Тайны Потсдамской конференции: про туалет Сталина забыли

5:3 в пользу вождя

Летом 1945 года в окрестностях Берлина было проведено два грандиозных спецмероприятия. Сначала советские органы развернули здесь масштабную подготовительную операцию с кодовым названием «Пальма». А после ее завершения состоялся саммит лидеров трех держав-победительниц, зашифрованный под обозначением «Терминал». Всему миру упомянутое рандеву глав государств с той поры известно как Потсдамская конференция.

5:3 в пользу вождя

Это была третья — считая Тегеран и Ялту — встреча руководителей стран-союзниц. Она стала первой — после одержанной над нацистской Германией — победой. И самой продолжительной. Увы, теперь, в наступившее мирное время, отношения между тремя лидерами оказались уже не те, что прежде. Вот что заметил на сей счет участник конференции, посол СССР в США Андрей Громыко: «…На заседаниях… не хватало теплоты, которой требовала обстановка исторического момента, теплоты, которой ожидали и воины союзных армий, и народы всей земли, теплоты, на которую рассчитывала и память о погибших в той войне…»

Раньше других идею о новом саммите высказал английский премьер. Уже через пару дней после капитуляции Третьего рейха Черчилль написал Трумэну: «Я считаю, что мы должны… обратиться к Сталину с приглашением встретиться с ним в июле в каком-нибудь неразрушенном городе Германии,.. чтобы провести трехстороннее совещание…» Президент США согласился с британским коллегой, и через 2 недели в Москву прибыл его посланник Гарри Гопкинс, передавший Сталину предложение своего патрона о желательном рандеву трех руководителей. Отец народов также высказался «за». В письме, отправленном Черчиллю, Сталин написал: «Я думаю, что встреча необходима и что удобнее всего было бы устроить эту встречу в окрестностях Берлина. Это было бы, пожалуй, правильно и политически…»

Британский лидер не хотел повторения предыдущих ситуаций, когда фактическим хозяином саммитов был «дядюшка Джо»: «Нам не следует встречаться в каком-либо пункте в пределах нынешней русской военной зоны, — сообщал он Трумэну. — Мы шли ему навстречу два раза подряд…» Однако найти подходящее место на своих «подшефных» территориях Германии англичане и американцы не смогли. В итоге оптимальным вариантом оказался Потсдам, расположенный неподалеку от Берлина, в советской оккупационной зоне. В городе уцелела бывшая резиденция кронпринца Вильгельма — Цецилиенхоф. Дворец с его внушительными интерьерами вполне подходил для проведения официальных переговоров глав трех ведущих держав мира.

Дело оставалось за малым: привести в порядок дворцовый комплекс, обеспечить комфортное и безопасное пребывание здесь высокопоставленных гостей. Это и стало целью операции под кодовым названием «Пальма», выполнение которой советский вождь поручил Лаврентию Берия.

Генсек без туалета…

Начало «Пальме» было положено 28 мая, когда «хозяин» вызвал к себе Берию, заместителя наркома внутренних дел Круглова и своего начальника охраны Власика. Получив от Иосифа Виссарионовича соответствующие вводные, они приступили к выполнению задач, масштабы которых даже по меркам мирного времени удивляют, а уж в реалиях тотальной послевоенной разрухи — тем более.

В районе проведения будущей конференции солдаты наших инженерных частей расчищали и ремонтировали километры дорог, восстанавливали поврежденные и строили новые мосты, приводили в порядок взлетные полосы аэродромов, возвращали в рабочее состояние оборудование двух электростанций… Кроме того, для обеспечения делегаций продуктами в окрестностях Потсдама организовали несколько сельскохозяйственных ферм — животноводческую, птицеводческую, овощную. Немало проблем вызвала «засоренность» всей территории следами недавно происходивших здесь боев. Советским саперам пришлось для надежности трижды прочесывать Потсдам и его окрестности. При этом ими были обезврежены тысячи мин, авиабомб, снарядов. Ежедневно десятки грузовиков и тягачей вывозили прочь разбитую военную технику, боеприпасы…

Дворец Цецилиенхоф отремонтировали только частично: из 176 его комнат лишь в 37 полностью были восстановлены богатые интерьеры. Привели в порядок и большой зал с тремя отдельными входами — он предназначался для проведения заседаний с участием глав государств. Неожиданная проблема возникла с огромным столом, который необходимо было установить в этом зале. Маршал Г.К.Жуков вспоминал: «Достаточно большого круглого стола в Берлине мы не нашли. Пришлось срочно сделать его в Москве на фабрике «Люкс» и привезти в Потсдам».

Пострадавший от бомбардировок парк вокруг Цецилиенхофа за считаные дни превратили в райские кущи: специалисты, присланные из Москвы, заново сформировали клумбы и высадили на них около 10 тысяч цветов.

Помимо самого дворца для размещения глав и членов делегаций подготовили 62 особняка в Бабельсберге. В том числе большой, двухэтажный с 15 комнатами и верандой — для товарища Сталина.

К концу июня все основные этапы операции «Пальма» были завершены. Теперь главной задачей становилось обеспечение безопасности высоких гостей. По распоряжению Берии в Потсдам и Бабельсберг прибыли 7 полков войск НКВД. Режим вокруг и внутри дворца обеспечивали около 1500 опытнейших оперативников. Чуть позже своих многочисленных секьюрити прислали на место проведения будущей конференции и союзники.

Из Москвы командировали также и сотни человек надежного обслуживающего персонала — горничных, поваров, официантов, истопников… Все это были люди со знанием английского языка — из штата «Интуриста», заагентуренные чекистами для выполнения роли «подслушивающих» — добытчиков секретов иностранцев.

Осуществляя подготовительную операцию «Пальма», Берия и его помощники предусмотрели, казалось бы, все. Однако, как и бывает порой в подобных случаях, прокололись на мелочи. Весьма пикантной.

При благоустройстве дворца Цецилиенхоф для проведения предстоящего саммита упустили из виду, что следует сделать отдельный туалет для товарища Сталина. В итоге Генералиссимус вынужден был справлять нужду там же, где и его партнеры по конференции. При этом не обошлось без забавных эпизодов.

По воспоминаниям переводчика Валентина Бережкова, однажды во время посещения «интимной комнаты» наш вождь застал там Клемента Эттли. Только что занявший пост премьер-министра и главы делегации англичанин, стоя у писсуара, сострил: мол, в капиталистическом мире туалет — единственное место, где рабочие держат средства производства в своих руках. Иосиф Виссарионович в ответ отшутился: «У нас тоже».

Общий вид зала заседаний.

…и Сталин на бронепоезде

Когда начинать «Терминал»? Мнения главных участников предстоящей конференции оказались диаметрально противоположными. Черчилль хотел провести столь резонансную встречу «большой тройки» пораньше, до начала парламентских выборов в Англии, намеченных на 5 июля и не суливших ему успеха. В то же время Сталин и Трумэн, понимая, что в данной ситуации сэр Уинстон является «хромой уткой», не горели желанием согласовывать с ним важнейшие политические и экономические вопросы будущего. У американского президента помимо этого была и еще одна серьезная причина не спешить на встречу в Потсдаме: Трумэн ждал результатов пробного взрыва атомной бомбы, который должны были провести в середине июля, и хотел использовать факт обладания Америкой новым супероружием в качестве веского аргумента на переговорах со Сталиным).

В итоге для начала саммита выбрали компромиссную дату — 17 июля.

Ближе всех добираться до окрестностей Берлина было Черчиллю, который после парламентских выборов отдыхал с семьей на Бискайском побережье Франции. 15 июля он на своем персональном «Скаймайстере» вылетел с аэродрома в Бордо. На борту вместе с ним были дочь Мэри и вероятный преемник в кресле премьер-министра Клемент Эттли (он действительно заменил Черчилля в роли главы делегации после 26 июля, когда стали известны официальные итоги выборов).

Куда более далекий путь предстоял президенту США. Лететь через Атлантику Трумэн не решился. Он предпочел этому куда более длительное океанское путешествие, совершенное на борту тяжелого крейсера «Аугуста».

Однако обоих своих коллег переплюнул глава СССР. Товарищ Сталин решил отправиться в Германию по железной дороге — в специальном бронированном салон-вагоне. Кроме того, в составе литерного поезда были еще штабной вагон, вагоны для сопровождающих лиц и охраны, вагон-ресторан, вагон-гараж с бронированными лимузинами, а также две платформы с установленными на них зенитными орудиями. Вместе с вождем ехали нарком иностранных дел В.М.Молотов и несколько других членов делегации. Охрана спецсостава состояла из почти сотни офицеров-чекистов. Кроме того, еще более 17 тысяч солдат НКВД обеспечивали безопасность следования литерного по всему почти двухтысячекилометровому маршруту до германской столицы. На каждом километре железнодорожного пути режим обеспечивала охрана из 6–15 человек. Вдобавок по линии следования, прикрывая сталинский состав, курсировали 8 бронепоездов!

Возникла чисто техническая проблема: разная ширина колеи на наших и западных железных дорогах. Конечно, можно было решить ее традиционным путем, на границе переставив вагоны на более узкие колесные тележки. Однако курировавший тему Берия решил, что в случае с товарищем Сталиным подобная заминка в пути совершенно не приемлема. А потому распорядился: специально для следования литерного правительственного поезда перешить рельсовую колею от польской границы до Берлина под российский стандарт! И перешили. Солдаты нескольких железнодорожных батальонов, работая день и ночь, подвинули рельсы на нужную ширину на участке протяженностью более 820 километров! А после возвращения Сталина в Москву эту магистраль вновь перемонтировали на европейский размер колеи.

Меняем проливы на станки

Проведенные в Потсдаме переговоры руководителей трех самых могущественных на то время государств имели огромное значение для послевоенной Европы и мира в целом.

Главам «большой тройки» на этой конференции довелось решить вопросы переустройства Германии на основе плана «четырех «Д». Денацификация (освобождение немецкого общества от национал-социалистического влияния), демилитаризация (роспуск армии Третьего рейха, ликвидация запасов оружия и демонтаж военно-промышленного комплекса страны), демократизация (перевод политической жизни в Германии на демократическую основу), децентрализация (передача части полномочий по принятию решений на средний и низший уровень административной власти). При этом Сталин категорически отверг идею Черчилля о разделе страны на несколько небольших государств — по образцу того немецкого «лоскутного одеяла», которое существовало до 1870 года.

Вот решения Потсдамской конференции, которые не мешало бы почаще читать многим нынешним политикам на Западе: «…Уничтожить национал-социалистскую партию и ее филиалы и подконтрольные организации, распустить все нацистские учреждения, обеспечить, чтобы они не возродились ни в какой форме, и предотвратить всякую нацистскую… деятельность или пропаганду... Все нацистские законы, которые создали базис для гитлеровского режима или которые установили дискриминацию на основе расы, религии или политических убеждений, должны быть отменены. Военные преступники и те, кто участвовал в планировании или осуществлении нацистских мероприятий, влекущих за собой или имеющих своим результатом зверства или военные преступления, должны быть арестованы и преданы суду…» («Правда», 3 августа 1945 года).

Были обсуждены проблемы, связанные с судьбой бывших европейских союзников нацистской Германии — Болгарии, Румынии, Италии, Венгрии, Финляндии. По решению конференции разработкой условий мирных договоров с этими странами предстояло заниматься специально созданному международному органу — Совету министров иностранных дел пяти держав: СССР, США, Великобритании, Франции и Китая.

Еще один очень значимый момент. Встретившись с главами США и Англии летом 1945-го, Сталин подтвердил данное им в Ялте обещание: через три месяца после капитуляции рейха СССР вступит в войну против милитаристской Японии.

Важнейшим для всей последующей европейской истории моментом стали принятые в Потсдаме летом 1945-го решения об изменении государственных границ. В общей сложности прежнюю, довоенную Германию «сократили» почти на четверть. Советский Союз получил значительную долю Восточной Пруссии с Кенигсбергом, а также Куршскую косу и город-порт Клайпеду. Другая часть Восточной Пруссии отошла к Польше.

Речь Посполитая вообще оказалась едва ли не самой выигравшей стороной: полякам помимо этого еще и прирезали большой кусок бывших немецких земель на западе, проведя новую польско-германскую границу по рубежу рек Одер и Нейсе.

Такое предложение, к слову сказать, поступило от советской делегации. Но вот в некоторых других случаях Сталину не удалось добиться «географического» успеха. Он высказал, например, пожелания, касающиеся территориальных приобретений за счет союзника гитлеровской Германии — Турции. Советский руководитель считал бы справедливым вернуть своей стране территории в Закавказье, отторгнутые у России в пользу турок по результатам 1-й мировой войны, — Карскую область, Лазистан… Кроме того, Иосиф Виссарионович настаивал на том, чтобы СССР были предоставлены возможность создать военно-морскую базу в районе Черноморских проливов и право проводить через Босфор и Дарданеллы свои военные корабли без согласования с турецкими властями. Еще одна сталинская заявка — передать под опеку Москве часть бывших итальянских колоний в Северной Африке. Однако американский и английский лидеры все эти варианты категорически отвергли.

Впрочем, хитроумный «дядюшка Джо», отказавшись от турецкого и итальянского «пряников», сумел в качестве утешения добиться иной выгоды — в области репараций с побежденной Германией. Предварительные решения на сей счет были приняты еще на Ялтинской конференции: с немцев следует получить в общей сложности 20 миллиардов долларов и половину этой суммы отдать наиболее пострадавшей стороне — России. Однако теперь в Потсдаме западные союзники изменили свое мнение и настояли на том, что каждая страна-победительница должна сама определять сумму причитающейся ей материальной компенсации и получать эту компенсацию из средств и ресурсов своей зоны оккупации. Советский Союз при таком раскладе оказывался в обиженных: ведь наиболее промышленно развитые немецкие районы находились на западе, а кроме того, англичане и американцы в первые дни мира успели заметно «почистить» те территории, которые позднее перешли под контроль СССР, — вывезли оттуда немало оборудования. Сталин добился более справедливого дележа пирога. По итоговому решению Россия в дополнение к ресурсам своей зоны оккупации получала еще и по 15% оборудования и техники из западных зон (правда, частично это «железо» следовало компенсировать отправкой союзникам немецких сельскохозяйственных запасов).

Безусловным «материальным» успехом советской делегации в Потсдаме стала достигнутая здесь договоренность о передаче СССР значительной части германского военного и торгового флота. (В числе полученных судов были и ставшие знаменитыми впоследствии черноморские круизные лайнеры «Россия», «Адмирал Нахимов», а также огромный четырехмачтовый парусник «Крузенштерн».)

Потсдамская конференция завершилась 2 августа. Закрывая последнее заседание, Трумэн, выполнявший роль председателя, высказал своим коллегам пожелание «до новой встречи». По мнению многих исследователей, в тот момент руководители стран-союзниц действительно допускали возможность скорого саммита. Однако реальные события в мире такой благоприятный сюжет исключили. Начиналась эпоха атомного противостояния и «холодной войны». В результате следующая личная встреча американского и советского лидеров состоялась лишь в 1959-м.

КСТАТИ

Потсдам стал символическим местом, где замкнулся «нацистский вираж» в истории Германии. За 12 лет до знаменитой встречи лидеров трех держав-победительниц, на которой были приняты решения по окончательному искоренению национал-социализма в стране, именно в Потсдаме начиналась эпоха гитлеровского Третьего рейха. 21 марта 1933 года в центре этого города состоялась торжественная церемония, в ходе которой рейхспрезидент фон Гинденбург поздравил Гитлера с его назначением на пост канцлера Германии.

* * *

В потсдамской встрече «большой тройки» могла принять участие и еще одна «высшая государственная персона». Дело в том, что Черчилль загорелся желанием ради укрепления своих позиций на конференции организовать приезд в Потсдам английского короля Георга VI. Однако чтобы сделать это, британский премьер должен был предварительно заручиться согласием Сталина — как «хозяина» той территории, где проходил саммит.

Из послания Черчилля Сталину от 15 июня 1945 года: «…Король Георг начиная с 15 июля будет находиться в поездке по Франции и Германии, инспектируя свои войска... Он очень хотел бы иметь возможность встретиться с вами и некоторыми советскими генералами. Поэтому он хотел бы приехать в Берлин в один из дней, когда мы будем там все вместе. Он, конечно, не будет принимать участия в деловой работе совещания... Он был бы очень рад, если бы вы пригласили его к себе на завтрак в советскую ставку…»

Но черчиллевская идея не вызвала энтузиазма у Генералиссимуса. Из письма Сталина Черчиллю от 23 июня 1945 года: «В моем плане не предусматривалась встреча с королем, а имелось в виду совещание трех, о котором мы ранее обменивались с вами и президентом посланиями…»

* * *

Наиболее растиражированными фотографиями, запечатлевшими главных действующих лиц Потсдамской конференции, стали «картинки», на которых лидеры стран-победительниц сидят рядом друг с другом в одинаковых плетеных креслах. При внимательном взгляде на эти фото обнаруживается интересная деталь. В одном случае Черчилль, Трумэн и Сталин позируют в «плетенках», подлокотники которых имеют завершение в виде черных полусфер, а на других, более поздних фото, где сэра Уинстона заменил уже новый глава английского правительства Эттли, те же полусферы абсолютно белые. Разгадку цветового «фокуса» удалось найти в воспоминаниях начальника охраны советского вождя генерала Н.Власика. Оказывается, он, будучи заядлым фотографом, обратил внимание на то, что черный цвет подлокотников вносит траурный оттенок в празднично-оптимистические фотографии трех «вершителей судеб мира». В результате кресла в срочном порядке подвергли «реновации», заменив черные детали белыми.

* * *

В перерывах между заседаниями лидеры «большой тройки» позволяли себе эмоциональную разгрузку. Порой она была весьма «эксклюзивной». Например, один из членов советской делегации позднее вспоминал, что президент Трумэн как-то вызвался поиграть своим коллегам на рояле. После этого импровизированного концерта Сталин с усмешкой сказал: «Да, музыка — хорошая вещь, она из человека выгоняет зверя!» А потом, чтобы посрамить американца с его дилетантскими навыками, распорядился срочно привезти в Потсдам знаменитого пианиста Эмиля Гилельса: пусть выступит на одном из официальных обедов, организованных советской стороной.

Черчилль, не желая ударить в грязь лицом в этом «музыкальном марафоне», вызвал для участия в аналогичном британском торжественном приеме капеллу Королевских ВВС.

* * *

У советского вождя во время его пребывания в Потсдаме состоялась неожиданная встреча. Ему представили английского адмирала лорда Луи Маунтбеттена — главнокомандующего силами союзников в Юго-Восточной Азии. Пикантность этой аудиенции заключалась в том, что Маунтбеттен был двоюродным братом расстрелянного большевиками императора Николая II. Высокородный англичанин рассыпался в комплиментах «отцу народов» и высказал свое заветное желание приехать в Россию. Однако весь этот «политес» не дал результата. Переводчик Маунтбеттена вспоминал: «Беседа проходила в неловкой обстановке, потому что на Сталина родство с царем не произвело никакого впечатления. Он так и не пригласил Маунтбеттена в Россию...».

Опубликован в газете "Московский комсомолец" №28317 от 22 июля 2020

Заголовок в газете: Три вождя под сенью «пальмы»