Надеюсь, Даше Усачевой в эти дни прилетело и еще прилетит много-много слов любви. И пожеланий справиться с травмой быстрее, чтобы успеть вернуться на лед во всеоружии. Японцы не разрешили вылететь ей домой раньше всей группы. В Москву Даша вернется только в понедельник.
Прямой эфир живет эмоциями. Иногда шокирует, да. А потом начинается «кривой». Авторы – все мы. Пляски на сломанных костях или порванных мышцах фигуристов становятся нормой. Вернее, фигуристок. Еще точнее – одиночниц «Хрустального». «Доколе? Что в этой группе делают с детьми?».
И это тоже почему-то норма – рассуждения на тему: раз травма случилась на глазах у всех, то и всем, причем немедленно, надо знать диагноз. Как и стремительные комментарии врачей, которые асы асные, конечно, своего дела. Правда, конкретного спортсмена в глаза не видели вместе с его травмой. Но, что называется, на опыте, чего же и не порассуждать? Заодно сразу и крест заочно поставить на сезонных надеждах: не сможет, не выйдет, не будет.
Лицемерные мы. В победах – любим. В беде – стегаем, виноватого надо найти. И накаркать раньше времени. А уж тренеров приложить – это вообще для кого-то звездный час.
Девочки из космоса, фантастика, феерия, воля, талант без границ – это когда рекорды. Тоже, кстати, в прямом эфире. И мы захлебываемся от восторга. И гордостью. И возмущением: кому это надо там в ISU возрастной ценз поднять, с какой стати?!
Спросите любого человека, какой ценой дается этот восторг? Каждый ответит: трудом. Еще добавит: преодолением себя. Но забудет или не захочет добавить: и преодолением травм. А вот когда травмы случаются – рано или поздно, то тут это самое «доколе?» вылетает, как из пушки. И возраст фигуристок начинает работать в обратном направлении: дети ж малые выступают! А ISU прямо уж тут как тут, в досье все складывает.
Травмы – неприглядная сторона большого спорта. Фигурное катание – это большой спорт. А в нем есть еще и элита, чей уровень выше высокого. Но травмам-то все равно. Не все равно тренерам и спортсменам. Правда, они, живущие с проблемами ежедневно, руками всплескивать не имеют право. И надрывно охать при всем честном народе. И диагнозами трясти.
Помните, как Юдзуру Ханю на одном из этапов Гран-при в 2014 году столкнулся на разминке с Хань Янем? Лежал на льду, ждал доктора. А потом катал произвольную программу с перебинтованной головой и падал с прыжков. После ее окончания заплакал. Оно ему надо было? Ему – надо.
Современное фигурное катание, как и любой олимпийский вид спорта, не о здоровье. Нет, с него, может, дорога к мечте и начинается. Так когда-то было во времена, когда секции фигурного катания занимались на открытом воздухе: детей приводили, чтобы как раз поправить здоровье. Сейчас аргументация чаще всего другая: явная – энергию ребенка некуда девать, скрытая – хотим вырастить чемпиона. Да, и социальный лифт не дает покоя, это тоже.
И когда начинается путь наверх от старта к старту, то и оценочные критерии меняются. Речь не о тренерском пофигизме: этот уйдет, другой появится, не стоит делать из наставников монстров, рассуждая об абстрактном бережном отношении (которого якобы нет) к каждому ученику. Речь о преодолении во всем широчайшем понимании слова. Без компромиссов.
Только с японского этапа Гран-при снялась Рика Кихира – травма лодыжки. И Юдзуру Ханю, мечтавший исполнить перед родными трибунами аксель в четыре с половиной оборота, снялся. Тоже лечит лодыжку. «У кого ничего не болит, поднимите руку», – так, как и Этери Тутберидзе, может спросить перед строем своих спортсменов любой тренер.
Сколько травм было за карьеру у Елизаветы Туктамышевой, Дмитрия Алиева, Александра Самарина, Михаила Коляды, Никиты Кацалапова, наших парников? Коляда пропускал целый год после тяжелого перелома ноги. Пять месяцев из-за сломанной лодыжки не катался совсем. Когда его спрашивали, как случилось, отвечал: можно не буду говорить, а то засмеют.
Тренер Алексей Мишин говорил: голеностоп Туктамышевой был порван в клочья. Лиза упала с прыжка во время домашних соревнований. На следующий год стала чемпионкой мира.
И жесткий не только ведь лед большого спорта. Недавний пример: гимнаст Артур Далалоян теперь олимпийский чемпион. И диагнозом – разрыв ахилла за три месяца до Олимпийских игр, и выступлением на Играх в Токио шокировал и болельщиков, и коллег, и врачей. И он – наш герой.
Когда выписывали из больницы, получил рекомендации врачей: начинать бегать и ходить можно только через шесть месяцев. «Вы думаете, я ждал, когда мне скажут, что можно бегать и прыгать? Исходя из своих ощущений, чувств и спортивного опыта, изо дня в день делал какие-то шаги, чтобы начать ходить, а затем прыгать».
Вы знали это? Все спортсмены – психи. Потому что делают немыслимое. Но оно ведь немыслимо только для нас.
В адрес Артура Далалояна никто не кинул ни одного упрека. Только он сам, о чем рассказывал в интервью «МК»: «Конечно, у меня был этот момент вины, что я не уследил за собой. Такие травмы не происходят внезапно. Наверное, надо прислушиваться больше к организму: что он требует, чего ему не хватает. Это же всегда видно, просто мы на какие-то сигналы закрываем глаза или не замечаем, вернее, делаем вид, что не замечаем. Это тоже дает мне опыт, не все самотеком идет, нужно под контролем держать».
Давать советы докторам и тренерам той же Дарьи Усачевой, как держать здоровье фигуристок под контролем, глупо. Приехала ли Даша на этап Гран-при в Японию с травмой – вопрос, который тоже обсуждать бессмысленно. Сторонним людям – точно. Как и предполагать, что Сашу Трусову буквально с трапа самолета сняли по настоянию врачей, а Дашу бросили в бой, дабы не оставлять этап без российских участниц. Мол, одна точно на Пекин идет! А вторая – как сложится, но при отсутствии ультра-си – скорее нет, чем да.
Благоразумие с любыми предположениями, строящимися исключительно на негативных домыслах, и рядом не стояло. А его так уже в обсуждении нашего великого фигурного катания на хватает. И милосердия, кстати, тоже. Которое пора все же начать проявлять по отношению к нашим звездам. Всем миром любим – всем миром и щадить нужно.
…Олимпийский сезон – это прямая дорога к мечте. До нее доберутся не все. И даже пройдут этот путь тоже не все. Когда мы говорим, что чемпионами становятся избранные, то имеем в виду не только талант, а совокупность слагаемых. Отсутствие травм – в том числе.
После снятия Александры Трусовой с этапа в Японии – буквально с трапа самолета – закралась крамольная мысль: а надо ли вообще всем нашим одиночницам, которые будут оспаривать путевку на Олимпийские игры в Пекине, продолжать выступления на этапах Гран-при? Крамольная – потому что вроде как нельзя спортсменов лишать стартов, отбирая возможность соревноваться с разными спортсменами, разными судьями и …вообще соревноваться. Ведь старт – цель любых тренировок. Да и способ заработка в конце концов.
Но эта изматывающая олимпийская дорога... По одному этапу Гран-при все наши гениальные девочки в сезоне прошли. Судьям все показали, а миру в очередной раз доказали, даже учитывая внутренние претензии всезнаек не от профи и разбор полетов через лупу. Может, и надо уже сбавить чуток обороты, в прямом и переносном смысле? Чтобы подготовиться к битве, которая станет для кого-то главной в карьере – чемпионату России. Их билет в Пекин – там.
И вот ведь ради этого билета не стесняются даже дядьки здоровенные и многоопытные признаваться, что на всё в сезоне сил не хватит. Например, четырехкратный чемпион мира по биатлону Стурла Хольм Лагрейд говорит: в олимпийском сезоне буду пропускать гонки этапа Кубкам мира, собираюсь сделать правильный выбор, чтобы быть в форме к Олимпийским играм.
Конечно, никто наших чудо-девушек со стартов не снимет, да и фигуристки не пойдут на это просто ради самосохранения (см. выше о преодолении): ни от пятого этапа в Гренобле не откажутся, ни от домашнего этапа в Сочи, а затем уж и финал серии. Правильный выбор? Его могут сделать только спортсменки и тренеры перед каждым стартом. Посторонним вход воспрещен.
