Правозащитник оценил действия полицейского, ударившего женщину в живот: «Должен ответить»

«Ради чести мундира должны найти этого сотрудника»

12.08.2019 в 21:50, просмотров: 9269

Более 130 тысяч подписей уже собрала петиция с предложением наносить крупными буквами личный номер на форме или шлеме каждого полицейского. Как считают ее авторы, тогда, в случае применения насилия к участникам массовых акций, силовики не смогут оставаться безнаказанными. Между тем, в столичном главке МВД заявили, что найдут полицейских, виновных в жестком задержании 10 августа москвички Дарьи Сосновской. Видео, на котором один из них бьет девушку в живот, было распространено в сети.

Правозащитник оценил действия полицейского, ударившего женщину в живот: «Должен ответить»
Фото: кадр из видео

За установление имени этого полицейского была объявлена награда и, якобы, он уже известен журналистам. Но в МВД заявляют, что названный полицейский к инциденту отношения не имеет. Есть ли перспектива того, что правоохранительные органы сами найдут и накажут своего сотрудника? Об этом «МК» поговорил с известным адвокатом и общественником Дмитрием Аграновским.

Адвокат Татьяна Молоканова, которая сейчас защищает Дарью Сосновскую, 12 августа сообщила на своей странице в Facebook, что вместе с подзащитной они подали заявление в Следственный комитет.

Как значится в заявлении, Сосновская в день митинга примерно в 20 часов 10 минут вышла из магазина на улице Забелина и увидела, как сотрудники полиции волокут человека, выворачивая ему руки. Сосновской показалось, что задержали инвалида, она и прокричала полицейским: «Отпустите инвалида!». Но те не отреагировали.

Сосновская, якобы, пошла себе дальше, но вскоре увидела, что полицейские «в шлемах, масках, касках, бронежилетах и с дубинками» бегут в ее сторону. Она остановилась, прижалась к стене дома. Но полицейские схватили ее, больно заломив руки за спину. У Сосновской упали очки. Она утверждает, что крикнула полицейским, чтобы они их подняли, но те потащили ее к автозаку. По дороге у одного из полицейских выпала из рук дубинка. Как предполагает Сосновская, полицейский из-за этого на нее разозлился и ударил ее кулаком в живот.

Позже, когда Сосновскую помещали в автозак, ей был нанесен еще один удар - по голове. После задержания у Сосновской, по ее словам, болел живот, голова, ее тошнило. Она обратилась в травматологию, и там у нее диагностировали ушибы мягких тканей головы и грудной клетки справа.

Адвокат Молоканова считает, что в действиях сотрудника полиции «могут усматриваться признаки превышения должностных полномочий с применением насилия, оружия или специальных средств».

Видео этого возмутительного инцидента сняли и разместили в Сети сразу несколько свидетелей. Найти и наказать бойца, применившего грубую силу к хрупкой женщине, потребовали многие известные личности. Среди них — Тина Канделаки, Яна Рудковская, Егор Крид и Сергей Лазарев.

Поскольку лицо полицейского, ударившего Сосновскую, скрывал шлем, его практически «объявили» во всенародный розыск. Член Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека, руководитель Международной правозащитной группы «Агора» Павел Чиков опубликовал в соцсетях объявление о том, что тот, кто раскроет личность этого полицейского, получит награду в 100 тысяч рублей. Позже сумма обещанной награды выросла до 150 тысяч рублей, которые пообещали добавить и авторы проекта «Сканер».

И вот в понедельник телеграмм-канал Baza сообщил, что имя разыскиваемого сотрудника удалось установить. По данным канала, Сергей Цыплаков служит в 5-м батальоне 2-го оперативного полка ГУ МВД по Москве. Как сообщалось в телеграмм-канале, у него есть аккаунт в соцсетях. Но когда с ним попытались связаться, все фотографии из аккаунта были удалены.

Информацию о личности этого сотрудника, якобы, «слили» журналистам его коллеги. При этом от вознаграждения вся цепочка вроде как отказалась в пользу Дарьи Сосновской — дескать, деньги ей нужнее.

Между тем, в ГУ МВД по Москве заявили, что сотрудник по фамилии Цыплаков никакого отношения к избиению Дарьи Сосновской не имеет. Там пообещали разобраться в произошедшем, найти виновного и наказать.

С вопросом, грозит ли, действительно, полицейскому наказание, и какое, «МК обратился к адвокату Дмитрию Аграновскому.

-Как минимум, дисциплинарное, - говорит адвокат. - Я уважаю презумпцию невиновности, но из кадров видео мне как юристу, как представителю общественности и как гражданину, не понятно, какая была необходимость применять такое насилие к этой женщине. Я считаю, что применение силы в данном случае было избыточным. Здесь необходимо тщательное расследование.

-Если выяснится, что полицейский виновен, ему может грозить уголовная ответственность?

-Да, может. Закон ведь един для всех. И, раз есть наказание для демонстрантов, которые вышли незаконно на мероприятие, оно должно быть и для полицейских, если они этого заслуживают.

-Журналисты, вроде бы, выяснили личность этого полицейского. Но в московской полиции причастность названного сотрудника отрицают. Думаете, там все-таки назовут виновного?

-Есть такое понятие, как честь мундира. Я считаю, что здесь, защищая честь мундира, необходимо найти этого сотрудника. И задать ему вопрос, почему он именно так обошелся с этой гражданкой. Это ведь не вытекало из ситуации. Не видно, чтобы женщина оказывала сопротивление такое, которое бы обуславливало применение к ней такого насилия.

Мы все исключительно уважаем сотрудников ОМОНа, полиции, когда они борются с террористами и задерживают опасных преступников. И сейчас найти полицейского и объяснить его поступок, или наказать за нарушение, необходимо самой полиции для того, чтобы на будущих несанкционированных акциях народ воспринимал полицейских более адекватно, а не как каких-то сатрапов и палачей.

-То есть, для полиции разобраться в произошедшем — дело чести?

-Конечно. В данном случае, говоря европейским языком, применение насилия и государственных мер принуждения, было непропорционально ситуации. И, поскольку привлекают к ответственности демонстрантов, это дело будет под пристальным вниманием прессы, в том числе, зарубежной, и Европейского суда. Вот и хотелось бы, чтобы оно стало образцом законности.

-Сейчас у вас какое общее впечатление от того, как расследуются дела последних протестных акций?

-Пока я вижу, что парня, у которого диабет, не заключили под стражу. Хотелось бы, чтобы и остальных не заключали. Меня, конечно, не послушают, я уверен. Но я все равно посоветовал бы это дело не обострять. Если есть возможность - не избирать такие жесткие меры пресечения. А если дело дойдет до приговоров, не назначать вот эти ужасные, нелепые сроки, как это было с «Болотным делом». Я, к слову, хочу напомнить, что по Болотной площади, мы выиграли практически все дела в Европейском суде по правам человека, с которыми туда обращались.

-Какие компенсации назначил суд осужденным по этому делу и за что?

-Все, кто обращался, получили компенсации в среднем по 12,5 тысяч евро. Судом, в том числе, было установлено, что в отношении демонстрантов были применены непропорциональные меры государственного воздействия.

-Как вы думаете, полицейские действуют так жестко, потому что получили такую установку от начальства?

-Сомнительно. Я не думаю, что им специально говорили: давайте, бейте. Да еще и под камеры. Скорее, дело в том, что у нас в государстве вообще есть такая установка во всем: жестче поступишь — проблем не будет. А если проявил какое-то снисхождение, то будут проблемы, придется объясняться — а не ангажировали ли тебя? А может, тебе взятку занесли?

И я думаю, что этот полицейский просто не особо задумывался о последствиях. Вы же знаете, что зачастую у нас привлечь полицейских к ответственности сложно. Если взять «Болотное дело» и одного из моих подзащитных, Дениса Усевича, то у него вся спина была исполосована следами от полицейских дубинок. Мы пытались инициировать расследование. Но оно закончилось ничем.

-Может, сотрудники чувствуют себя безнаказанными, поскольку они действуют анонимно? Предлагают крупными буквами набивать их личные номера на шлемах и форме. Как думаете, это будет способствовать законности?

-Во многих странах, которые мы до недавнего времени считали развитыми, у каждого сотрудника полиции есть какие-то документы, жетоны или другие материалы или знаки, которые позволяют его идентифицировать совершенно однозначно. А иногда на такие разгоны они надевают специальные камеры для того, чтобы можно было зафиксировать их действия. И я не понимаю, почему у нас нужно разгонять демонстрантов анонимно?

Это же не террористы. Избыточное применение насилия со стороны власти у нас - это вообще отдельная большая тема. Нам часто говорят: а на Западе вон как разгоняют. Но, во-первых, там ведь демонстранты - это настоящая армия. Посмотрите как они экипированы, как они организованно действуют. У нас ведь такого нет. Нет организованных демонстрантов в касках, масках, которые бросают шашки.

А во-вторых: да, там разгоняют жестко. Но после этого санкции к демонстрантам минимальные. Там «болотных» процессов не устраивают, которые длятся по два года и отравляют обстановку в обществе.

Да, государство — это институт, обладающий монополией на насилие. Но именно поэтому применение насилия со стороны государства должно быть безукоризненным. И тогда люди будут это одобрять и этому подчиняться. Поэтому, я считаю, что тщательное расследование сейчас необходимо для того, чтобы в будущем насилие государства было легитимным и оправданным.

Читайте на злобу дня: "Кулаком в живот женщине: почему в московской полиции служат садисты"