Синдром Зеленского в Освенциме: президент Украины сдался радикалам

«Дрейфует вниз по течению»

29.01.2020 в 17:22, просмотров: 15550

Поведавшее об «освобождении Освенцима американскими войсками» посольство США в Копенгагене нашло в себе моральные силы извиниться. А вот ожидать аналогичного жеста от Владимира Зеленского, произнесшего в Освенциме речь, наполненную выдумками  и грубыми искажениями, к сожалению, не приходится. Поведение президента Украины в бывшем нацистском концлагере — это, конечно, в первую очередь его личный провал как мастера пиара и ответственного политического деятеля. 

Синдром Зеленского в Освенциме: президент Украины сдался радикалам
Фото: president.gov.ua

От Зеленского никто не требовал быть большим поляком, чем сами поляки. Он пошел на это сам — в силу не до конца понятных причин. Впрочем, считать эти причины совсем непонятными тоже не приходится. «Синдрому Зеленского в Освенциме» были в разной степени подвержены все президенты независимой Украины, начиная с автора «исторического открытия» о никогда не имевшей места в действительности встречи Сталина и Гитлера Леонида Кравчука. В чем же тогда глубинные корни этого синдрома? В простом, но очень болезненном для нас в России факте.

Владимир Путин очень любит повторять тезис о том, что «русские и украинцы — это один народ». Русские и украинцы точно были одним единым народом и в каком-то смысле им по-прежнему являются. Но вот насколько это «по-прежнему» задержится — вопрос очень спорный. «Коллективный разум» украинской политической элиты еще в момент распада СССР принял консолидированное решение: русские и украинцы должны перестать быть единым народом.

Презентуя в 2003 году в Москве свою книгу с говорящим названием «Украина — не Россия» тогдашний президент незалежней Леонид Кучма сказал об этом открытым текстом: «Русский человек давно создан своей историей, и нет опасности, что он перестанет быть русским. У нас же на повестке дня стоит задача, о которой в этой книге я сказал, перефразируя выражение известного итальянца: создать украинца».

Понимаете логику? Чтобы «создать украинца», надо разрушить связь между русским и украинцем, сделать их иностранцами и чужаками в глазах друг друга. А что является одним из самых мощных «канатов», которые объединяют любого нормального русского и любого нормального украинца? Правильно, Великая Отечественная война, память о нашей совместной борьбе со вселенским злом и о нашем совместном героическом триумфе над этим злом.

Не буду огульно обвинять все украинскую политическую элиту в стремлении переврать и переписать историю. Там были и относительно умеренные элементы, понимавшие, что пытаться «создать украинца» только за счет отрицания России — самый верный способ разрушить Украину. Не знаю, например, насколько искренним был Леонид Кучма во время своего уже упомянутого выступления в Москве. Но он сказал тогда и следующие слова: «В Киеве Россия всегда будет иметь своего человека, но своего в другом смысле. Этот человек, как я надеюсь, будет понимать, что подлинная независимость Украины — в интересах России, что украинство Украины — это очень хорошо для России. В этом смысле, повторяю, любой украинский президент будет человеком России в Киеве, потому что другого человека Украина не поймет и не примет».

К сожалению, этот прогноз хитроумного Леонида Даниловича не оправдался. Украина не просто «поняла и приняла другого человека». Украина де-факто отказалась от «подлинной независимости», сделав вместо этого выбор в пользу своего добровольного превращения в политического вассала Америки. Кто больше всего ответственен за это добровольное превращение — вопрос, который требует отдельного осмысления. С моей точки зрения, степень вины за произошедшее «пророссийского» (в кавычках потому, что эта пророссийскость была очень условной и во многом напускной) Виктора Януковича, как минимум, ничуть не меньше степени вины лидеров майдана 2014 года. Но разговор о том, кто виноват, уводит на сейчас в сторону. Говорить надо о том, что реально сделано. А сделано следующее: комплекс событий 2014 года разрушил баланс в украинской политике. Умеренные проиграли, радикалы выиграли — выиграли, захватив в своей руки в том числе контроль над украинской государственной идеологией.

Приход Зеленского к власти не изменил этой общей ситуации: пытаясь что-то исправить на отдельных политических участках, президент Украины дрейфует вниз по течению. Произнеся свою смехотворную и безграмотную с исторической точки зрения речь в Освенциме, Зеленский не заблокировал возможность снижения степени политической напряженности между Москвой и Киевом. В Кремле сидят прагматики, способные умственно разделить споры о нашей общей истории и решение острых современных политических проблем. Но я никак не могу избавиться от ощущения: Зеленский бездарно растрачивает свой большой шанс, свой политический потенциал, свой мандат доверия избирателей. Кто, например, мешал Зеленскому произнести в Освенциме сбалансированную и правдивую речь? Хотел было написать «никто», но понял, что это было бы не совсем корректно. Принятый при Порошенко закон о декоммунизации наложил запрет на само употребление термина «Великая Отечественная война». Но кто заставлял Зеленского обвинять СССР в начале Второй мировой войны? Кто заставлял его приписывать исключительно украинцам честь освобождения Освенцима на том основании, что концлагерь освобождали Львовская и Житомирская стрелковые дивизии? Если комик, ставший президентом, до сих пор не в курсе, то сообщаю ему: обе эти дивизии были сформированы в РСФСР, но получили свои названия по итогам боев за освобождение этих украинских городов.

Правда о Великой Отечественной войне — одна из несущих конструкций не только российской, но и украинской государственности ( к государственности других бывших советских республик это, естественно, тоже относится). Пытаясь заменить эту правду сиюминутно удобной ложью, Зеленский деформирует в первую очередь украинское идеологическое пространство, наносит ущерб своей собственной стране.

Уверен, что молодой президент Украины делает это неосознанно. Согнувшись под тяжестью груза управления государством, Владимир Зеленский не всегда способен понять, что является главным, а что второстепенным, где можно пойти на компромисс, а где необходимо несмотря ни на что проявить принципиальность. Однако в политике мотивы поступков гораздо менее важны, чем их следствия. В данном случае следствия могут быть только крайне негативными.

Читайте материал «Историк пояснил Кравчуку, почему Сталин не захотел встречаться с Гитлером»


|