Феминистка Арбатова накануне 8 марта рассказала о тяжкой мужской доле

«Мальчики угнетены с рождения и до самой смерти»

С грядущим Женским днем «МК» поздравил своих читательниц возможностью напрямую расспросить о положении и перспективах женщин в нашей стране активистку российского феминистского движения, писательницу и психоаналитика Марию Арбатову. Но, как это часто случается в дамском обществе, разговор быстро перешел на мужчин. Тут и выяснилось, что сильный пол у нас угнетен настолько, что феминистки переживают за него даже сильнее, чем за себя.

«Мальчики угнетены с рождения и до самой смерти»

Бедственное положение мужчин вскрылось, когда в беседу внедрился представитель сильного пола с заявлением, что «борьба за права женщин оборачивается угнетением мужчин». На что наша гостья утешила его тем, что мужчины и без женской борьбы угнетены от самого рождения и до самой смерти –своими же патриархальными устоями. И никто несчастному угнетенному сильному полу не сочувствует и не защищает его больше, чем феминистки.

- Феминизм – это борьба за гендерное равенство, а вовсе не за то, чтобы ущемить в правах один пол за счет другого, - уточнила Мария Арбатова, переходя к перечислению семи главных этапов дискриминации мужчин в патриархальном обществе. – А кого у нас больше угнетают, женщин или мужчин, это еще большой вопрос!

Дискриминация мужчин начинается уже в роддоме. Мальчиков рождается меньше, чем девочек, и новорожденные мужского пола хуже переносят сам процесс появления на свет – так уж природой заложено. Таким образом, страна, регион или конкретный роддом, не закупающий современные родовспомогательные технологии, уже нарушает права мужчин.

Если мальчику удалось пережить роддом, он встал на ножки, пришел в песочницу – и тут общество сразу устраивает ему тренинг патриархального насилия. Ты же мужик, поэтому не плачь, не уступай, не давай, забирай, бей, будь самостоятельным и т.д. По своим личностным особенностям активным лидером может быть как мальчик, так и девочка. Но от мальчиков социум этого требует, независимо от их собственной психофизиологии, лишь по половому признаку. Выбирать мальчикам общество не дает с самого раннего возраста. К примеру, если на школьных уроках труда мальчику не нравится строгать табуретку, но он любит готовить, он все равно не может вместо верстака встать к плите с девочками – его засмеют.

Продолжаясь на всех этапах взросления ребенка мужского пола, патриархальный тренинг приводит к тому, что в период переходного возраста мальчиков погибает несопоставимо больше, чем девочек: от суицидов, от наркотиков, от поножовщины, от попыток продемонстрировать мужскую харизму и удаль – залезть, спрыгнуть, обогнать и т.д.  В подростковый период разверзается первая из так называемых «воронок отстрела мужчин», вызванная тем, что мужская жизненная стратегия патриархальным обществом уже стереотипизирована. Если ты не сделал что-то неординарное и рискованное, ты не мужик. 

Если он пережил тинейджерство, мальчика ждет главная дискриминация по признаку пола, которая по международному законодательству может быть приравнена к рабству – он становится призывником. В нашей стране лишением свободы наказываются люди, совершившие преступления. Выходит, призыв в армию, где люди гибнут даже в мирное время от неуставных отношений – это наказание за то, что человек а) родился мальчиком и б) он не инвалид. Большинство юношей после службы в армии нуждаются в психической и физической реабилитации – это ли не колоссальное нарушение прав человека?!

Если мальчику удалось вернуться из армии живым и здоровым, за него снова берется общество со своей патриархальной стратегией «ты мужик или не мужик» – заработай, обеспечь, создай… Только за то время, пока мальчики были в армии, девочки учились, строили карьеру. В сравнении со сверстницами юноши чувствуют себя неполноценными – в такую ситуацию их ставит общество. А пока мальчики с этим разбираются, подоспевает следующий этап дискриминации – мужской климакс.

В 40 лет первые «звоночки» психоэндокринной перестройки начинаются и у мужчин, и у женщин, но у слабого пола она происходит более плавно и мягко, а у сильного – очень резко. Но маскулинное общество и тут не дает поблажек, оно заточено на то, что мужчина должен быть всегда молод, силен, здоров и всегда готов достойно демонстрировать женщине свои репродуктивные функции. И как только с этим начинаются сбои (а они начинаются, потому что образ жизни у большинства мужчин совершенно нездоровый – пьют, едят вредные продукты, мало двигаются, изнуряют себя работой), патриархальный социум затягивает свою песню: ты не мужик! В результате мы получаем мужчину, который начинает совершенно трагическим образом самоидентифицироваться – не та жена, не та семья, не та работа, не та страна… И впадает в очень тяжелое состояние. Одни пытаются назло паспорту вести себя как в 20 – в таких же объемах работать, гулять, любить, пить, драться и пр. Многие лихорадочно бросаются «маскировать ветхие фасады» - закрашивают седину, с помощью пластической хирургии убирают мешки от пьянства под глазами (вместо того, чтобы бросить пить) и отсасывают в клиниках жир, вместо того чтобы встать с дивана и пройтись. Есть и те, кто идет в спортзал, но там еще больше вредит себе. Тягая штанги и гантели в погоне за рельефным телом, мужчины и не догадываются, что любая опытная женщина, увидев вздутые, будто накладные мускулы, понимает: этот мачо только на выход, в постели с ним делать нечего.  Поднятие тяжестей отрицательно влияет на мужскую силу в других делах – это доказанный факт. Но даже не это самое страшное. В районе 40 лет мужские жизни начинает утягивать вторая гигантская воронка – сердечно-сосудистая, она же инфарктно-инсультная. И на нее одинаково успешно работают что образ жизни 20-летнего, что увлечение бодибилдингом. Не случайно у нас всегда так много вдов тех, «кому было всего 40». Зато у андрологов, отвечающих за мужское здоровье, есть утешительная поговорка: если мужчина дожил до 60, то уже и дальше будет как-то жить.

Но, увы, ключевое слово тут - «как-то». Если до 60 мужчина сдает эти бесконечные патриархальные зачеты на успешность, молодость и силу, то после 60 инфраструктура общества его вообще особо не ждет. Особенно, если он уже закончил карьеру и у него нет хобби. Огромная прослойка мужчин в этом возрасте переезжает с концами на дачу: живет он там с собакой, пьет по-черному и очень быстро уходит. Женщина же в 60 аналогичной невостребованности не чувствует, так как в нашей стране она в культурологической зависимости от семьи – может, к примеру, полностью зажить жизнью внуков.

И вот эту линейку дискриминации мужчин от самого рождения и до самой смерти патриархальное общество очень активно убыстряет и подталкивает, сокращая мужской век. А борются с ней только феминистки – вменяемые, конечно, а не те, у которых все мужики – сволочи.