Шотландцы показали свои силуэты

Перекрестный Год культуры Великобритании и России отметили балетом

09.06.2014 в 17:27, просмотров: 11771

Шотландский балет, прямо скажем, не слишком знаком российскому зрителю. Последнее его появление в Москве было более 20 лет назад — в 1992-м. Привезти в российскую столицу коллектив во второй раз удалось лишь Чеховскому фестивалю, который в сотрудничестве с Министерством культуры РФ и Британским советом решил таким образом отметить перекрестный Год культуры Великобритании и России.

Шотландцы показали свои силуэты

Главная в Шотландии балетная труппа по российским меркам молода, интернациональна (в основном здесь работают англичане, французы, итальянцы; собственно, коренной шотландец в труппе только один) и не слишком многочисленна — всего около 40 человек. Основана компания в 1957 году в Бристоле и лишь десятилетие с лишним спустя, с 1969-го, стала базироваться в Глазго.

Естественно, как и во всякой уважающей себя балетной труппе, в репертуаре у «шотландцев» в наличии имеется и классика, но чтобы предстать перед искушенным в балете российским зрителем во всей красе, организаторы сформировали три программы, показывающие в основном современные тенденции британской хореографии. Требующие камерного пространства миниатюры совсем молодых хореографов показывали в Театральном центре СТД «На Страстном», другие спектакли — на сцене Театра Моссовета.

Кроме культового балета американца Глена Тетли «Лунный Пьеро», показанного в России, несмотря на всю его известность, впервые в Моссовете представили и симпатичную работу нынешнего худрука Шотландского балета Кристофера Хэмпсона «Силуэт». Если для настоящего воплощения на сцене «Лунного Пьеро» требуется выдающийся драматический талант (напомним, что роль Пьеро была одной из любимейших ролей Рудольфа Нуреева), то неоклассический «Силуэт» является балетом, у которого нет никакой драматической составляющей. Здесь главное — красота танца как такового, и в наличии у хореографа имеется все, чтобы потрафить вкусам как неофитов, так и искушенной публики. Напротив, балет Тетли на сложнейшую додекафоническую музыку Шёнберга под живое «декламационное пение», где чтецу (сопрано Элисон Белл) аккомпанирует 5 музыкантов, удовлетворит только высоколобых эстетов. Несмотря на то что сюжет по мотивам стихотворения бельгийского поэта-символиста Альбера Жиро и незамысловат, для сегодняшней публики он не слишком-то актуален. Как в комедиях дель арте, здесь присутствует «любовный треугольник»: трагический неудачник Пьеро, который, подобно всем поэтам, живет в «замке из слоновой кости» — металлической конструкции, водруженной на сцене (Виктор Заралло), и те, кто подвергает романтика насмешкам и оплеухам, — его возлюбленная Коломбина (Бетани Кингсли-Гарнер) и Бригелла (Оуэн Торн).

Изысканный черно-белый балет Хэмпсона на музыку «Сельского концерта» Франсиса Пуленка для клавесина и оркестра создан в стиле «бессюжетных балетов» Джорджа Баланчина, Сержа Лифаря или Фредерика Аштона. Название произведения подразумевает изысканную пастораль из числа тех, что пользовались такой популярностью у представителей дореволюционной французской аристократии, и любил изображать на своих картинах Антуан Ватто. Но в изысканных барочных мотивах Пуленка отчетливо слышно вторжение музыкальных мотивов другой эпохи. Точно так же — и в хореографии: классические движения в этом балете приправлены модерном, и вихляние бедрами является тут фирменным элементом.

Показанные Шотландским балетом на следующий день 9 хореографических миниатюр разнокалиберны как по числу участников, так и по таланту хореографов. Включен в показ и небольшой, но проникновенный дуэт 1978 года отца–основателя компании Питера Даррелла на музыку Малера, постановки которого составляют костяк репертуара. Но в основном это свежие работы молодых хореографов (большинство помечено в программке 2013 годом), изображающие то развеселую вечеринку со столом и выпивкой (хореограф — солистка другой британской компании, лондонского Королевского балета, Кристен МакНэлли — заняла в своей миниатюре наибольшее число танцовщиков, а именно 7 человек), то бессюжетные дуэты.

Интересы хореографов тоже совершенно разные. Долгое время работавшая с авангардистом Форсайтом американка Хелен Пиккетт (в балете «The room» она показала постельные сцены с раздеванием — по-видимому, первый сексуальный опыт молодых людей; другой ее балет на двух человек «Trace» поставлен на музыку Рахманинова), как это ни удивительно, явно предпочитает классику. А сотрудничавший, например, с такими известными хореографами, как Мэтью Боурн и Сиди Ларби Шеркауи, Джеймс Казинс предсказуемо отдается модерновой стихии. Причем если показанный в самом начале балет этого хореографа «Still it remains» явно несамостоятелен и представляет собой набор штампов среднеевропейской хореографии, то основанный на поддержках дуэт «Jealousy» (2012) под музыку, напоминающую дыхание и биение сердца (Бен Фрост «Господи, защити меня»), — заслуживает большего внимания. Ну а самой талантливой представляется работа француженки Софи Лаплан. Танцовщица, окончившая школу при Парижской опере, теперь работает в Шотландском балете, и ее первая работа для этого театра — «Oxymore» — обладает «лица необщим выраженьем».



Партнеры