникова и библиотека Алвара Аалто в Выборге, — говорит Лихачева. — Это особенно удивительно, если вспомнить долгую и не всегда гладкую историю дома. В частности, в войну особняк три года простоял без окон — возможно, именно поэтому в северном цилиндре пол сохранился с проблемами.

Дом Мельникова по своей художественной ценности и сохранности — в первом ряду мировых памятников архитектурного авангарда, наряду с учебным корпусом Баухауса в Дессау, виллой «Савой» Ле Корбюзье и его же экспериментальными жилыми ячейками. Если он будет отреставрирован на должном уровне, его ждет долгая и славная жизнь одной из главных достопримечательностей московского зодчества.

Одновременно в Москве открывается после реставрации еще одна знаковая постройка конструктивизма — дом Наркомфина Моисея Гинзбурга: в 2017–2019 годах он был отреставрирован и приспособлен под современное жилье высокого класса. Кажется, процесс признания и сохранения архитектуры конструктивизма все-таки начался на практике. Жаль, что многие рабочие городки, клубы и другие постройки этого стиля в Москве все-таки не успеют дожить до своей реставрации.