Секрет на 100 лет

В биографии столичной «молодежки» остается все меньше белых пятен

10.12.2019 в 20:35, просмотров: 5604

Газета, за плечами которой целый исторический век, — сама по себе уникальный архив: ведь все самые значимые события в стране и в мире отражаются прежде всего на ее страницах. А XX век, когда родился «МК», был буквально нашпигован поистине грандиозными событиями: смена революций и формаций, несколько войн и череда оттепелей и реакций, внутренних и международных кризисов и настоящих прорывов в будущее, смена тысячелетий, наконец!

Секрет на 100 лет

Но вот что удивительно — из-за текучки при выпуске ежедневной газеты, многочисленных переездов и хронической нехватки времени история «МК» находилась в разрозненном состоянии, целенаправленной работой по ее систематизации и сохранению долгое время никто не занимался. Но в преддверии 100-летнего юбилея вышла уникальная книга, посвященная вековому юбилею газеты. Вернее, книги три — «Газета» (история «МК»), «Газетчики» (история тех, кто в «МК» работал) и «Меринов» (история страны в рисунках нашего бессменного гениального художника). Исторической основой этого издания занимался журналист «МК» Александр ДОБРОВОЛЬСКИЙ, который предпринял титанические усилия, чтобы ни одна страница жизни «МК» не осталась за кадром, чтобы множество до того безвестных фамилий авторов, редакторов, работников газеты заняли в книге достойное место. Если бы не наш редакционный «архивариус», наверное, не было бы этих книг.

Из месяца в месяц Саша особенно упорно работал в нескольких архивах, в главных библиотечных собраниях Москвы. Наиболее ценные сведения удалось обнаружить в фондах Центрального государственного архива города Москвы и Российского государственного архива социально-политической истории. Страницы «МК» ожили, заговорили голосами людей, так или иначе причастных к созданию и работе нашего уникального — одного из старейших — издания в истории печатных СМИ в России.

Александр Добровольский рассказал о некоторых самых удивительных расследованиях.

— В сохранившемся в Ленинке экземпляре «Юного коммунара» №1 указано, что газетный выпуск подготовили под руководством товарища со странным именем А.Лея. Расскажи, что это был за загадочный первый редактор московской «молодежки».

— Долгое время об этом человеке ничего не удавалось узнать. Возникло даже подозрение, что это не настоящая фамилия, а псевдоним, и выпуск газеты для столичной молодежи с самого начала возглавлял известный комсомольский деятель того времени Леопольд Авербах (тем более что именно его несколько лет спустя в публикациях, посвященных истории редакции, называли «первым редактором» «молодежки»). Однако в Российском государственном архиве социально-политической истории обнаружились документы, подтверждающие, что товарищ Лея — это не псевдоним, а фамилия активиста первых лет существования комсомола, ответственного сотрудника ЦК РКСМ, который руководил там Национальным отделом. По совместительству Лея участвовал также в работе Московского комитета комсомола, а еще — с декабря 1919-го — возглавлял редакцию «ЮК». Однако период газетного редакторствования этого комсомольского функционера уточнить не удалось. Да и о самом т. Лея после 1920 года никаких упоминаний в документах нет.

— На протяжении 1920-х гг., люди, руководившие выпуском «молодежки», сменяли друг друга порой с калейдоскопической скоростью. В отдельные периоды за год в редакторском кресле успевали посидеть несколько человек. Некоторые из них проработали в газете едва больше месяца.

— Верно, одной из самых сложных задач оказалось составление списка руководителей молодежной газеты с указанием периода, когда они занимали такую должность. По результатам тех поисков, которые были проведены к прошлому 90-летнему юбилею «МК», удалось выявить 35 главных. Однако нынешние «раскопки в архивах» «подарили» еще несколько фамилий (практически все эти товарищи — из числа «блиц-редакторов», руководивших газетой очень короткое время). В итоге наш нынешний главный — Павел Николаевич Гусев — оказался отодвинут в хронологическом списке аж на 41-е место.

Не менее сложной задачей оказалось разобраться с биографиями бывших редакторов, руководивших газетой в 1920-е и даже в 1950-е гг. О некоторых из них вся собранная информация уместилась на двух-трех строчках. Порой даже полного имени мы не знаем — только инициалы.

Парадоксальная ситуация сложилась с одним таким «капитаном Немо». В архивных документах удалось раскопать лишь его фамилию — Рахлин. Зато в одном из старых номеров газеты обнаружилась фотография нашего героя и текст (подписанный, увы, псевдонимом Антон Лепов) его заметки о том, как он стал редактором. Лишь тщательное сопоставление дат и некоторых косвенных фактов позволило сделать вывод, что этот Лепов на самом деле Рахлин.

А при составлении биографии редактора И.Гаркуша пришлось проводить прямо-таки криминалистическое исследование фотографий. Дело в том, что в личных документах Гаркуша, хранящихся в РГАСПИ, нашлись учетные листки члена партии, заполненные им в 1930-е, из которых следует, что в те несколько месяцев 1926–1927 гг., когда «наш» И.Гаркуш возглавлял столичную молодежную газету, «тот» Иван Гаркуш работал в Совпартшколах на Дальнем Востоке! Закралось сомнение: может, по каким-то причинам товарищ не захотел (или ему «порекомендовали» сверху) упоминать о своей редакторской работе и чуть подкорректировал собственную биографию? В те непростые годы подобные случаи не являлись редкостью. На счастье, в личном деле из фондов РГАСПИ сохранилось фото «дальневосточного» Гаркуша, а в одном из номеров «Молодого ленинца» (так называлась наша газета в то время) попался на глаза фотопортрет Гаркуша «редакционного». Сопоставление персонажей, изображенных на этих снимках (в том числе — и по форме ушей!), позволило мне с довольно большой уверенностью сделать вывод, что речь идет об одном и том же человеке.

— Уже буквально «на флажке», когда все сроки, отведенные на подготовку исторических глав для книги о «Московском комсомольце», подходили к концу, удалось совершить поистине «эпохальное» открытие?

— До самого последнего времени было неясно, когда, при каких обстоятельствах и по какой причине газета «Юный коммунар» превратилась в «Юношескую правду». Известно только, что это произошло, вероятнее всего, в 1920 году.

В Ленинке сохранились лишь три номера «ЮК» и несколько ранних номеров «ЮП», но №1 среди них не было. К счастью, повезло «нарыть» самые ранние подшивки «Юнправды» в хранилище другой столичной библиотеки. И там уцелел заветный «номер первый». Так что теперь можно точно указывать во всех справочных данных: «Юношеская правда» начала выходить с 25 апреля 1920 года и являлась поначалу, говоря современным языком, областным изданием — «органом Московского губернского комитета РКСМ».

Какое-то время — два или три месяца — в столичном регионе выходили параллельно две молодежные газеты: городской «Юный коммунар» и губернская «Юношеская правда». Потом их решили заменить единым для всей молодежи Москвы и Московской губернии изданием, которому предпочли дать название «Юношеская правда».

Дальнейшая история переименований хорошо известна: сразу после смерти Ленина в январе 1924 года «Юнправду» «перекрестили» в «Молодого ленинца». Под таким именем газета выходила вплоть до своего закрытия весной 1928-го. А вот с появлением в 1929 году преемника, названного уже «Московским комсомольцем», оказалось интересно. В документах Московского горкома комсомола за тот период нашлись протоколы заседаний бюро и секретариата МК, из которых следует, что комсомольские вожаки поначалу хотели назвать возрождаемую газету «Товарищ». Потом почему-то передумали и буквально неделю спустя, 29 июля 1929 года, на очередном заседании бюро МК ВЛКСМ обсудили аж 5 вариантов названия для газеты. Самое броское из них — «На штурм!». Кроме него были еще «Комсомольский призыв», «Красное знамя», «Молодой большевик» и «Московский комсомолец». Последний вариант при голосовании на бюро получил наименьшее количество голосов, однако с подачи «старших товарищей» из горкома партии именно его в конце концов и утвердили.

— Несмотря на все старания, так ведь и не удалось отыскать в архивах сведений, которые пролили бы свет на ситуацию с закрытием молодежной газеты 18 января 1930 года и 22 августа 1941 года?

— Отсутствие информации — тоже информация! Можно сделать вывод, что в обоих случаях решение принималось в неких властных кабинетах фактически «экспромтом», волевым решением кого-то из партийных руководителей.

Зато с послевоенным возрождением «Московского комсомольца» осенью 1945-го (с тех пор наша газета выходила практически бесперебойно) теперь все известно досконально: протокол заседания секретариата ЦК ВКП(б) от 1 сентября 1945 года, в котором упоминается среди прочих пунктов и решение о возобновлении издания газеты «Московский комсомолец», подписал один из тогдашних лидеров партии — секретарь ЦК ВКП(б) Георгий Маленков.

Удивительный прецедент с нарушением всех основ субординации обнаружился среди первых приказов по возобновленной редакции. На протяжении нескольких недель в штате почему-то не было главного редактора, и лишь почти две недели спустя после начала выхода газеты появился наконец приказ о зачислении в штат редактора Минина К.А. Причем подписан он подчиненным товарища Минина: «зам. ответственного редактора Медведев»!

— А что за история, когда в 1964 году возникла реальная угроза раздвоения «Московского комсомольца»?

— По крайней мере именно так рассказывал журналистам «молодежки» приехавший тогда в редакцию 1-й секретарь Московского промышленного обкома ВЛКСМ Е.Аврусин. По его словам, в горкоме партии обсуждается вопрос о том, чтобы у комсомольцев столицы была своя отдельная от области молодежная газета.

Из МК КПСС эту просьбу отправили в высшие инстанции — в ЦК партии. Однако в итоге идея не сработала. На самом верху создание в столичном регионе вместо одной «молодежки» двух не одобрили. Причем главной причиной принятия именно такого решения стала вполне материалистическая: в Союзе тогда была большая напряженка с бумагой, так что на подобные новации ее попросту не хватило бы.

— Какие еще уникальные факты поразили твое воображение? Что-то удалось буквально «рассекретить» при работе в архивах?

— Конечно, листать толстенные папки с протоколами заседаний комсомольских и партийных бюро, секретариатов, пленумов, с приказами по редакции и стенограммами заседаний партбюро — дело не слишком увлекательное, однако наградой за столь монотонную многочасовую работу являются отдельные «алмазы», которые удается выудить из этих пластов «словесной руды». Например, повезло наткнуться в протоколе очередного заседания бюро МК комсомола за 1927 год на упоминание о том, что товарищи из горкома рекомендуют газете в качестве одного из эффективных способов налаживания органичной связи с молодежными массами использовать... охоту! Понять бы еще, как комсомольские вожаки середины 1920-х представляли себе вариант агитации за газету при помощи охоты! Но сам факт очень примечательный, если учитывать нынешние охотничьи пристрастия нашего нынешнего руководителя и наличие в ИД «Московский комсомолец» регулярных изданий на охотничью тему.

Увы, некоторые эпизоды из истории «МК» так и не удалось выяснить, хотя документы, позволяющие пролить свет на эти события, есть. Однако получить их в архивах не удалось: сотрудники объяснили, что данные дела до сих пор находятся на особом хранении. А с некоторых папок с документами, судя по отметкам на них, гриф «секретно» был снят лишь совсем недавно. Причем, листая эти бумаги, удивляешься: что же такого секретного в них в свое время нашли?! Например, открыв папку с протоколами заседаний комсомольских органов 1939 и 1940 гг., наткнулся на очень «секретное» решение, принятое функционерами ВЛКСМ: удовлетворить поступившую из Коммунистического интернационала молодежи просьбу и выделить им две подписки на «Московский комсомолец» на будущий год.

В стремлении познакомиться с документами, имеющими отношение к истории нашей газеты, пришлось даже писать заявление на рассекречивание некоторых архивных дел. В итоге сработало! В начале осени, после очередного заседания соответствующей рабочей комиссии, «запрещающий» гриф с этих папок сняли. Среди ставших доступными простым смертным документов — в том числе и протокол заседания бюро МГК ВЛКСМ от 26 мая 1983 года, в котором есть пункт о назначении редактором газеты «Московский комсомолец» Гусева Павла Николаевича.

100 лет "МК". Хроника событий