Как бороться с международным бесправием России

Приоритет внутреннего права является вынужденной мерой

28.01.2020 в 17:54, просмотров: 8964

В Послании Федеральному Собранию 15 января Президент Российской Федерации Владимир Владимирович Путин, помимо прочих инициатив, предложил весьма существенные изменения в Конституцию России, причем такие, которые многие эксперты поспешили назвать «революционными». Возможно, это и преувеличение, но для нашей жизни, в которой основные правила игры, как любят выражаться политологи, были установлены еще в 90-х годах прошлого века и с тех пор существенно не менялись, эти предложения действительно носят беспрецедентный характер. Поправки затрагивают широкий круг вопросов и наиболее важным, на мой взгляд, является перераспределение полномочий от исполнительной власти к представительной. Как это будет принято, как реализовано и как отразится на практике, я предсказать не берусь, но это явный шаг по крайней мере к формальному расширению демократии, потому что с самого начала 90-х годов полномочия представительных органов только сокращались и сократились до того, что возникла угроза превращения этих органов в чисто декоративные.

Как бороться с международным бесправием России

Второе, на мой взгляд, по важности и первое по количеству споров — исключение из Конституции положений о приоритете международного права над внутрироссийским. Президент в послании предложил закрепить приоритет Конституции перед международными договорами, чтобы «прямо гарантировать приоритет Конституции России в нашем правовом пространстве». «Это означает буквально следующее: требования международного законодательства и договоров, а также решения международных органов могут действовать на территории России только в той части, в которой они не влекут за собой ограничения прав и свобод человека и гражданина, не противоречат нашей Конституции», — сказал Владимир Путин.

На первый взгляд, сделать это весьма сложно, потому что приоритет международного права закреплен в статье 15 Конституции, в которой сказано, что «Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотрены законом, то применяются правила международного договора». Мнения экспертов по поводу этих положений прямо противоположны. Одни говорят, что эти положения исключительно важны для интеграции России в мировое сообщество (как будто мы там не были!) и их отмена будет означать отказ России от своих международных обязательств, а другие говорят, что в таком виде эти нормы встречаются очень редко, в основном у государств, проигравших войну и чуть ли не подчеркивают колониальный статус нашей страны. При этом часто ссылаются на Конституции США и Китая, где прямо закреплен приоритет внутреннего права над международным.

Еще одно опасение, честно говоря, обоснованное не столько с юридической, сколько с политической точки зрения, что придание приоритета внутреннего права может на практике обернуться отказом от исполнения решений Европейского суда по правам человека, поскольку далеко не всем нравится, что граждане могут с помощью него скорректировать внутренние приговоры и судебные решения. Этого произойти не должно, тем более что положения статьи 15 Конституции РФ и работа Европейского суда вообще никак не связаны между собой. Почти ни в одной стране Европы нет конституционной нормы о приоритете международного права над внутренним, но это не мешает всем европейским странам признавать юрисдикцию ЕСПЧ и исполнять его решения. С другой стороны, самый болезненный вопрос для любой, не только российской судебной системы — невыплата компенсаций, что для бюджета в целом составляет ничтожно малые величины, и вообще как слону дробина. Проблема в отмене приговоров или решений по гражданским или административным делам по результатам решений ЕСПЧ, и такой механизм в российском законодательстве есть. Однако применяется он все реже, и все меньше решений ЕСПЧ влекут за собой отмену решений внутринациональных судов. Так что приоритет международного права или его отсутствие с выполнениями решений ЕСПЧ никак не связаны. Их при желании можно не исполнять и так — и, следовательно, наоборот, корректировка Конституции в сторону приоритета внутреннего права при наличии политической воли абсолютно никак не отразится на выполнении решений ЕСПЧ.

Проблема еще и в том, что избавиться от приоритета международного права не так легко, он вделан, если можно так выразиться, в нынешнюю Конституцию намертво. Положения 1, 2 (к которой относится статья 15) и 9 Глав Конституции в принципе не могут быть изменены Федеральным Собранием. Они, если буквально читать статью 136 Конституции РФ вообще никак не могут быть изменены. Нужно собирать Конституционное собрание, которое либо подтверждает действующую Конституцию, либо разрабатывает новую. А это тоже непросто, так как за 26 лет Федеральный конституционный закон о Конституционном собрании, которое одно полномочно пересматривать главы 1, 2 и 9 Конституции РФ и принимать новую Конституцию, так и не принят, то есть, государственное строительство в России в этой части не завершено. Но я уверен, что при желании юристы найдут решение. Как у братьев Стругацких в «Сказке о тройке» — «Нет ничего более гибкого, чем юридические рамки. Их можно указать, но нельзя перейти».

И я думаю, Владимир Путин не случайно в Послании сказал именно так, как он сказал (см. цитату выше), поскольку он практически дословно воспроизвел положения статьи 79 Конституции, где, в частности, говорится, что «Российская Федерация может участвовать в межгосударственных объединениях и передавать им часть своих полномочий в соответствии с международными договорами, если это не влечет ограничения прав и свобод человека и гражданина и не противоречит основам конституционного строя Российской Федерации». И в эту статью могут быть внесены изменения без всякого Конституционного собрания.

Поэтому, уж не знаю, успокою ли я или напугаю сторонников нашей интеграции с европейскими странами, но право, увы, является институтом, производным от политики, а не наоборот. И здесь придется сказать несколько печальных слов о том, приоритет чего именно закреплен сейчас в нашей Конституции над национальным правом. Фактически до недавнего времени современная система международного права и система соответствующих организаций была учреждена странами-победительницами во Второй Мировой войне, где наша страна играла первую скрипку. Международное право было гарантировано двумя супердержавами — СССР и США, имевшими полный баланс сил и так или иначе контролировавшими практически весь мир, что на руководство этих стран накладывало ответственность и придавало их действиям высочайший профессионализм.

После разрушения СССР у наших американских партнеров возникло ощущение, что только они теперь и право, и суд, а само международное право просто является правом сильного и призвано обслуживать их интересы. Я уверен, что вопрос о перекройке нашей Конституции в части приоритета международного права над внутренним возник не от хорошей жизни. Как юрист, я не могу понять — кто дал полномочия давить нашу страну или иные страны санкциями, осуществлять против независимых государств без какого-либо мандата ООН силовые операции, казнить руководителей, как Каддафи или Хусейна, менять неугодные «режимы», как называют наши американские партнеры все правительства, не следующие у них в кильватере. По какому международному праву США отказывают в визах дипломатам, следующим, например, в ООН? По какому праву нам указывают, причем в жесткой, санкционной форме, где и как строить газопроводы, а наших партнеров просто силой заставляют отказаться от сотрудничества с нами? И, наконец, по какому международному праву можно убивать генерала, представителя суверенной страны, который никаким компетентным органом не признан виновным ни в чем предосудительном? И при этом ставить весь наш хрупкий, маленький, взаимосвязанный мир на грань войны?! Сейчас уместно говорить не о международном праве, а о международном бесправии.

Очевидно, что одни США, а уж тем более в их нынешнем безответственном и авантюрном состоянии, гарантом международного права быть не могут. А Китай и Россия совместными усилиями только претендуют на роль второго полюса силы, который позволит вернуть международное право к тому уважаемому состоянию, в котором оно было при совместном его поддержании СССР и США.

Вот тогда и поговорим. А пока приоритет внутреннего права над международным бесправием является просто вынужденной и необходимой мерой для обеспечения стабильности и суверенитета.