Щит мандата

Депутатская неприкосновенность — это больше, чем мы думали

08.06.2009 в 08:00, просмотров: 3174

Андрей Назаров — бесспорно, великий человек, наиболее ценный кадр во всей “Единой России. Золотой фонд. Ибо, похоже, независимо от того, что он делает, однопартийцы его поддерживают. И даже прокуратура отказывается возбуждать уголовное дело, при этом подробно расписывая его деятельность в обвинении… другого человека.

Человек-невредимка

Личность Андрея Геннадьевича Назарова, зампреда думского Комитета по уголовному, гражданскому и арбитражному законодательству попало в поле зрения прессы почти год назад. Тогда мы, по сути, обратились к его соратникам по “Единой России” и коллегам по Государственной думе с простым вопросом: как повлияли на его включение в партсписки юношеская судимость за изнасилование и поддельный диплом о высшем образовании? А также — почему рабочие обычного башкирского предприятия, которым не заплатили денег за работу, пришли именно к его приемной не с просьбой, а с требованием “заплатить за свою родню”?

После первого материала диалога не получилось. Коллеги и соратники предпочли отмолчаться, очевидно, руководствуясь фразой “не судите и не судимы будете”. Несколько более странно выглядело то, что на материал никак не отреагировали правоохранительные органы, хотя в нем содержалось обвинение депутата в подделке документов. Но спишем это на невнимательность стражей порядка — видимо, отвлеклись на изучение морального кодекса сотрудника милиции.

Тогда в газете появилась вторая публикация — уже на живом, конкретном материале, сделанном по следам прокурорской проверки. Бывший сибайский милиционер Нурыахмет Шагиев, отбывающий срок за убийство, решил его скостить необычным способом. Он надумал написать заявление, в котором заявил, что организатором преступления, за которое он сел (а речь идет, на минутку, о ликвидации местного прокурора), является якобы премьер Башкортостана Сарбаев.

Сам Шагиев при этом не имел ни малейшего резона оговаривать второе лицо республики — эффект от этого признания как от такового ничуть не выше, чем примерное поведение в тюрьме. Значит, скорее всего, он рассчитывал на то, что этим поступком кому-то окажет немалую услугу, за которую его отблагодарят и, того и гляди, отпустят домой.

Были обнародованы расшифровки диктофонных записей, на которых Шагиев предлагает своему благодетелю “исполнить” и Сарбаева, буде возникнет такая необходимость. Голос благодетеля как две капли воды похож на голос Андрея Назарова. На него же прямо указал человек, выступавший посредником. Тот, который организовывал свидания с Шагиевым, брал деньги у Назарова и, по сути, координировал весь проект. А потом пошел и, получается, сдал депутата в прокуратуру. Такое тоже бывает.

На этот материал реакция все-таки была, но совершенно не та, которую мы ожидали. Андрей Назаров прислал гневное письмо, требуя немедленного опровержения.

Мы совершенно честно об этом написали, искренне удивившись тому, что диктофонные записи и показания свидетеля перестали считаться весомыми доказательствами.

Есть состав? Нет состава

В наше распоряжение попало постановление о привлечении Шагиева в качестве обвиняемого за ложный донос. Сам по себе документ не представляет собой ничего интересного — сухие фразы, шершавые канцелярские обороты, одним словом, литературная ценность крайне сомнительна. Важно другое: из этого концентрата как-то само собой получается достаточно уверенная версия, что Шагиев был исполнителем, а Назаров, судя по всему, — организатором. И сразу становится непонятно, как это связано с отказом в возбуждении уголовного дела, ведь состав преступления все-таки есть? Но лучше по порядку.

“Шагиев Н.Н., имея умысел на уменьшение срока наказания, после получения информации от знакомого по г.Сибаю Республики Башкортостан Назарова А.Г. о возможности возобновления производства по уголовному делу ввиду новых или открывшихся обстоятельств и пересмотре приговора при условии заявления им об организации Сарбаевым убийства Карачурина Х.Х., находясь по месту отбытия наказания, подготовил проект заявления и передал его 10.11.2008 в помещении для свиданий исправительной колонии в запечатанном конверте общему знакомому Мальцеву А.С. при специально организованном Назаровым А.Г. свидании”.

Если отбросить канцелярскую шелуху, на свет вылезают странные моменты. Назаров лично знает Шагиева? Назаров предложил оклеветать Сарбаева? Шагиев написал заявление и передал Назарову на организованном депутатом свидании?

Но при этом никто не виновен — состав преступления отсутствует! Интересно предположить, что нужно прокуратуре для того, чтобы состав появился? Наверное, даже если кто-то застрелит кого-то, по статье пойдет пистолет. Или пуля.

Но допустим, что Шагиев неправильно понял, и Назаров просто предложил ему пересмотреть дело и помочь старому знакомому из самых лучших побуждений (возьмем на себя функции депутатского защитника). Но ведь и этот вариант не проходит! Читаем.

“Ознакомившись с доставленным Мальцевым А.С. проектом заявления, Назаров А.Г. через него же в конце ноября 2008 года в устной форме передал Шагиеву Н.Н., что в связи с тем, что в заявлении отсутствуют данные о причастности Сарбаева Р.C. к убийству Карачурина Х.Х. и тем самым не содержатся новые обстоятельства, оно не может служить поводом для возобновления производства по делу. Кроме того, Назаров А.Г. пояснил, что заявление должно быть написано Шагиевым Н.Н. собственноручно и чтобы в нем обязательно было указано об организации Сарбаевым Р.С. убийства Карачурина Х.Х., а также передал список адресатов”.

Шагиев действительно неправильно понял. Следует, что надо было конкретно валить премьера, о чем ему было недвусмысленно сказано, а этот сиделец развел канитель. И все-таки состава преступления нет.

Можно попробовать исходить из соображений прокурорских работников. Может, состава нет, потому что они посчитали Шагиева и исполнителем, и организатором, а Андрей Геннадьевич… ну что в самом деле прицепились к человеку? Так ведь следователь своими руками пишет о том, что Шагиев действовал в соответствии с инструкциями Назарова.

“Реализуя свой преступный умысел, направленный на совершение заведомо ложного доноса […] руководствуясь инструкциями Назарова А.Г. […] Шагиев Н.Н. подготовил пять экземпляров заявления, в котором сообщил […] что убийство Карачурина Х.Х. им было совершено по указанию Сарбаева Р.С., и согласно переданному Назаровым А.Г. списку направил их Президенту РФ, Председателю СКП, Генеральному прокурору и депутатам Госдумы Назарову А.Г. и Фахритдинову И.Г.”.

■ ■ ■

Мы не имеем права утверждать и не утверждаем обратное после того, как проверка показала отсутствие состава преступления в действиях зампреда Госдумы Назарова. На нет и суда нет. Дело Ходорковского показало, что есть остров Гибралтар, а электрические импульсы можно воровать. Проверка по Назарову показала: бывает так, что у депутата может не быть состава преступления даже с учетом всего изложенного.

В этом ключе становится совершенно понятно, почему ни “единороссы”, ни думские коллеги депутата никак не отреагировали на откровенные материалы в прессе. Очевидно, с получением депутатского мандата человек автоматически становится выше всех этих банальных и суетных уголовных разборок. Он просто не может быть ни в чем виновен. А уж если еще думец и “единоросс”…

Вопрос в том, почему такие правила игры принимает Главное Следственное управление СКП?