Элегия одного сановника
Московский Комсомолец № 25864 от 9 февраля 2012 г., просмотров: 918
Первый зампред Центробанка Алексей Улюкаев выпустил книгу стихов «И банкиры писать умеют», — скажем мы, перефразируя Карамзина. А правда ли умеют — любить и писать? Листая новый сборник стихов первого заместителя председателя Центробанка Алексея Улюкаева «Чужое побережье», попробуем в этом разобраться. 
«И банкиры писать умеют», — скажем мы, перефразируя Карамзина. А правда ли умеют — любить и писать? Листая новый сборник стихов первого заместителя председателя Центробанка Алексея Улюкаева «Чужое побережье», попробуем в этом разобраться. «Страшно прилюдно раздеваться, особенно если ты всю жизнь в костюме и галстуке», — пишет Алексей Улюкаев в предисловии к своему сборнику. Там же он рассказывает о том, что поэзией пытался заниматься, когда еще в России поэт был больше чем поэт, но дальше захлестнуло новое время, в котором «оказались востребованы экономические концепции и программы» и в котором «настигают высокие должности»... Но потом прошло еще время, и писательский «червячок, который впал в анабиоз, вдруг очнулся». Назвать Улюкаева профессиональным поэтом сложно: для этого нужен не только талант, но и практика постоянной, неустанной работы. Отсюда изредка лезут притянутые за уши и оттого неловкие, нелепые рифмы («На условный кряк/бежит условный враг»), корявые выражения («лишний градус суматох»). Но будем справедливы: в целом стихи трогательны и сделаны качественно. Лирика — вот что, пожалуй, стоит почитать со вниманием у Улюкаева. Сложно представить, как в человеке, ежедневно ворочающем громадными суммами деньжищ, уживаются мысли о курсе евро и доллара с чисто поэтической, классической, элегической тоской. Тоской ветра, разрывающего провода, тоской долгого гудка, когда любимая не подходит к телефону, тоской осенних пейзажей и — главное — рефлексией. Ты неверно понял морзянку звезд. Здесь всегда мороз, Здесь всегда норд-ост. Ты хотел ту звезду на пряник? Ни силком, ни силой не заберешь... Стихи на философские, политические, социальные темы читаются уже сложнее. Между прочим, первая часть книги — стихи тридцатилетней давности. Конечно, автор за тридцать лет изменился, это очень заметно, но все же — что радует — остался вроде бы собой. Есть, очевидно, вещи, неподвластные даже Центробанку. материал:
Вера Копылова |
