Грязь Петербурга

«Если в племени мало пламени»,
 это племя – пища шакалов…
 
 
 

Два события, которые произошли с ничтожным временным интервалом и свидетелем которых я стал, настолько типичны и обыденны для новейшей России, что об этом следует написать. Для кого писать, впрочем, не знаю.
В нашем доме жила старуха и две ее психически нездоровые дочери, чей мир ограничивался двухкомнатной квартирой и видом из окон. Как и всякая нормальная мать, старушка оберегала своих возрастных деток от сервиса отечественной психиатрии. Пока не умерла. Для подтверждения факта смерти явился участковый. Следом за ним прибыли два одинаковых автомобиля. Один увез мать, второй – дочерей. Но если матери была уготовлена бэушная бюджетная накидка, то для дочерей не нашлось ни объяснений, ни утешительных слов, ни успокоительных таблеток, ни даже собственной теплой одежды и обуви. Специализированные грузчики (ведь слово «санитары» здесь явно не подходит) выпихнули их на мороз – в прекрасный новый мир – в ночных рубашках и домашних шлепанцах. Вопящих, плачущих, до смерти перепуганных и никому не нужных.

Второй случай произошел через несколько дней. Я возвращался из магазина домой привычным маршрутом с привычным посткультурным бекграундом: тьма, снег, копченые стены домов, стада машин подрагивая ползут в центр города, редкие прохожие. Один из них привлек мое внимание нервным галсовым шагом. Молодой парень, одетый под стать его возрасту – что-то среднее между репером и спортсменом, но без налетов шансона. Он был пьян и взволнован, взволнован много больше, чем пьян. Он так глубоко погрузился в свою проблему, что плохо реагировал на сигналы внешнего мира, поэтому первое же препятствие стало для него непреодолимым. Он встал на скошенную плиту тротуара, насколько удобную для мам с колясками петербургским трехмесячным летом, настолько же травмоопасную для всех остальных пятимесячной петербургской зимой.

И упал крайне неловко. И остался лежать.

Я подошел к нему и предложил помощь. Он отказался, сказал, что сам во всем разберется, что ему срочно надо домой. И действительно через какое-то время он поднялся и, перемежая ругань со стонами, поскакал на здоровой ноге по направлению к метро, вторая нога – тряпичная – была неестественно вывернута и не могла служить сколь-нибудь надежной опорой. У спуска в подземный переход к метро он снова упал. Я присел к нему, спросил, кому можно позвонить из его друзей и родных, предложил вызвать скорую. Он не реагировал, только повторял: «Больно, больно, человек, оставь меня, мне надо домой…» Я не знал, что с ним: болевой шок, приступ паники, наложенный на алкоголь?
Ему требовалась помощь, и я помог ему дойти до станции метро, где тепло, светло и пункт охраны порядка. Усадив парня спиной к стене рядом с аппаратами для продажи жетонов, я обратился к полицейскому, дежурившему в вестибюле. Объяснил, что травма, возможно, тяжелая, что имеет место быть опьянение, истерика и болевой шок. И нужна скорая помощь. Полицейский, сославшись на большой объем дел, предложил мне заняться этим самому. Я отвлекся на вызов скорой – кроме адреса и состояния больного диспетчеров интересует много посторонних вопросов.

Пока я вел необязательную беседу, парень умудрился подняться и поскакал в сторону турникетов. На его пути моментально выросли два вахтера и полицейский. Они что-то сказали на уголовно-процессуальном, парень ответил на старорусском. И общение перешло в избиение. Парня завалили и стали пинать. Если ты пострадавший, то должен лежать, желательно без сознания.

Мне удалось отогнать турникетных вахтеров намерением накатать на них жалобу. Отойдя на безопасное расстояние, они пообещали завести на пацана 318-ю.

В ожидании врача я пытался разговорить парня, насколько это могло быть осуществимо в его ситуации, он успокоился, душа его потеплела. Он рассказал, что у него неприятности, что ему нужно на «техноложку», но пообещал дождаться врача.

Дождался же он совсем другого. Приехала скорая помощь: две светловолосые неспешные дамы. У одной ручки были бережно спрятаны в карманах халата. Она, кажется, так и не вытащила их ни разу. Потрясающее самообладание. Вторая бросила на пол волокуши и сухо сказала: «Ложись».

– Он не может сам. Помогите, – попросил я.

Но желающих не было. Присутствующие боялись испачкаться в грязи, в которой сами и вываляли пацана. Грязь, которой они так боялись, – это была грязь не от рыб, не от птиц и даже не от микроорганизмов. Это была наша грязь – человеческая. Чисто петербургская грязь – повседневная черта новейшей России.

Дважды я укладывал парня на волокуши. И пока решали, кому нести носилки, парень дважды сползал с них. Им снова завладела паника. Он поднялся на ноги и прыгнул в сторону турникета, за что его опять начали бить. Особенную отвагу выказывал стапятидесятисантиметровый суперохранник с псевдоофицерскими усами цвета прошлогодней соломы. Казалось, он вкладывает в удары всю свою жалкую душу.

Его били, не стесняясь свидетелей, – дорогих петербуржцев, коих было немало в этот поздний час в вестибюле. Впрочем, чего их было стесняться? Петербуржцы вели себя сдержанно и культурно: переходили со степенного шага на рысь либо с любопытством глазели с противоположной стороны турникета, одновременно содрогаясь и восторгаясь от максимы: «Сегодня не я».

И только понаехавшая из Воронежа женщина составила мне компанию. Теперь мы кричали вдвоем, напоминая служителям закона и сестрам милосердия о долге и сострадании.

В конце концов мы погрузили парня в карету скорой. Помог другой полицейский, только что заступивший на смену. Спасибо ему.

На прощание фельдшерица, у которой ручки были пришиты к карманам, сказала язвительно: «Не факт, что его положат такого».

Какого?

Я записал данные. Потом проверил. Мне сообщили, что пациент от госпитализации отказался и ушел. Куда мог уйти зимой в ночь еще один никому не нужный человек, с тряпичной ногой?

Право на жизнь есть у каждого. Оно возникает в момент рождения, и любой, кто посягает на это право, вне зависимости от должности, полномочий и авторитета, совершает преступление против человечности.

Почему мы предоставляем право распоряжаться чужими жизнями людям, чей «моральный закон внутри» вырезан вышестоящим начальством, людям, у которых вместо ампутированной морали вживлен имплант – бюрократический формуляр, подзаконный акт и прочая дрянь, людям, которые смотрят на окружающих через узкую щель между пуленепробиваемыми заслонками «не потерплю!» и «разорю!»?

Почему?

 

просмотров: 3594



Комментарии пользователей

  • Гость
    5

    Думаю, все эти "санитары", менты, тети в белых халатах, вахтеры в метро - те "детки без будущего", которые, закончив, свои дешевые вузы, нашли себе такую работу..

    7 февраля 2014 в 13:56 Ответить
  • Гость
    1

    "Взволнован"! Уколбашен синтетическими наркотиками.

    7 февраля 2014 в 14:15 Ответить
  • Выход есть
    3

    СМИ должны вновь заняться воспитанием взрослых людей. Тогда Россию еще можно будет спасти. А так - обречена.

    7 февраля 2014 в 14:34 Ответить
  • Твой выбор, электорат!
    -1

    Что, сволочь, проголосовал всем сердцем? Не смей удивляться вышеизложенному оставь себе хоть немного человеческого достоинства, не позорь высокое звание лоха онаниста!

    7 февраля 2014 в 16:05 Ответить
  • Уважение и благодарность -
    10

    автору - повел себя как ЧЕЛОВЕК. Всегда ли мы так поступаем? Нам часто - НЕКОГДА. У нас нет времени. Может так случиться, что у других людей не найдется времени нам помочь...(Анонимная девушка)

    7 февраля 2014 в 16:36 Ответить
  • человек..
    6

    .. хорошую повесть написал хороший человек и ему не безразлична жизнь даже пьяного, и не знакомого человека. А вот сволочи от скорой кареты могут оказаться в такой ситуации и хорошо чтоб, и с ними так поступали. В Питере современном народ не тот, который был при СССР. Отстой полный, даже город подло переименовали, но все еще впереди...

    7 февраля 2014 в 19:03 Ответить
  • Krueger (Злобный Шизик)
    0

    Потому, что ты в рашке, автор.

    7 февраля 2014 в 22:05 Ответить
  • passer
    -3

    человек человеку друг товарищ и волк

    8 февраля 2014 в 00:04 Ответить
  • Да,
    0

    таки соглашусь с вами.По всем приметам и параметрам это было даже не алкогольное опьянение, а был "уколбашен наркотиками".Конечно ему как- то надо было помочь, но в таком состоянии потуги автора блога на" помощь" были практически бесполезны, поскольку паренёк был невменяем судя по описанию..Автор пишет в конце :" Мне сообщили,что пациент от госпитплизации отказался и ушёл".Значит автору что-то насчёт "тряпичной ноги" показалось.Иначе он просто НЕ в состоянии был УЙТИ.По любому.И потом люди, которые годами работают на одной и той же экстремальной работе - поневоле черствеют.Медики уже не воспринимают смерть,как ужас для обывателя, а как очередной ежедневный-еженедельный рабочий эпизод.Работники скотобойни становятся толерантны к проделываемой ими ежедневной казни животных.Охранники, навидавшиеся совершенно отвратительного быдла, становятся чёрствыми в принципе , тем более по отношению к таким обдолбаным "паренькам".Мне вот, по глубокому раздумью, как- то не очень его жалко.Человек - сам хозяин своей судьбы.Тем более, что он всё же "ушёл на своих ногах"Дальше автор констатирует;"чисто петербургская грязь- современная черта новейшей России."Далась либероидам "грязь современной России".Хорошо помню Питер середины семидесятых.Пришлось там учиться.Грязи такого рода в Питере хватало везде в то сремя тоже.Уверяю вас.Не хочется "повествовать", но поверьте - всё тоже, и милиция с охранниками, и фельдшера скорой помощи,и тем более гнусный и грязный маргинальный и преступный слой населения.Такого и тогда, при Советах, в других городах России не было в таком неприглядном виде, как в Питере.Так что всё - в традициях.Питер - вообще гнилой город во всех отношениях.Поверьте, что в какой-небудь Америке с таким бы поступили примерно так же.Там скорую невозможно вызвать, если НЕ докажеш, что помираеш сей момент.

    8 февраля 2014 в 00:32 Ответить
  • Мнение
    0

    То есть избивание охраной и не оказание помощь врачами - это ВИНА самого наркомана или психа? Ведь человек хозяин своей судьбы....То есть " Питер- гнилой город" ( ну это правда, судя по правительству), и пусть они там все горят живьем? И человека ( ЧЕЛОВЕКА) , хоть и сломанного и не адекватного вам не жаль?

    8 февраля 2014 в 07:40 Ответить
правила

Оставьте ваш комментарий

  Вход   Регистрация

Петербуржский прозаик и публицист. Рассказы, очерки и статьи автора опубликованы в печатных и электронных СМИ, в частности таких как «Мой район», «Час пик» (г. Санкт-Петербург); «Эхо Москвы»; «Королевская панорама», «Одинцово-Инфо» (Московская обл.); еженедельник «Обзор» (Чикаго, США), «Наша Канада» и др.

В 2010 г. в журнале «Сибирские огни» (г. Новосибирск) опубликован роман «Время воды», в журнале «Edita-club» (Германия) – роман «Наночеловек. Политические технологии сновидения».

Отдельной книгой в Петербурге издан роман «Обратное уравнение».