Мальтийский крест на подоле
Начнем с нарядов. Не только капризы моды влияли на предпочтения русских императриц, но порой и сами эти женщины с высоты трона могли повлиять на зигзаги моды — по крайней мере российской.
Екатерина Великая (урожденная София Августа Фредерика Анхальт-Цербстская), воспитанная в духе немецкой бережливости, была скромна и экономна. Как свидетельствовали очевидцы, наряд императрицы, в котором она вплоть до полудня «работала на государственной службе», принимала доклады, состоял из «простого чепца, белого атласного или гродетурового капота». Государыня пыталась и среди подданных своих утвердить экономное отношение к нарядам, именно это стало поводом к появлению постановлений, рекомендовавших дамам соблюдать «простоту и умеренность в образе одежды».
К слову сказать, Ее Величество отметилась и как разработчик новых фасонов одежды. Для своего маленького внука Александра она «сочинила» очень удобный «кафтанец», рисунок которого поместила в письме барону Гримму 24 мая 1781 г.: «Шведский король и принц Прусский просили у меня и получили на обращик платье, в каком Александр ходил с шестимесячного возраста своей жизни. Тут нечего завязывать, и ребенок почти не замечает, что одевают его. Ему за один раз всовывают руки и ноги в эту одежду, и все готово. Тут выразилась моя гениальность, и оттого мне захотелось, чтоб вы о том знали».
Следующая «по старшинству» государыня, жена Павла I Мария Федоровна (до замужества — София Мария Доротея Августа Луиза Вюртембергская) обожала пышные светские церемонии и потому много внимания уделяла своим нарядам, часть которых она заказывала во Франции. Порой эти одеяния отличались уникальными деталями. Например, одно из сохранившихся бальных платьев декорировано аппликациями в виде мальтийского креста — как-никак муж-император был магистром Мальтийского ордена.
Супруга царя Николая I — Александра Федоровна (прусская принцесса Фридерика Шарлотта Вильгельмина), по воспоминаниям придворных дам, тратила громадные суммы на оплату заказов в модных магазинах. Императрица всегда выглядела безупречно, следила за новинками французских мод. Впрочем, с некоторых пор ей пришлось вносить определенные коррективы в новинки своего гардероба: 27 февраля 1834 г. император Николай I подписал «Описание дамских нарядов для приезда в торжественные дни к Высочайшему Двору», законодательно закрепившее покрой и рисунок так называемого русского платья.
Дорвалась!.. Так одним словом можно охарактеризовать дебют в высшем российском свете принцессы Максимилианы Вильгельмины Августы Софии Марии Гессенской, которая, став женой Александра II, превратилась в Марию Александровну. Переехавшая из немецкой «глухомани» в Петербург принцесса сразу попала в ослепительную роскошь императорского двора и не смогла устоять перед искушением «достойно показать себя». На первом же официальном приеме она была одета в «голубого цвета шлейф, весь вышитый серебром, и белый шелковый сарафан, перед которого тоже был вышит серебром, а вместо пуговиц нашиты были бриллианты с рубинами».
Впрочем, с годами супругу «царя-освободителя» стала отличать чрезвычайная экономность. Во многом это объяснялось тем, что государыня большие средства тратила на нужды благотворительности. Ею были основаны многочисленные приюты и богадельни, открыто первое в России отделение Красного Креста, на расширение деятельности которого во время Русско-турецкой войны 1877—1878 гг. она израсходовала очень крупные суммы. Отдавая все сбережения на пользу раненых, больных, солдатских вдов и сирот, Мария Александровна даже отказывалась в этот период шить себе новые платья.
Супруга следующего хозяина российского трона — Александра III Мария Федоровна (датская принцесса Мария-София-Фредерика-Дагмара) в молодости была весьма спортивной барышней: обожала плавать, скакать на лошади, даже умела, как настоящая акробатка, крутить колесо! Датчанка отличалась великолепной фигурой, которую смогла сберечь на долгие годы. Даже в зрелом возрасте, родив шестерых детей, она сохранила осиную талию — около 65 см в обхвате. Ее вкусом и умением носить костюм восхищался сам глава популярнейшей фирмы и законодатель парижских мод Чарльз Ворт. Однако, как выяснилось, появившиеся с годами «болячки» заставляли государыню дополнять «интимные детали костюма» некоторыми «особыми фрагментами». В коллекции Эрмитажа хранится корсет Марии Федоровны, внутри которого понизу пришит кусок шерстяного трикотажа, из чего можно сделать вывод, что императрица страдала от ревматических болей в пояснице.
Последняя российская императрица Александра Федоровна (Виктория Алиса Елена Луиза Беатрис Гессен-Дармштадтская) еще до переезда из родимой неметчины в Петербург уже напрягала своего жениха, будущего императора Николая II проблемами собственного парадного гардероба: «Прилагаю [к письму] три образца бархата, так как не могу никак решить, который из них выбрать… Теперь выбери ты, будет ли это бледно-серый мышиный цвет или желтый (или яблочный)… Длина спереди от шеи до талии — 37 см, от талии до пола — 111 см. Вот, г-н портной, Вам все ясно?»
Принцесса была воспитана в строгих правилах благодаря бабушке своей, английской королеве Виктории. Когда молодая женщина приехала в русскую столицу, оказалось, что манеры петербургского света с этими эстетическими и этическими критериями совпадали далеко не всегда. Во время одного из первых балов, на котором присутствовала Александра Федоровна, она увидела молодую даму, танцующую в наряде с необычайно низким декольте. Посланная к ней фрейлина передала: «