Глава Национальной Ассоциации объединений офицеров запаса о патриотизме, Юнармии и военном Храме

Александр Каньшин: «Нам доверяют, нас слышат»

27.10.2018 в 09:31, просмотров: 5199

Говорят, как корабль назовешь, так и поплывет. Основатели ветеранской организации четверть века назад с названием не промахнулись. В переводе с греческого «мегапир» - сплав металлов, лучше других сопротивляющийся накалу. Организация МЕГАПИР, созданная офицерами запаса в «лихие» 90-е, выдержала все испытания. Сегодня это огромная корпорация, объединяющая интересы общества, армии и государства. Ассоциации доверяют ответственные начинания, дела государственной важности. Ее создатель и бессменный глава Александр КАНЬШИН, зампред Общественного совета при Минобороны, рассказал «МК» об истории и задачах организации, а еще - о воспитании патриотов и главном военном Храме.

Глава Национальной Ассоциации объединений офицеров запаса о патриотизме, Юнармии и военном Храме
Александр Каньшин.

Начинали, чтобы выжить

- Александр Николаевич, как появился МЕГАПИР?

- Это было начало 90-х. Я к тому времени прослужил в армии 20 лет, сделал неплохую карьеру - был инспектором Главного военно-политического управления Вооруженных сил, полковником. А в 37 лет взял и уволился. Военных тогда и унижали, и оскорбляли. Мне это претило. Я решил: государство и общество считают, что мы не нужны - значит, нужно начинать новую жизнь. У меня было три высших образования, но все военные. Как жить? Инфляция — страшнейшая, двое маленьких детей. Ко мне приходили такие же ребята, офицеры запаса. Мы о многом говорили, мечтали. Потом решились - сняли маленький офис и взяли в аренду магазин. Тогда мы грандиозных планов не строили, начинали, чтобы выживать.

- Когда идея заработка только для себя перестала вас устраивать?

- Когда увидел, сколько вокруг людей, которые так же страдают от безденежья и несправедливости. Среди ветеранов были военачальники, с которыми мы дружили, общались. И я видел, что после увольнения им даже не на что купить лекарства, хорошие продукты. Бывало, мы скидывались, чтобы им помочь. Сама идеология Ассоциации выросла именно из той жизни: молодые, здоровые офицеры хотели выжить, научились зарабатывать, а потом стали помогать тем, кто нуждается в их помощи.

Помощь получают тысячи ветеранов

- Что представляет из себя Ассоциация сегодня?

- Это несколько десятков организаций: экономических, благотворительных, общественных. Примерно половина наших структур зарабатывает. Другая половина — распределяет помощь. Мы стараемся свои деньги не распылять, но помогаем тем, кто к нам обращается.

- Какие у вас для этого возможности?

- У нас есть бизнес-проекты, мы много строим. Через систему наших бизнес-центров в год мы обслуживаем 20 миллионов человек. Естественно, у нас неплохая прибыль. Ее часть мы и тратим на разного вида соцподдержку. За время своего существования мы заплатили в бюджет налогов больше 2,5 миллиардов рублей и почти 1,5 миллиарда рублей раздали в виде помощи. Сейчас, конечно, наши возможности несколько снизились в связи с кризисом.

- От чего вы никогда не откажетесь, несмотря ни на что?

- Никогда не откажемся от поддержки ветеранов, детей погибших офицеров, от помощи старикам, обездоленным. Ну, и нашим сотрудникам, конечно. Может, откажемся от широких массовых мероприятий. Мы их всегда организовывали мощно, зрелищно. Взять хотя бы «Лермонтовские балы». Сейчас будем проводить их скромно. Как и наш юбилей. Здесь все как у всех: если приходится считать каждую тысячу, всегда думаешь, куда ее лучше потратить — на шумный праздник или на хорошее дело.

- Кто получает помощь?

- Адресную постоянную помощь получают сотни ветеранов. Разовую — тысячи. Если нужно подлечить кого-то - работаем с военными госпиталями, помогаем с санаториями. Помогаем и самим госпиталям. Ассоциация приводила в порядок территорию и здания Центрального военного клинического госпиталя имени Вишневского, участвовала в оборудовании медицинских корпусов. Поддерживаем и врачей. В частности, мы учредили премию общественного признания «За выдающийся вклад в военную медицину».

Кроме того, более тысячи детей погибших офицеров ежемесячно получают стипендию до совершеннолетия или до окончания учебы. И в дальнейшем мы помогаем им — в трудоустройстве, в решении социально-бытовых, жилищных и прочих вопросов.

- Как люди, которым вы нужны, находят вас и как вы находите их?

- У нас развита сеть в регионах — более 300 представителей и представительств. Нашу Ассоциацию хорошо знают, нам пишут письма. Например, в прошлом году мы получили около полутора тысяч обращений. Это все вопросы, которые должны решаться чиновниками на местах - жилье для военнослужащих, их пенсии, лечение, помощь в обучении детей. Нам удалось помочь многим из них. Ситуацию с предоставлением военнослужащим жилья мы вообще отслеживаем постоянно. Если возникают проблемы — тут же сигнализируем в Минобороны. Используем возможности Общественного совета при военном ведомстве. Там внимательно рассматривают каждое обращение, оперативно реагируют. И сегодня можно сказать, острота этой проблемы снята, все вопросы решаются в рабочем порядке.

Недавно я был в Коломне, где открывали памятник Коломенским курсантам. На открытие пригласили семьи погибших в Сирии офицеров, вручали медали при всем городе. Одной девочке вручили награду отца, и она разрыдалась. У меня сердце сжалось — ребенок лет десяти остался сиротой, как дальше сложится ее жизнь? Я попросил узнать об этой девочке, чтобы мы могли окружить ее вниманием и заботой. Оказалось, у нее есть сестра. Теперь мы помогаем им обеим.

Молодым нужно все объяснять

- Движение «Юнармия», которое вы активно поддерживаете, многим видится излишне военизированным. Почему именно такой вид патриотического воспитания вам кажется верным?

- Идея «Юнармии» в том, что сотни тысяч ребят вместо бесцельных «тусовок» и сидения в Интернете, где их «обрабатывают», настраивают против Родины и вовлекают в деструктивные сообщества, занимаются спортом, знакомятся с нашей историей, учатся быть гражданами своей страны и ее защитниками. У Юнармии очень важная задача - она готовит подрастающее поколение «на подступах» к армии, где молодые люди будут иметь доступ к оружию.

Это работа, которую мы проводим совместно с Общественным советом при Минобороны, ДОСААФом, военкоматами и местными органами власти. Необходимо, чтобы молодежь знала правду о нашей армии, ее историю. С этой целью мы проводим много интересных и нужных мероприятий для школьников, где они, в том числе, встречаются с руководством Минобороны, ветеранами, задают вопросы. Такие мероприятия уже проходили в музее Вооруженных сил, в парке «Патриот», на кораблях наших флотов - Тихоокеанского, Балтийского, Черноморского и Северного. И даже в Беслане.

- «Юнармию» можно отчасти сравнить с пионерией, и многие с теплом вспоминают пионерское детство. Чем можно комсомол заменить, не думали?

- Я считаю, что необходима еще молодежная организация внутри самой армии. Я, взрослый человек, сам не всегда могу понять, когда смотрю некоторые сюжеты - где там правда, а где подтасовка фактов. А что говорить о молодых ребятах? Им все надо объяснять, растолковывать. Сейчас в Минобороны создано Главное военно-политическое управление, которое будет заниматься идеологией. Военнослужащим, в частности, будут давать понимание обстановки при помощи различных видеоклипов, фильмов. Но с чем столкнется новое управление? В советские времена у Главпура были надежные опоры — партия и комсомол. В каждом взводе, роте, полку был актив, с которым можно было взаимодействовать и от которого мы получали обратную связь. Сейчас этого нет. Я считаю, что это могли бы быть молодежные клубы. Целая система клубов, которые будут также в каждом взводе, роте. Только это должна быть не политизированная организация.

- Какие еще молодежные объединения вы поддерживаете?

- В станице Марьинская, под Пятигорском, есть воскресная школа, которую поддерживает наша Ассоциация. Там по выходным учатся 50 ребят, которым мы постоянно помогаем. Мы вообще видим свой смысл в том, чтобы каждый день кому-то помочь. Видимо, поэтому, с нами считаются несколько иначе - не как с бизнесменами, которые только свои карманы набивают.

Как построить храм, не подмочив репутацию

- Фонду «Воскресение», возглавляемому вами, доверили собрать средства на строительство главного храма Вооруженных сил в парке «Патриот». Времени мало — через полтора года храм должен принять первых прихожан. Как будете справляться с этой задачей?

- Наша главная задача - построить храм и ни в коем случае не подмочить репутацию Вооруженных сил, чтобы деньги пошли строго по назначению. Фонд «Воскресение» существует уже два месяца, им собрано уже больше миллиарда рублей. На посторонние цели, не связанные со строительством храма, в том числе на зарплаты, премии, не будет потрачено ни рубля. Мы все работаем на добровольной основе.

У кого-то могут быть сомнения - как в такие короткие сроки такой большой объем работ можно выполнить. Но Сергей Кужегетович Шойгу любые свои идеи подкрепляет делом и все просчитал заранее: механизмы финансирования, этапы строительства. У министра очень сильная команда - энергичные заместители и серьезные специалисты в военно-строительном комплексе. А мы будем всеми силами помогать министерству обороны. К этой работе привлечены многие специалисты Ассоциации, умеющие решать экономические и социальные вопросы — финансисты, юристы, строители, аналитики, информационщики, сотрудники благотворительных фондов, специалисты охраны.

- Сколько человек уже внесли деньги?

- Пожертвования внесли более двадцати тысяч человек. Люди разные - военнослужащие, ветераны, артисты, композиторы, деятели искусства, участники войны. Есть целые семьи, где каждый внес пожертвование — дед, бабушка, отец, мать, дети, внуки. Представители церкви, духовенства одними из первых внесли пожертвования. Вносят целые организации - клуб «Фронтовик», движение «Бессмертный полк», ветераны, Юнармия. Суммы тоже разные, но это не важно. Люди делают это от души, а душа тянется к такому делу, вот что важно. И то, что у нас на Руси есть хорошая традиция — строить храмы всем миром.

- Чем еще, кроме денег, можно помочь строительству?

- Каждый может помочь тем, что ему под силу. Нам недавно прислал свой рисунок мальчик, чей отец-офицер погиб в Сирии. Он представил себе, как будет выглядеть храм и нарисовал его. Для него это очень важно. Сейчас рисунок лежит у меня на столе, мы обязательно передадим его в храм. Нам поступает много звонков и писем от людей, которые хотят поработать на строительстве. Я думаю, что с волонтерами мы тоже сможем заключать договоры, их труд будет передан храму в виде пожертвований.

- Куда нужно обращаться?

- У нас работает «горячая линия» по телефону 8(800)600-19-45. Также всю информацию можно найти на сайте фонда.

«Для сохранения мира нужно использовать любые возможности, лучше не силовые»

- Какую еще важную, на ваш взгляд, поддержку вы оказываете Вооруженным силам?

- Мы имеем огромный опыт совместной работы с командованием Ракетных войск и артиллерии по организации воинских состязаний. 15 лет назад на Лужском полигоне под Санкт-Петербургом мы впервые провели состязания на именные призы видных военачальников. Лучшим артиллеристом тогда стал командир батареи из Дальневосточного округа капитан Рыков. Прямо на полигоне ему вручили «Жигули». Тогда, в отличие от сегодняшнего времени, офицеры получали мало, поэтому у нас и появилась идея стимулировать их боевую подготовку. Мы дарили победителям автомобили восемь раз. Но сейчас военные неплохо получают, главное — дать молодому офицеру почувствовать себя лучшим. Хотя, мы по-прежнему закупаем призы для победителей - скутеры, компьютеры, телевизоры. В этом году воинские состязания проводились во всех видах и родах войск. Танкисты, моряки, связисты, летчики, артиллеристы соревновались в 70 дисциплинах.

- Почему это важно?

- Соревновательность у молодых мужчин в крови. Чтобы им не приходилось делать это на войне, мы устраиваем им состязания в военной подготовке. Это их стимулирует развиваться, совершенствоваться, что, в свою очередь, позитивно сказывается на обороноспособности нашего государства.

- Вы часто выступаете с предложениями, касающимися интересов государства. Считаете себя государственником?

- Конечно. И Ассоциация наша, скажу без ложной скромности, авторитетная. Главное право, которое, я считаю, мы получили — это право на собственное мнение.

- Вы высказываете его, когда вам что-то не нравится?

- А разве я должен поступать иначе? Мы бережем государство, в любом случае будем защищать его, оно должно быть крепким. Но в то же время мы критикуем его.

- Тогда вопрос: почему в России тяжело быть предпринимателем?

- Я много езжу по свету, был несколько раз в США. И все время спрашиваю: почему там развивается бизнес, почему наши люди, попав туда, становятся на ноги? Да потому, что законы, которые принимаются там, способствуют развитию предпринимательства, стимулируют людей. У нас же - все наоборот. Только бизнес начинает подниматься, обязательно какой-нибудь закон примут, с инициативой выступят, рубль обвалится. Мне кажется порой, что у нас правит то ли глупость, то ли дилетантизм.

- Можно вопрос из военно-политической области: зачем наши военные постоянно демонстрируют миру свои мускулы? Не спровоцирует это непоправимое?

- Мы демонстрируем их потому, что они у нас в кои-то времена появились. И я думаю, нет, не спровоцирует.

- Какие задачи решает возглавляемый вами Международный консультативный комитет организации офицеров запаса и резервов?

- Комитет был создан в 2011 году. В него входят клубы военных профессионалов из 27 стран мира, в том числе, из стран блока НАТО, бывшего Варшавского Договора, Ближнего Востока и Прибалтики. Члены Комитета - бывшие военные, имеющие в своих государствах высокий авторитет. Мы обсуждаем и предлагаем решения важнейших для всего мира вопросов - противодействия терроризму, межнациональному и межконфессиональному экстремизму. Через своих участников Комитет четко и аргументированно доводит свою позицию до властей и общества разных стран мира: сегодня, чтобы сохранить мир, нужно использовать любые возможности - политические, экономические, дипломатические, только не силовые. Могу сказать, что нам доверяют и нас слышат.