В преддверие Нового года в редакции «МК» побывали дети участников СВО из Солнечногорского района. Среди них был семилетний первоклассник Артём и его мама Кристина. Они рассказали о своем участнике СВО. Папа Артема сейчас служит на СВО. Его позывной – «Смайлик».
Артемчик, хоть и невелик, но уже знает, что папа «на войне». Уже три года. Говорит:
- Мне тяжело без папы. Я скучаю по папе, люблю.
Мама Кристина вспоминает:
- С отъездом на СВО папа нас перед фактом поставил, мы думали - шутит. Я до последнего не верила. У нас ребёнок-инвалид есть. Всего четыре сына. Артем - самый младший. Старшим - 21, 16, 15.
- Муж к военной службе имел отношение?
- Нет, но у него друзья военные. А он - водитель. Когда уходил, сказал: «Я там нужнее. Я должен помочь своим товарищам, своим друзьям».
Перед этим его друг в отпуск приехал из зоны СВО. Мы, жены, до последнего держали своих мужей. Но вот друг пришёл, они пообщались, что-то между собой поговорили и в одночасье всё решили, ушли. Их три друга, четвертый к ним позже приехал.
- Что ж друг им сказал?
- Не знаю. Может, рассказал, как им тяжело там. Каждые руки на счету, наверное. У меня муж хороший водитель. За него сразу ухватились. Муж доставляет боеприпасы, а это, честно говоря, очень тяжело и опасно. Конечно, и по лесам тяжело ползать, но и по минным полям тяжело ездить.
Сейчас мы уже говорим без слёз. Поначалу, конечно, ребёнку очень тяжело досталось. Ему было четыре годика, он не понял, что произошло, почему папа ушёл. По ночам плакал. Каждую ночь молились. Сын не умел молиться, поэтому мы говорили, как могли: «Господи, сделай, пожалуйста, чтобы папа вернулся живым, здоровым! Чтобы к нам пришёл».
Он крестился смешно. И вот мы как-то так потихоньку, потихоньку... Но сын до сих пор, хоть прошло три года, каждую ночь ложится спать и говорит: «Спокойной ночи, мама, спокойной ночи, папа на войне, спокойной ночи всем».
У нас у папы позывной «Смайлик». Вот, обратите внимание, у сына на кепке нашивка: «Сын «Смайлика». Сегодня нам подарили еще одну нашивку в магазине, где мы заказываем форму. Мы еще сюда вот пришьем.
У нас работает женсовет от Ассоциации ветеранов СВО. Мы друг друга поддерживаем, помогаем чем можем. Мастер-классы всякие устраиваем, для взрослых, детей. Я вот себе украшение (показывает на колье) сама сделала, своими руками. Ничего, стараемся, живём. Да, Тема?
Вот недавно приехали мы с зоны СВО. Он со мной ездил. Доехал до папы, на нейтральной территории я его оставила, а сама поехала дальше за Луганск.
- Папу-то видел?
Артем: - Конечно. Увидел, обнял.
Кристина: - Он с него не слазил. Тёма стеснительный, а тут, прям, залез на него. Просто не оторвать было. Всего на пару часов, на одну ночь. И утром, в шесть утра мы уезжали. Было море слёз, целая машина слёз, истерики: «Нет, не хочу уезжать от папы». Тяжело, конечно. Да, Тем?
- Звонить-то, получается?
- Бывает. Сегодня даже созванивались, умудрились. Я смогла прозвонить. Связи вообще нет. Обычно происходит так: если дозвонились, я, прям, как тараторка, быстро-быстро рассказываю, что у нас, какие дела, какие новости. Это сделали, это сделали, счётчик заменила, сегодня с Темой едем на Ёлку, потом на ВДНХ. Быстро-быстро рассказываю. А потом уж, если по-прежнему есть связь, разговариваем спокойно.
А старший сын тоже пошёл служить. Подписал контракт. Отучился год в институте, бросил и пошёл служить, как мой муж. Он сказал мне: «Мама, если бы я знал, что мне так понравится служить, я б не потерял год своей жизни в институте». Мальчик закончил школу с золотой медалью, поступил своими силами в институт, отучился год и вот... Он сейчас сержант. Уже командует ребятами. 25 человек у него в подчинении. А ему 21 год.
- Что ему нравится?
- Нравится выправка, все военное, нравится жить по уставу. Он знает все танки мира с 9 лет. Ребёнок жил военным. Когда мне советовали удержать его в институте, я говорила: «Вы что, с ума сошли? Во-первых, он взрослый. Во-вторых, он принял своё решение. Вы сейчас сломаете ему всю жизнь».
Никогда я не останавливала. Потому что ребёнок, человек должен сам принимать решение.
- Как вы думаете, где ветераны СВО могут себя найти?
- Я знаю, что нужна будет помощь психологическая. Однозначно. Потому что даже когда он приезжает в отпуск, я вижу, как он спит... Он постарел лет на десять. Высох, худой стал, не ест, не спит. Очень тяжело им. Просыпается, разговаривает во сне. Но я надеюсь, что наша любовь и вера помогут. Я, наверное, себе бы позывной «Вера» взяла. Я верю. Я верю в себя, верю в своего супруга. Я знаю, что поддерживаем и будем поддерживать их. Мы гордимся папой. Я очень горжусь своим супругом.
Я у него спрашивала: «Ты пожалел?» Он говорит: «Нет». Страшно? Да». Он так и говорил: «Я там нужнее». Он на хорошем счету, знает свою работу, знает, где ему как ехать, что сделать. Это дорогого стоит, когда человек знает, ради чего работает. Знает: если не привезёт боеприпасы, то может много что случиться нехорошего. Поэтому, говорит, правдами и неправдами работаем, чиним, едем, доставляем груз вовремя.
- Тема, у Деда Мороза что попросишь?
- У Деда Мороза он попросил военную форму. На самом деле, он сейчас выйдет с Ёлки и будет плакать. Ему очень тяжело, он скрывает свои чувства, очень сильно скрывает, а потом плачет. Начинаем когда ругаться, он говорит: «Я так по папе скучаю». И всё. Тяжело достаётся, всё равно отсутствие отца - сказывается. Но мы стараемся, я езжу раз в полгода обязательно к мужу. Мы отвозим ребятам гуманитарку. Делаем всё, что можем: готовим, закатываем, варим, шьём, печём.
- Тема, ты маме помогаешь?
- Конечно.
Мама Кристина: - Машины грузит. Таскает свечки окопные, грузил сам машину. Он хороший помощник. А еще за старшим братом-инвалидом смотрит. Я уже не боюсь их одних оставлять.
