Целью операции, как позже заявил президент США Дональд Трамп, стал глава венесуэльского государства Николас Мадуро. В своем обращении в социальной сети Truth Social американский лидер сообщил: «Соединенные Штаты Америки успешно провели масштабную ударную операцию против Венесуэлы и ее лидера, президента Николаса Мадуро, который вместе со своей женой был схвачен и воздушным путем вывезен из страны». По данным телеканала CBS, для проведения захвата было задействовано элитное спецподразделение армии США Delta Force.
Перед этим, 29 декабря, Трамп уже заявлял о первом ударе по венесуэльской территории, направленном, по его словам, против инфраструктуры наркоторговцев.
«Мы ударили по всем судам, а теперь наносим удар по району, где они проворачивали все это. Его больше нет», — пояснил тогда президент США.
Венесуэльские власти осудили произошедшее как акт агрессии. Президент Николас Мадуро, выступая по государственному телевидению за несколько часов до начала атаки в заранее записанном интервью, обвинил Вашингтон в стремлении захватить ресурсы страны.
«Чего они добиваются? Очевидно, что они стремятся навязать себя с помощью угроз, запугивания и силы», — сказал Мадуро. Он также выразил готовность к диалогу: «Правительство США знает… что, если они хотят серьезно обсудить соглашение о борьбе с наркотрафиком, мы готовы».
После начала ударов министр обороны Венесуэлы Владимир Падрино Лопес заявил: «Это вторжение является самым вопиющим актом насилия, от которого пострадала страна».
Им был подтвержден факт ударов по гражданским районам и начат сбор информации о возможных жертвах. Мадуро, находясь еще в стране, подписал указ о введении чрезвычайного положения. Министерство иностранных дел Венесуэлы выступило с заявлением: «Целью этого нападения является не что иное, как захват стратегических ресурсов Венесуэлы, в частности ее нефти и полезных ископаемых… У них ничего не получится».
В ведомстве призвали народ и армию к мобилизации для отпора «империалистической атаке».
Международная реакция последовала незамедлительно. Министерство иностранных дел России осудило действия США, назвав их «актом вооруженной агрессии».
«Венесуэле должно быть гарантировано право самой определять свою судьбу без какого-либо деструктивного, тем более военного, вмешательства извне», — подчеркнули в российском внешнеполитическом ведомстве.
Иран также заявил о «вопиющем нарушении национального суверенитета» Венесуэлы. Президент Кубы Мигель Диас-Канель потребовал от международного сообщества «незамедлительной реакции», осудив «преступное нападение».
На данный момент судьба задержанного Николаса Мадуро и политическое будущее Венесуэлы остаются неясными. Дональд Трамп анонсировал пресс-конференцию, которая должна пройти 3 января в его резиденции Мар-а-Лаго. Ситуация в Каракасе остается напряженной: у президентского дворца Мирафлорес замечены усиленные наряды военных и бронетехника, часть жителей покидает город.
Как рассказал «МК» политолог-американист Иван Юдин, произошло то, что долгое время рассматривалось как гипотетический, но крайний сценарий.
- Соединенные Штаты перешли от политики санкций и военно-морской блокады к прямой военной операции на суверенной территории Венесуэлы с целью свержения её главы. Это качественно новый уровень вмешательства.
- Почему Трамп пошёл на это именно сейчас?
- Можно выделить несколько вероятных причин. Во-первых, символический фактор— демонстрация «решительных действий» и исполнения давней угрозы. Во-вторых, неудача прежней стратегии. Санкции и поддержка оппозиции не привели к падению Мадуро. В-третьих, нарратив о наркотрафике стал удобным оперативным предлогом, позволяющим представить операцию как полицейскую акцию, а не как акт войны. И, конечно, нефтяной фактор — доступ к крупнейшим запасам — остаётся стратегическим интересом на фоне глобальной нестабильности.
- Окажется ли теперь вся страна под контролем США?
- Здесь важно разделить два понятия: свержение правительства и контроль над страной. Первое, судя по заявлению Трампа, уже произошло. Но второе — крайне маловероятно в короткой перспективе. Мы видим, что министр обороны Падрино Лопес уже выступил с заявлением, призвал к сопротивлению. У Мадуро оставались влиятельные сторонники в армии и многочисленные вооружённые гражданские формирования. Страна может погрузиться в затяжную фазу партизанской войны и очагового сопротивления. Контролировать столицу — не значит контролировать все трущобы, горные районы и местные сообщества.
- Что будет с самим Мадуро? Его могут ликвидировать?
- Прямая физическая ликвидация — наименее вероятный сценарий. Гораздо ценнее для США — суд и публичное признание. Его будут выставлять «наркодиктатором», чтобы юридически легитимизировать вторжение. Скорее всего, его доставят на территорию, подконтрольную США, и предъявят обвинения. Он станет живым символом «победы» администрации Трампа и одновременно — мучеником для своих сторонников.
- Значит ли это, что начнётся полномасштабная война?
- Формально, она уже идёт. Но её характер, скорее всего, не будет похож на классические межгосударственные конфликты. Ожидать встречных ударов венесуэльской армии по Майами не стоит.
Речь пойдёт о внутренней нестабильности, диверсиях, сопротивлении на оккупированной территории. В региональном плане ключевой вопрос — реакция Колумбии и Бразилии. Если они предоставят логистическую поддержку США, конфликт может локализоваться в границах Венесуэлы. Если же они займут резко негативную позицию, риски региональной эскалации возрастут. Полномасштабная война с участием других государств маловероятна.
- Что будет дальше для простых венесуэльцев?
- К сожалению, ближайшее будущее для них выглядит мрачным. Их ждёт гуманитарная катастрофа на фоне силового вакуума. Боевые действия в городах, распад силовых структур, междоусобная борьба между различными группировками за наследство режима, возможный рост преступности. Даже если военная фаза будет короткой, страну ждут годы политической нестабильности и восстановления. Надежда лишь на то, что международное сообщество и соседние страны, сможет быстро развернуть миротворческие и гуманитарные миссии, чтобы предотвратить худший сценарий.
