Согласно официальному отчету, подготовленному генеральным прокурором Устиновым, причиной катастрофы стала утечка пероксида водорода в торпеде 65-76А («Кит»), расположенной в четвертом торпедном отсеке. Произошел взрыв снаряда, пожар, после чего сдетонировал остальной боезапас. Были разрушены нескольких отсеков подводной лодки. Оказалась поврежденной и спасательная камера, рассчитанная на весь экипаж. «Курск» лег на грунт на глубине 108 метров. Все 118 членов экипажа погибли.
«Шансов, похоже, нет»
Софию Дудко родственники погибших подводников называют «наша боевая Мама». 12 августа 2000-го она потеряла на «Курске» сына, старшего помощника командира, капитана 2-го ранга Сергея Дудко. И все эти годы продолжает делать все, чтобы память о 118 подводниках была жива.
Побывав в семьях погибших моряков, она собрала воспоминания родных о подводниках с «Курска» и на собственные деньги выпустила книгу об экипаже подлодки.
Ее квартира в Санкт-Петербурге давно стала своеобразным штабом, куда со своими бедами приходят матери, вдовы, сестры, братья, дети, потерявшие на «Курске» своих близких.
На страницах в соцсетях она напоминает о каждом Дне рождения «мальчиков» и рассказывает о подводниках: «Сегодня, 19 октября, свое 55-летие мог бы праздновать капитан 3-го ранга Мурат Байгарин. Он пришел служить на «Курск» в 1994 году, принимал корабль с завода. 12 августа 2000-го вышел на подлодке, чтобы подстраховать молодого командира боевой части».
«2 августа свой 38-й День рождения мог бы отмечать матрос- турбинист 7 отсека Илья Налетов. Он был призван на срочную службу из Вологодской области». Классный руководитель вспоминала, что на выпускном вечере ребята решили написать, кто кем видит себя через пять лет, вложили листы в конверты и запечатали. В дальнейшем выяснилось, что конверт Ильи Налетова пустой...
Весной 2000-го, приезжая в отпуск, он успел увидеть своего новорожденного сына Женю. Как молодой отец, мог быть освобожден от службы в армии, но решил вернуться на флот. Жене сказал: «Не успеешь соскучиться, как вернусь».
Вернулся Илья в родную деревню 20 октября 2001-го уже в гробу. «Груз 200» доставили в Ивачино из Мурманска в тот день, когда Илья должен был вернуться со службы. Сейчас его сын Женя старше своего отца, который так и остался 19-летним.
Мичман-фельдшер 4 отсека Виталий Романюк и мичман 5 отсека Владимир Шаблатов погибли в свой День рождения, 12 августа 2000-го…
- Я напоминаю о днях рождения ребят, потому что родителей погибших подводников становится все меньше, - говорит София Петровна. – Недавно не стало мамы капитан-лейтенанта Алексея Шевчука, Натальи Николаевны. Они до недавнего времени жили в Видяево. И вот, наконец, решили вернуться в Воронеж, где в свое время получили квартиру и где на Коминтерновском кладбище был похоронен их сын Леша. Наталья Николаевна сильно болела, все время думала переехать поближе к сыну. И по приезду в Воронеж, через неделю умерла.
Тело Алексея Шевчука было обнаружено во втором, максимально поврежденном отсеке «Курска». 10 августа одним из буксиров, которые помогали атомному подводному крейсеру выйти из Видяево, командовал его отец.
- Нет в живых уже и Ольги Колесниковой, вдовы капитан- лейтенанта Дмитрия Колесникова, который посвятил своей жене записку, обнаруженную в ходе спасательных работ. Она умерла совсем недавно, в 49 лет (Ольга Колесникова скончалась в январе 2020 года - "МК"). Остались две девочки. Одну из дочерей она назвала Димитрией, в память о погибшем муже. Ей сейчас около 15 лет.
В 2000-ом вся страна плакала, когда телевизионщики раз за разом прокручивали любительскую видеосъемку, на которой Ольга и Дмитрий, молодые и счастливые, кружатся в свадебном вальсе. Они поженились за три с половиной месяца до трагедии.
В холоде и мраке 9-го отсека командир турбинной группы Дмитрий Колесников писал: «Олечка, я тебя люблю, не переживай сильно. Г.В. привет. Моим привет». И далее: «Здесь темно писать, но на ощупь попробую. Шансов, похоже, нет: процентов 10–20. Будем надеяться, что хоть кто-нибудь прочитает. Здесь список личного состава отсеков, которые находятся в 9-м и будут пытаться выйти. Всем привет! Отчаиваться не надо».
Записку нашли в октябре 2000-го в ходе водолазных работ в левом нагрудном кармане Дмитрия Колесникова. Эксперты установили, что лицо и тело капитан-лейтенанта обгорели. А свернутые вчетверо два листа бумаги А4, вырванные из книги учета, сохранились, пролежав под водой три месяца. Умирая, правой рукой Дмитрий Колесников закрывал карман, где лежало это послание.
Ему было только 26 лет. Друзья называли его Золотым - и за цвет волос, и за дружелюбный характер. Ольга вспоминала, что, уходя в тот учебный поход, он оставил дома нательный крест и жетон, которые всегда были на нем. На могиле Дмитрия нет даты смерти, просто указано: 08.2000 год.
«Не все измеряется деньгами»
Родственники погибших теперь во всем видят мистические знаки. Вспоминают и поход «Курса» в 1995-ом к месту гибели «Комсомольца». И как перед выходом подлодки на учения в умывальнике казармы экипажа треснуло большое зеркало. Вот и пес Бриг не провожал их у пирса. Незадолго до выхода экипажа в море, он погиб. Защищая территориию, был растерзан стаей одичавших собак.
- Я разговаривала со многими родителями и вдовами ребят. Очень многие предчувствовали беду, - говорит София Петровна. - Наташа Ерахтина, вдова инженера седьмой боевой части атомохода Сергея Ерахтина, вспоминала, что муж уже вышел на лестничную площадку и вдруг вернулся, долго молча смотрел на нее, сказал, что хочет ее запомнить. Старший мичман Владимир Козадеров, одеваясь на службу, показал жене старый шрам на ноге и сказал, что по нему она может его опознать…
М