Двойник Валуева нежен и ужасен

Репортер “МК” нашел копию чемпиона за “баранкой” маршрутки

26.05.2009 в 17:19, просмотров: 5706
Они удивительно похожи: у обоих — скошенные лбы, глубоко посаженные глаза, тяжелые подбородки. Оба вымахали до 210 сантиметров, набрали вес — 147 килограммов — и стали носить обувь 52-го размера и одежду 74-го. Не напрягаясь, одним ударом кулака, каждый из них способен расплющить консервную банку.

Они никогда не встречались лично. Один — Николай Валуев — вырос в Питере, другой — Михаил Акулов — в Энгельсе. Один стал боксером-профессионалом, другой — водителем маршрутки.

Побывав в саратовской глубинке, в гостях у двойника именитого боксера, наш специальный корреспондент выяснила, что у двух великанов удивительным образом совпали не только внешность, но и многие факты биографии.


 “Никто не верил, что я выживу”


Встречу мне Михаил назначил на многолюдной Музейной площади Саратова. Здесь находится конечная остановка 105-й маршрутки, на которой работает Акулов.
“Вы меня ни с кем не спутаете”, — напутствовал меня Михаил. Действительно, я вижу его издалека. Он плывет в людской толпе, как Гулливер, возвышаясь над всеми на три головы. Вглядываюсь в знакомое по телевизору лицо “русского гиганта”… Сходство с именитым боксером поразительное!  

Здороваемся. Моя ладошка тонет в его гигантской пятерне. Отмечаю про себя: “Трехлитровая банка в такой руке казалась бы стаканом”.  

Зеваки, открыв рот, пялятся на моего собеседника, как на динозавра. Михаил спокоен, повышенное внимание к собственной персоне, похоже, его не раздражает. Привык гигант и к тому, что в Саратове и Энгельсе его считают двоюродным братом боксера Николая Валуева.  

Факт родства обнародовала одна из местных газет. Мало кто из читателей обратил внимание, что материал вышел 1 апреля. Сходство-то между великанами — налицо. Так, с подачи журналистов, Акулов “побратался” с Валуевым.  

— Первое время я пытался еще доказывать, что никаким боком не причастен к родословной Николая Валуева, но никто не верил, думали, что я шифруюсь, — говорит, смеясь, Михаил. — Теперь я никого не разубеждаю, стараюсь просто отшучиваться.

Михаил, отличающийся выдающимися физическими данными, всю жизнь был на виду. А в 1999 году, когда Николай Валуев выиграл чемпионат России по боксу и спустя год по версии Паназиатской боксерской ассоциации стал чемпион мира, интерес к его двойнику — водителю Акулову — возрос вдвойне.


От желающих сфотографироваться вместе с великаном из Энгельса не было отбоя. У любителей бокса он ассоциировался с кумиром Валуевым. К Михаилу подходили на улице болельщики, обсуждали детали прошедшего поединка: атакующие удары, апперкоты и правые хуки супертяжеловеса Валуева.
Акулов, до этого не интересующийся боксом, стал потихоньку “заражаться” увлекательным видом спорта. Заодно изучил биографию своего “названого брата”.  

Будущий чемпион мира родился ростом 51 сантиметр и весом три килограмма триста граммов, и ничто в нем не выдавало великана. Рост же новорожденного Миши Акулова оказался 55 сантиметров, а вес — 4600 граммов. “Богатырь!” — обрадовала роженицу акушерка.  

 — Но тут же выяснилось, что здоровье подкачало, — говорит наш собеседник, — у меня обнаружили врожденное белокровие и рахит. Никто не верил, что я выживу. Меня с трудом подняли на козьем молоке и пивных дрожжах.  

Кризис миновал, и Миша стал расти как в сказке — не по дням, а по часам.  

— В своей книге Николай Валуев вспоминает, что в первом классе доставал учительнице до подбородка. Я также был выше остальных ребят на голову, а в шестом классе вырос до 185 сантиметров! — делится с нами Михаил Акулов. — У Николая родители были среднего роста, но прадедушка отличался гигантским ростом. Я же пошел в своего отца.  

Каждый год маленький Миша ездил с отцом на его родину, в поволжскую глубинку. Стоило им на телеге показаться на окраине села, как от двора ко двору неслось: “Володька Акулов приехал!”

— Отец от природы был наделен огромной силой, на плечах запросто поднимал 530 килограммов. Хватка у него была, как у медведя. На кулачных боях зимой на реке один шел против семерых противников. Был у отца один аттракцион: он трехлетнего бычка одним ударом валил насмерть. Удар у него был, как у кувалды. Отец горой за справедливость стоял, обидчиков за ребра поднимал. О нем легенды ходили по всему Энгельсу. Как о моем дяде Ване, который в свое время был чемпионом Казахстана по штанге. Вот кто бы мог дать фору нынешним боксерам-профессионалам.

В семье Акуловых подрастало двое мальчишек. Старший — Сережа — был пацаном бедовым, мать, отправляя его в школу, каждый раз наказывала: “Только не дерись”. Младшему сыну — тихому и безобидному Мише — напротив, твердила: “Кто будет обижать, врежь промеж глаз, чтоб больше не лез”.  

Всю агрессивную натуру отца забрал низкорослый Сергей. Покалечив человека, он попал в одну колонию, потом в другую. Тюремного стажа набежало 32 года, так и сгинул за колючкой.  

Мишу, обладавшего хорошими физическими данными, тянули тренеры в игровые виды спорта, но юношу не привлекала командная борьба.
И если Коля Валуев успешно занимался баскетболом, а потом выполнил норматив мастера спорта в метании диска, то Миша Акулов преуспел в лыжных гонках, а в старших классах неожиданно для всех увлекся шахматами.

“Всех бы кастрировал вокруг!”

Вопрос с выбором профессии у Михаила не стоял. Великан, как отец, хотел быть водителем. Для начала закончил профессионально-техническое училище, получил специальность электрика. Служба в армии в жизненные планы Акулова пока не входила. Желая получить отсрочку, он лег на обследование в психиатрическую клинику.  

— Но как только узнал, что психу никогда не получить водительские права, дурить перестал, — рассказывает Михаил. — Самолично направился в военкомат. Попал служить в “королевские” войска — в стройбат.  

На память от армии у Акулова остались многочисленные рубцы и шрамы. Папина агрессия в нужный момент проявилась и в младшем сыне — Михаиле.
— С “дедами” рубились насмерть, — кратко объясняет Акулов. — Пряжками от ремня не единожды мне рассекали голову.  

Но двухметрового “салагу” согнуть не удалось. Отцы-командиры, чувствуя в Михаиле железный характер, хотели дать ему ефрейтора, но великан заартачился.  

— Зачем мне это звание? Я “соплей” быть не хотел! — восклицает Михаил. — В качестве поощрения просил отпустить в отпуск. Пока служил, четырежды ездил домой.  

Зная силу своего удара, в драку на гражданке Акулов старался не ввязываться. Одного его угрожающего вида было достаточно, чтобы соперники ретировались. Например, от понравившейся ему девушки, продающей на остановке сигареты, он отвадил поклонников за три дня.  

Света, правда, сначала побаивалась гиганта. Ее рост был 163 сантиметра. Рядом с Михаилом она чувствовала себя дюймовочкой. Акулов стал опекать девушку, которая была инвалидом с детства.  

— У меня в ступне не гнулся сустав, — признается Света. — Миша возил меня к именитым врачам-ортопедам. Мне сажали кость на шурупы, ставили аппарат Илизарова.  

И девушка постепенно прикипела душой к Гулливеру. Свадьба не заставила себя ждать. Праздничный кортеж приветствовали гудками водители всех встречных автобусов. Миша-сильный к тому времени стал местной достопримечательностью.

Где бы ни появлялась Света, вокруг нее образовывался вакуум. Миша страшно ревновал жену. Никто не хотел иметь разборки с великаном.

— Это мое! Всех бы кастрировал вокруг! — буквально рычит Михаил.  

Гигант был на седьмом небе от счастья, когда в семье родилась девочка. Миша не спускал дочурку с рук. Света стала заниматься домом. О работе и речи не шло: болезнь начала прогрессировать. Тем удивительнее стало для Акуловых известие, что у Светы вдруг сняли инвалидность.  

— Где справедливость? — восклицает Михаил.  

Жена его напрягается. Она знает, что может случиться, если Миша пойдет по инстанциям резать правду-матку.

“С Мишей-сильным лучше не связываться”

Вывести из себя великана непросто. Но в гневе он бывает страшен. В этом не раз убеждались пассажиры 105–й маршрутки, на которой работает Михаил.
Сиденье в “Газели” у Акулова — специальное, низкой посадки. Когда он сидит за рулем, его мощь и стать не видны во всей красе. Бывает, выпившие подростки начинают бесноваться в салоне. На замечания водителя не реагируют. Мало того, кричат: “Выйдем, разберемся, папаша!” Акулов тормозит, выходит… И слышит после паузы: “Вот мы попали, пацаны!” — и следом: “Извините!”  

Милиционеры — любители прокатиться в маршрутке на халяву — знают: с Мишей-сильным лучше не связываться. Не раз водитель-верзила выбрасывал, как щенят, зарвавшихся стражей порядка из салона.  

— Я “Газельку” свою купил в кредит. Мне за нее еще расплачиваться и расплачиваться. Но, поверьте, мне не жалко, я часто стариков вожу бесплатно, — объясняет Акулов. — Но ты подойди, попроси по-человечески, неужели не пойму, не пойду навстречу?  

Или был еще случай. Повадился один мужичок с кожаным дипломатом совать Михаилу с утра 5–тысячную купюру. А где сдачу взять? У Акулова примета есть: не брать из дома разменных денег, прибыли не будет. Михаил раз мужика прокатил бесплатно, два, три… А потом собрал у коллег всю мелочь, набил ею большую пластиковую бутыль. И как только “очкастый” сунулся к водителю в очередной раз с “купюрой миллионера”, тот вручил ему “копилку” — получите сдачу!  

Пассажиры 105-й маршрутки любят Михаила за юмор. Сама убедилась: водила-верзила такие отпускает комментарии, что за животики держится весь салон.

— Еще со мной хорошо по улице поздно вечером ходить, — смеется наш собеседник. — Даже в самых глухих подворотнях никто не пристает.

Михаил — человек разговорчивый, дружелюбный. Но, когда надвигается в темноте семимильными шагами, раскачиваясь корпусом, прохожим становится страшно.  

— Когда читал воспоминания Николая Валуева, поражался: он описывал случаи как будто из моей жизни. Запомнил, как будущий чемпион шел однажды в двенадцатом часу ночи с электрички на дачу. В руках у него были алюминиевые трубы. Тьма кромешная, фонарей нет. Коля плеер врубил на всю катушку, идет быстро, почти бежит. Вдруг видит: впереди маячит женская фигура. При всей его скорости расстояние между нами не сокращается. И Николай понимает, что женщина от него в ужасе убегает. Когда он поровнялся с “попутчицей”, увидел на лице ее неподдельный страх. Я тоже не раз своими гигантскими габаритами пугал представительниц прекрасного пола. Когда обгонял их, видел, как дамы стояли, держась за сердце.  

Только близко знающие великанов люди могут рассказать, насколько они трепетные и нежные в быту. Известно, например, что Николай Валуев во время долгих сборов пишет для своей жены стихи. А Михаил Акулов — жарит по особому рецепту в пиве для Светы цыпленка и печет пироги.  

У гигантов общие беды. Одежду их размера в магазинах купить невозможно. В юности обоим обувь приходилось заказывать в резиновой мастерской. Теперь боксера с ног до головы одевает питерский модельер Светлана Платова. Даже боксерские трусы и халаты у Коли “от кутюр”. У Михаила Акулова тоже есть своя портниха в одном из ателье Саратова.  

— В магазине я покупаю только рубашки с коротким рукавом, — говорит наш собеседник.  

Еще в судьбы обоих гигантов необычным образом вплелась Германия. У Михаила собрана неплохая библиотека по немецкой культуре и живописи. Его живо интересуют исторические личности этой страны.  

— Сказались, видимо, бабушкины гены, которая была чистокровной немкой, жила в Петербурге, а потом была выслана в Поволжье, — рассказывает Акулов.
Для Николая Валуева Германия тоже стала особенной страной. Его дебютный бой против американца Джона Мортона состоялся 15 октября 1993 года в Берлине. В 2004 году боксер подписал контракт с немецким промоутером Вильфридом Зауэрландом и стал перед боями проводить в Германии тренировки и спарринги.  

Бои супертяжеловеса Михаил считает увлекательным спектаклем. Как заправский комментатор, он ныне может разложить по полочкам все поединки своего “названого брата” против Тони Фисо, Джорджа Линдберга, Тоакипы Тасефы, Тараса Биденко, Педро Даниэля Франко.  

У Акулова в числе первых появился диск с фильмом “Каменная башка”, где Николай Валуев сыграл главную роль.  

— У моего отца было прозвище Голова, он в драках “сажал на голову” обидчиков — хватал за уши и бил о свою голову.  

У самого Михаила Акулова башка отнюдь не каменная. Он очень чувствительный к боли. И не раз был нокаутирован жизнью.  

Включаем DVD-плеер. На экране плывут кадры фильма. Миша не выдерживает: “Как будто картину про меня сняли. Я тоже порой чувствую себя беспомощным и одиноким”.  

Акулов не любит насилия, но готов драться за ту, что никогда не предаст. Светлана не сомневается: Миша, как Николай, — большая личность: большой по габаритам, с большой душой.
Москва—Саратов—Энгельс.

АНЕКДОТ ДНЯ  

Соперник Николая Валуева сумел продержаться 12 раундов, прежде чем его удалось вытолкнуть на ринг.