Как вытащить из болота наш футбол

«МК» надавил на болевые точки спорта номер один

Вслед за национальной командой ушли в зимний отпуск и российские футбольные клубы, но слово «спячка» в данном контексте совсем неуместно. Создание настоящей команды, будь это уровень сборных или низших клубных дивизионов, — процесс безостановочный. Неумолимо приближается и грандиозное спортивное событие — домашний чемпионат мира, к которому идет всесторонняя подготовка. Не ушел в спячку и «МК», организовав круглый стол, за который были приглашены ведущие и авторитетнейшие специалисты из мира футбола.

«МК» надавил на болевые точки спорта номер один

В качестве эксперта-функционера мы попросили выступить Вячеслава КОЛОСКОВА, долгие годы проработавшего в ФИФА в качестве вице-президента. Позицию Российского футбольного союза был призван озвучить президент Московской федерации футбола, возглавляющий Комитет РФС по пляжному футболу, Сергей АНОХИН, тренерские интересы привычно отстаивал глава Объединения отечественных тренеров Михаил ГЕРШКОВИЧ, а Ринат БИЛЯЛЕТДИНОВ выступил в качестве практикующего тренера. От лица детско-юношеского футбола слово держал директор футбольной школы «Чертаново» Николай ЛАРИН, а от болельщиков и журналистов — известные футбольные обозреватели Игорь РАБИНЕР и Андрей ВДОВИН.

За нашим круглым столом разговор проходил довольно живо, а разница во мнениях лишь подчеркнула всю неоднозначность и сложность обсуждаемых тем, главными из которых стали лимит на легионеров и детско-юношеский футбол, система проведения чемпионата и перспективы сборной России на предстоящем домашнем чемпионате мира.

ЛЕГИОНЕРЫ:

«Проблемы сборной связаны не с лимитом на иностранцев, а с низкой эффективностью работы с молодежью»

Вячеслав Колосков: — Вокруг лимита на легионеров традиционно много страстей. Убежден, что на сегодняшний день отменять лимит ни в коем случае нельзя. Да, в 2008-м не было жесткого лимита, но тогда и выбор футболистов был заметно богаче. В предыдущие же годы, когда денег у клубов было немного, покупали в основном игроков не самого высокого класса. Часто приводят в пример чемпионат Германии, в котором ограничений на иностранных игроков нет вовсе. Но ведь там очередь стоит из собственных воспитанников на каждую позицию, а мы 5–6 высококлассных футболистов в заявку найти не можем.

Михаил Гершкович: — Я входил в рабочую группу, которая занималась проблемой лимита на иностранных игроков, и мы пришли к выводу, что надо говорить не о количестве, а о качестве легионеров. Думаю, многие помнят 90-е годы, когда через российские клубы прошла масса, мягко говоря, посредственных игроков. И пришли мы к следующему: имеет смысл ввести не потолок зарплат футболистов, а утвердить минимально возможную ставку для иностранцев в нашем чемпионате. Как в Голландии, где эта сумма установлена в районе 500 000 евро. Этим мы сразу отсекаем от покупки легионеров добрую половину команд РФПЛ, в основном находящихся в нижней части турнирной таблицы. У аутсайдеров просто нет денег для приглашения дорогих иностранцев. В этих командах и должны играть выпускники академий, а не второсортные легионеры. Будет 1–2 иностранца на проблемных и дефицитных позициях, а остальные места займут доморощенные игроки.

Ринат Билялетдинов: — В вопросе о лимите не хотел бы занимать категоричную позицию «за» или «против» — нужно найти золотую середину. Нужна градация, эдакое сито, через которое мы смогли бы просеять легионеров. На данный момент я бы оставил все как есть. Как минимум до конца ЧМ-2018.

В Германии есть такое понятие, как «выкупить патент». Любой иностранец, желающий открыть собственное предприятие в этой стране, должен выиграть тендер. Но это возможно только в том случае, если на то же самое не претендует гражданин Германии. В противном случае заявка иностранца даже не будет рассмотрена. И эта логика наглядно демонстрирует механизмы, о которых говорил Михаил Гершкович применительно к тренерам-легионерам. И вопрос этот должен быть поддержан на государственном уровне, и, полагаю, речь должна идти не только о футболе.

Сергей Анохин: — Перед приближающимся ЧМ-2018 у нашей сборной слишком короткая скамейка запасных. При очевидном дефиците игроков тренерский штаб должен крайне бережно относиться к каждому кандидату: знать, как игрок питается, какие у него проблемы на семейном фронте, быть в постоянном контакте с клубами… «Зенит» довольно часто критикуют за недостаточно бережное отношение к собственным воспитанникам, которые не получают шанса в первой команде, но можно как угодно относиться к его предыдущему тренеру Виллаш-Боашу, но при нем в сборной появились Игорь Смольников, Олег Шатов, Артем Дзюба. Считаю, что на данный момент лимит на легионеров ломать не стоит. По крайней мере, до мирового первенства.

Игроки — товар штучный и при существующем дефиците на высококлассных футболистов требуют к себе особого, персонального отношения. Приведу такой пример: в «Чертаново» подрастает игрок по фамилии Колесниченко. Недавно его команда во встрече со сверстниками из «Спартака» одержала разгромную победу — 5:1. А ведь это «Спартак», который стабильно добивается высоких результатов во всех возрастах. Колесниченко — талантище, лет через 5 он превратится в звезду первой величины. Но для этого необходимо его вести, пестовать, развивать. И подобный индивидуальный подход необходим каждому юному дарованию.

Николай Ларин: — Лимит необходимо ужесточать. Проблемы сборной стоит искать не только в плоскости детско-юношеского футбола. Приведу такой пример. Есть наш выпускник Денис Якуба. Талантливейший парень, побеждавший в 2013 году на юношеском чемпионате Европы. В прошлом сезоне он довольно стабильно попадал в стартовый состав «Кубани», получал хорошую прессу и оценки, но пришел Дан Петреску, при котором Денис не провел на поле ни одной минуты. Румынский специалист стал приглашать игроков с неизвестными даже профессионалам фамилиями из экзотических чемпионатов вроде вьетнамского. Но стоило Петреску покинуть Краснодарский край, как Денис вновь заиграл без замен.

Игорь Рабинер: — К чему привел лимит? К тому, что 18-летние футболисты получают зарплату в миллион евро лишь за паспорт РФ. Убежден, что необходим потолок зарплат. Причем у молодых игроков он должен быть еще ниже. В еврокубках и так ничего не выигрываем, так пусть лучше молодые ребята получают игровую практику и работает кровоток отечественного футбола, подпитывающий и сборную.

Посмотрите, до чего мы докатились: в матче со сборной Катара наши футболисты выглядели слабее в плане техники работы с мячом, а разница поданных угловых, по которым довольно точно можно следить за характером матча, далеко не в нашу пользу. И после того матча Кутепов, еще не испорченный реалиями российского футбола, говорит о позорной игре, а его опытный партнер по сборной и «Спартаку» Денис Глушаков заявляет, что сыграли нормально. Да Кутепов через 2–3 года так же заговорит, так что ему необходимо для дальнейшего прогресса как можно быстрее перебираться в любой европейский чемпионат, как это уже сделали Антон Митрюшкин и Слава Караваев. А протолок зарплат заметно сократит список сдерживающих от отъезда факторов.

ЧМ-2018:

«Потеря Шейдаева — преступление»

Вячеслав Колосков: — Мнения относительно лимита, его формата и подготовки к мировому первенству могут быть разными, но у всех нас одно желание — увидеть удачное выступление сборной России на домашнем чемпионате мира в 2018 году. Считаю, что предпосылки к хорошему результату, а таковым можно будет назвать выход в плей-офф из группы, имеются. Вообще залогом успеха станет выполнение трех условий. Во-первых, нужен удачный жребий. Во-вторых, хотелось бы избежать травм ведущих игроков — тех 5–6 футболистов, что являются костяком национальной команды. И наконец, но не в последнюю очередь, крайне важно, как сборная проведет подготовку к турниру. Насколько это значимо, демонстрирует пример работы с главной командой страны Гуса Хиддинка в 2008 году, когда национальная сборная вышла в полуфинал чемпионата Европы. Есть множество факторов, которые, несомненно, будут влиять на результаты выступления, в том числе и мотивация, но три главные составляющие я назвал.

О качестве исполнителей говорить лишний раз необходимости нет — выбор игроков у нас достаточно ограниченный, это не новость, и прибавить в этом компоненте едва ли получится. Более 30 игроков прошли за последние игры через сборную Станислава Черчесова — на них и расчет. Каков уровень этих ребят? Это вполне качественные футболисты: кто-то среднего европейского уровня, кто-то чуть выше. Полагаю, что если три уже перечисленных условия будут выполнены, то команда наверняка сумеет выйти из подгруппы. Дальше? Требовать большего мы вряд ли вправе, хотя теоретически при удачном жребии можно рассчитывать и на дальнейшее продвижение по турнирной сетке.

По большому счету результаты национальной сборной не находятся в прямой зависимости от лимита на легионеров во внутреннем чемпионате или системы его проведения. «Осень–весна» или «весна–осень» — не так важно. Ключевым моментом является эффективность работы подразделений Российского футбольного союза, что несут ответственность за подготовку резерва. В первую очередь речь о футбольных академиях, коих у нас достаточное количество. Там созданы все условия для подготовки игроков высокого международного уровня, но эффективность работы академий разнится. Есть академия имени Юрия Коноплева — так она выпустила в большой футбол игроков больше, чем все остальные вместе взятые. Отличные условия созданы для юных игроков в казанской и краснодарской академиях, в «Спартаке» и ЦСКА, но собственные воспитанники до основных составов не доходят. Что уж говорить о сборной. Качество обучения и подготовки — один из важнейших стратегических вопросов.

Михаил Гершкович: — Перед домашним мировым первенством у сборной России есть проблемы. Смена поколений, скромный выбор исполнителей — это лишь верхушка айсберга. Дело не столько в количестве футболистов, сколько в их качестве. Тех, кто умеет добротно, по-европейски таскать рояль, мы еще человек 8–9 наберем, а вот тех, кто умел бы на нем играть, просто нет. Исходя из этих условий, нам надо правильно выбирать тактику, чтобы максимально использовать для победы имеющиеся плюсы.

Возьмем недавние контрольные матчи с Катаром и Румынией. Так, в первом случае можно говорить об отсутствие мотивации и азарта у игроков, а во втором — о проявленных волевых качествах. Было много травмированных из числа основных игроков? Но ни в одной национальной сборной мира не может быть целенаправленной ставки на молодежь с целью работы на перспективу. Перед сборной стоит задача побеждать здесь и сейчас, и, соответственно, играть в ней должны те, кто сильнее здесь и сейчас.

Что такое стратегия развития футбола от РФС? Если говорить прямо, это филькина грамота, сплошные декларации и отсутствие конкретики. Почему не получается у тех же академий доводить своих воспитанников до первых составов команд премьер-лиги? Да потому, что программы развития толковой как таковой нет. Я держал в руках текст программы «8–14». Согласен, что это тот возраст, когда фундаментально формируется футболист. Но ведь до 10 лет тоже надо как-то расти и развиваться, а четкой программы для этого возраста просто нет. А после 14 лет что делать?

Что такое программа вообще? Это набор документов, которые устанавливают перечень обязательных мероприятий, их сроки, ответственность, регулируют финансовую составляющую. Сюда же входят юридическая, научная, методическая стороны вопроса. Но документов, которые могли бы стать основой программы развития, я никогда не видел. Если поручать написание программы далеким от спорта экономистам и политологам, как было раньше, то ничего, кроме лозунгов, мы и не дождемся. Институт подготовки тренеров разных уровней отсутствует как таковой. Но разве нет необходимости, говоря о развитии российского футбола, получить ответ на вопрос: кто же будет готовить кадры?

Как обстоят дела в успешных футбольных державах, к которым мы привыкли относить Англию, Испанию, Италию, Францию и, конечно же, Германию? Национальная федерация работает с объединением тренеров в неразрывной связке. Именно тренеры по заказу футбольных властей пишут программы, методики, благодаря которым и обеспечивается поступательное движение вперед. По схожему пути в последние 5–6 лет пошли Швейцария, Австрия, Албания. Речь о полном взаимодействии с тренерским цехом.

В Германии, которую так часто ставят в пример в плане подготовки молодежи, ежегодно проводятся тренерские конференции. По четным годам, когда проходят первенства мира или Европы, стараюсь не пропускать эти мероприятия. После мундиаля в Бразилии в 2014 году были приглашены 8 главных тренеров сборных, шла очень оживленная дискуссия относительно новых тенденций в мировом футболе. Всего же присутствовало свыше 2500 немецких тренеров.

Но в этом году после Евро-2016 формат был изменен. Только представьте, конференция продолжалась почти 2 дня, а европейскому первенству было уделено лишь 45 минут. Остальное время было отдано детско-юношескому футболу. Немцы решили, что раз они проиграли на Евро (а именно так они воспринимают поражение в полуфинале турнира в серии послематчевых пенальти), то следует еще раз проверить всю футбольную вертикаль и выяснить, где же закралась ошибка.

Понимаете, дорожная карта детско-юношеского футбола — это не прямая, а серпантин. Необходимо очень четко понимать, что и когда делать. Шаг в сторону может привести к провалу. И полтора дня немцы обсуждали только эту тему, подробно пройдясь по всем возрастным группам, начиная с самых юных футболистов. В России же подобных конференций не проводится вовсе. Последний раз Объединение отечественных тренеров приглашалось на подобные мероприятия больше 5 лет назад. Виталий Мутко тогда заскочил минут на 15 и уехал. А вот когда РФС возглавлял Вячеслав Колосков, подобные конференции проходили ежегодно, причем отдельно обсуждали проблемы детско-юношеского и профессионального футбола. Тренерская мысль на сегодняшний день исключена из управления отечественным футболом, тренеры не принимают участия при определении глобальных стратегических ходов, от которых зависит вектор развития. Согласен, что есть финансовые вопросы, футбольная инфраструктура, — пусть этим занимаются узкопрофильные специалисты, но не интересоваться мнением тренеров по спортивным вопросам как минимум странно.

Игорь Рабинер: — В Германии, о которой так много уже говорилось, многое изменилось после провала на Евро-2000, когда немцы не смогли выйти из группы. Тогда они решили создать региональные центры.

Михаил Гершкович: — Было создано 384 таких центра, а в первые 4 года работы программы в нее ежегодно вкладывали по 94 млн евро. Были подготовлены тысячи тренеров, 29 кураторов центров, которые постоянно следят за работой с молодежью во всех регионах. Каждые полгода тренеры проходят переаттестацию, получая информацию о последних футбольных методиках и веяниях. И все это за счет государства. Отмечу, что серьезные затраты понадобились лишь на стартовом отрезке — если первые 4 года бюджет составлял почти 100 млн евро, то сегодня это 7–8 млн.

А во что превратилась наша вторая лига, во время матчей которой на трибунах болельщиков можно по пальцам пересчитывать? Кому она нужна в нынешнем виде?..

Вячеслав Колосков: — Третий по старшинству футбольный дивизион нужен, но играть в командах должны исключительно доморощенные футболисты.

Михаил Гершкович: — Меня руководитель одного из регионов спрашивал, где же взять доморощенных игроков, если общая численность населения всего 80 000.

Игорь Рабинер: — В Исландии живет немногим больше 200 000, и находят же.

Михаил Гершкович: — Если в московских и еще нескольких академиях способны создать отличные условия для своих игроков, то в остальных регионах картина гораздо грустнее. Быть может, и есть желание пригласить к себе выпускников из Москвы, но ведь на это нужны приличные деньги.

Ринат Билялетдинов: — Говорю как человек, больше 20 лет занимающийся тренерской практикой: научить за оставшееся до мирового первенства время кого-то играть в футбол невозможно. Качества, которые закладываются в будущего профессионального футболиста с 14 до 17 лет, очень сложно приобрести после 18, а переучивать еще сложнее.

Сергей Анохин: — Отмечу нехватку тренерских кадров. Неправильно выстроена и сама система подготовки юношей. Российский футбольный союз принял программу развития отечественного футбола, в которой подробно прописаны алгоритмы работы с молодежью разных возрастов, остается контролировать каждый этап ее воплощения в жизнь, и результаты придут. Отмечу, что каждый тренер — это личность, он имеет право вносить в программу свои изменения.

Николай Ларин: — В «Спартаке» Мельгарехо плохо играл, Зуев вышел на замену. И за короткий отрезок времени умудрился развернуть игру в нужную для красно-белых сторону. На следующий матч Мельгарехо снова в основе. А Зуев не вышел ни на минуту.

Часто можно услышать, что без легионеров наши клубы будут неконкурентоспособными в еврокубках, но они и с иностранцами в составе ничего не выигрывают.

Это не выдающиеся, крайние случаи, а, напротив, обыденные и показательные. Не удивлюсь, если при существующем подходе и отсутствии программной стратегии развития подобная участь может постичь и уже упомянутого Кирилла Колесниченко.

Михаил Гершкович: — А вот российский тренер так никогда бы не поступил. Напомню, что Виталий Мутко, вернувшись в РФС, отменил налог на тренеров-легионеров.

Игорь Рабинер: — Михаил Данилович, вы явно перегибаете. Сколько молодых игроков вы видели в «Томи» у Валерия Петракова?

Николай Ларин: — Давайте оперировать цифрами. За те 20 с небольшим лет с того момента, когда в нашем чемпионате стали появляться иностранцы, на покупку зарубежных футболистов и тренеров потрачены колоссальные суммы. Но мы так ничего и не выиграли, посещаемость на стадионах неуклонно снижается. Деньги, по сути, выброшены на ветер, а ведь их можно было бы пустить на развитие инфраструктуры. Если мы сегодня не поймем, что деньги необходимо тратить не на иностранцев, а на развитие материально-технической базы в детско-юношеском футболе, то какие программы бы ни были приняты, через 20 лет мы окажемся все у того же корыта.

Убежден, что волевым решением необходимо сокращать бюджеты профессиональных клубов, постараться полностью уйти от бюджетного финансирования и двигаться в направлении уменьшения количества легионеров при улучшении качества приглашаемых игроков.

Андрей Вдовин: — Подавляющее большинство российских болельщиков крайне негативно относятся к национальной сборной. Это можно не замечать, находясь внутри футбольного процесса, но просто обратите внимание на то, какие шутки сейчас популярны в том же КВН — Кокорин и Мамаев, поражение сборной на Евро… Если в 2018 году это большинство будет ненавидеть свою сборную, то ни к чему хорошему это не приведет.

Болельщик многого в футболе не понимает, и наша журналистская задача — донести до него простые для профессионалов вещи доступным языком. Почему в составе этот игрок, а не другой, почему в контрольных матчах выбран этот соперник… Но чаще всего любители футбола задаются простым житейским вопросом: почему футболисты так хорошо зарабатывают, но так плохо играют? Считаю проблему непопулярности сборной в болельщицких кругах недооцененной. Она требует не меньшего внимания, чем лимит на легионеров или система проведения чемпионата.

Игорь Рабинер: — Убежден, что перед стартом чемпионата мира нам необходимо крепко стоять на ногах и адекватно оценивать собственные силы. Не думаю, что провозглашенная Виталием Мутко задача выхода в полуфинал мирового первенства пойдет на пользу команде. Завышенные болельщицкие амбиции — те грабли, на которые на Евро-2012 наступил возглавлявший тогда РФС Сергей Фурсенко. Этим во многом и объясняется истерика, что поднялась после невыхода из группы. Представьте, как мечты Мутко о полуфинале могут повлиять на оценку выступления сборной, например, в случае поражения в 1/8 финала. Вместо радости за выход из группы, что, на мой взгляд, является потолком возможностей нынешней сборной, будем горевать по непопаданию в полуфинал…

Нынешнее поколение футболистов, мягко говоря, не самое выдающееся. Это показывал и чемпионат Европы, на котором травмы Игоря Денисова и Алана Дзагоева предопределили итог выступления во Франции. Согласитесь, довольно показательно, когда результат национальной команды находится в прямой зависимости от физической формы всего двух футболистов.

Проблема молодых футболистов в том, что отсутствует сцепка между детско-юношеским и взрослым футболом. Сборная юниоров становится второй в Европе, героически выходя из «группы смерти», а ее лидер Рамиль Шейдаев не получает в «Зените» игрового времени. Ринат Билялетдинов взял Рамиля в аренду в «Рубин» и предоставил игровую практику, но как только команду возглавил Валерий Чалый, Шейдаев вновь не нужен. В любом ведущем европейском чемпионате лидер вице-чемпионов континентального первенства играл бы без замен, а мы теряем игрока. Чалый уже не возглавляет «Рубин», а одаренный футболист, так и не найдя понимания в чемпионате России, заигран за сборную Азербайджана. Считаю это настоящим футбольным преступлением. Было бы хорошо узнать фамилию человека из РФС, подписавшего бумагу, дающую право Рамилю играть за другую сборную, и наказать. Но у нас такое невозможно. Это абсолютно типичная история, демонстрирующая отношение к юным талантам. И ведь есть же примеры Ильи Кутепова и Романа Зобнина, пробившихся за короткий срок из «Спартака» в сборную, но это скорее исключения.

«ОСЕНЬ–ВЕСНА»:

«Гранды довольны, а низшие дивизионы на грани краха»

Вячеслав Колосков: — Считаю систему «осень–весна» более передовой. Она адаптирована к большинству европейских чемпионатов и ставит наши клубы в еврокубках в равные с соперниками условия. И в ноябре, и в марте мы бы играли в любом случае и при формуле «весна–осень». Быть может, разве чуть позже весной сейчас начинаем, а лето и так каждый четный год из-за проведения чемпионатов мира и Европы занято.

При этом считаю, что с переходом на систему «осень–весна» поспешили. Всегда придерживаюсь мнения, что сначала необходимо создать соответствующую инфраструктуру и лишь затем переходить на новые рельсы. Построй арены и манежи, чтобы команды вроде «Амкара» могли спокойно проводить в своих городах домашние матчи в заключительных осенних и стартовых весенних турах, а не играли при морозе в минус 18. Да и о зрителях забывать нельзя, а то получается, что зовем-зовем публику на трибуны, а условия для нормального боления отсутствуют.

Михаил Гершкович: — Не вижу принципиальной разницы для сборной, по какой системе разыгрывается чемпионат: «осень–весна» или «весна–осень». В любом случае придется играть и в марте, и поздней осенью. В любом случае необходимо в первую очередь создавать необходимую инфраструктуру.

Ринат Билялетдинов: — Несомненно, экономическая выгода от перехода на систему «осень–весна» присутствует. Команда после финиша чемпионата всего через несколько месяцев включается в борьбу за еврокубки, а не ждет этого, как раньше, больше полугода. Но это касается лишь ведущих клубов премьер-лиги. Проблема еще и в том, что разворот чемпионата представили как некий фокус, после которого успехи к нашим клубам и сборной придут едва ли не сами собой. Но этого не происходит. Более того, наши представители в еврокубках нас давно не радуют, а ЦСКА и вовсе уже сколько лет подряд не может преодолеть групповой этап Лиги чемпионов.

Говорят, надо строить манежи, но лично мне в них неуютно: то трибуны далеко от поля, то угол их подъема слишком высок, то поле с черной крошкой, словно из прошлого века…

Сергей Анохин: — С переходом поспешили. В Профессиональной футбольной лиге (3-м по старшинству дивизионе) и вовсе наблюдается апокалиптическая картина — перерыв между кругами составляет полгода, чего нет ни в одной лиге в мире. А ведь эти полгода команды, которые в нынешних финансовых условиях вынуждены экономить каждый рубль, продолжают платить футболистам.

Андрей Вдовин: — Как нам объясняли необходимость перехода на систему «осень–весна»? Во-первых, речь шла об удобности такого календаря для наших представителей в еврокубках. Во-вторых, убеждали, что это синхронизация с Европой положительно скажется на трансферной деятельности клубов. Прошло какое-то время, но разве хоть кто-то проводил анализ, а стало ли действительно лучше? Дело даже не в конкретной оценке «хорошо» или «плохо». На первый взгляд лучше точно не стало ни с результатами в еврокубках, ни с покупками игроков. А в том, что никого это даже не интересует. Давать оценку без анализа не берусь, но напомню, как в 2008 году были перенесены аж 5 матчей «Зенита» в чемпионате страны, чтобы команда смогла выиграть Кубок УЕФА. При системе «осень–весна» такой возможности нет.

Игорь Рабинер: — Можно смело утверждать, что проект «осень–весна» провалился. Последний раз до стадии четвертьфинала в еврокубках из российских представителей добирался «Рубин» в уже далеком 2012 году. Да и то в составе казанцев тогда были сплошь легионеры. Вряд ли имеет смысл уже сейчас возвращать все на круги своя, но мы действительно получили в рамках одного сезона два отдельных чемпионата, начинает который одна команда, а закончить может совсем другая. Месяц-полтора готовиться к 18 турам, а потом больше двух — к 12. Иначе как бредом назвать это не могу. В отечественном футболе были большие деньги, но вместо того, чтобы пустить их на развитие инфраструктуры, на строительство тех же манежей, они были распилены в лучших традициях.

Что еще почитать

В регионах

Новости

Самое читаемое

Реклама

Автовзгляд

Womanhit

Охотники.ру